Барон Робинзон - Самат Айдосович Сейтимбетов

— Так это не я, это все Михаил! - воскликнул весело Маниш.

Лошадкина неприятно кольнуло. Вроде все всё понимали, для изучения языка и налаживания коммуникаций в любом случае пришлось бы прибегать к насилию в той или иной форме, но все равно прозвучало как-то плохо. Словно Лошадкин тут главный угнетатель и рабовладелец, пещерный человек, а остальные все такие чистенькие и гуманные.

— Но кому и разбираться в подобных вещах, как не мастеру - игроку в Башню? - продолжил Гозье.

Точно, опять подумал Лошадкин, Башня в реальной жизни. Построй, защити, не дай ордам варваров ворваться и разрушить.

— Так я не поняла, кого ты поддерживаешь?

— Всех, и тебя, и Михаила, и даже себя! Ведь это в любом случае будет удержание силой, а их тут сотня и могут возникнуть проблемы, к ним надо подготовиться.

Последовало одобрительное хмыканье, и работа закипела по новой.

Проблему решили относительно просто, Лошадкин возвел запланированную пристройку, длинную и вытянутую вдоль стены, только разбил ее на кучу одиночных комнат, каждая из которых получила отдельную дверь с засовом снаружи, чтобы не возиться с замками и их врезкой. Пока он манипулировал камнем, добавлял крышу и длинный коридор вдоль этих "одиночных камер", нескольких тяжелораненых аборигенов отнесли и просканировали со всех сторон во всех диапазонах.

Собственно, Алекс уже располагал кое-какой информацией, благодаря сканерам маноп и техники, но этого было недостаточно. Пока шло сканирование, Ким занимался наблюдением за морем и подтвердил наличие там живых и разумных, получивших вполне ожидаемое условное название русалок. Их тоже привлекла битва и возведение замка, и Паша уселся обдумывать план вступления в контакт.

Алену послали учиться, Сара перепроверяла ее выкладки насчет запасов, Маниш наблюдал за степью, готовый вмешаться. Но местные, получив урок, все же вначале убежали далеко (но недостаточно далеко, чтобы их не видел мини-спутник), и только потом начали сбиваться в новые войска. Ему ассистировал Огар, и они строили гипотезы о жизни вокруг, дополняя их на основе информации, полученной во время сканирования.

Собственно, Михаил ее тоже получал, общая сеть работала исправно, создавая иллюзию цивилизации. Сандра занялась едой и различными принадлежностями для раненых, хотя одежды и одеял им требовалось меньше. Вытянувшись и встав на задние лапы, местные почему-то не утратили повышенной волосатости, как и Огар, и Лошадкин решил, что это нынче модно, все равно в вопросах того, как обезьяна превратилась в человека, он разбирался слабовато.

Закончив с пристройкой - госпиталем - казармой, он взялся за стены замка, продолжив не только увеличивать их высоту, но теперь еще и начал встраивать "внутреннее" кольцо. Пока что заготовки помещений, с пустыми стенами, но их легко можно было превратить в жилье, следовало только обустроить еще водопровод и канализацию, освещение. Аккумулятор и беспроводная подача энергии в лампочки, как в госпитале, один из вариантов, но Лошадкина так и тянуло начать делать розетки и тянуть кабеля, закладывая их "с запасом".

Глупо, конечно, как и сами помещения - они, что, уже решили поселить внутри местных? - и Михаил остановился, выкатил комбайн наружу, пополняя запасы камня и затем перешел к перетаскиванию земли. Без фанатизма, в пару пробных ферм, где еще предстояло обустроить и полив, и освещение, облучение ультрафиолетом. Пробить шахту вниз, до самого моря и качать оттуда воду, попутно опресняя, скажем, или протянуть от реки, впадавшей в это самое море дальше к юго-востоку.

Вот такая работа была Михаилу по душе, тревоги, что он не справится с большим комбайном - ушли, для полного счастья не хватало только электричества. Смешно сказать, но ни землянам, ни местным оно не требовалось, пусть и по противоположным причинам.

— Так, с внутренним строением все ясно, - объявил Алекс, - можно приступать к синтезу лекарств. Загружаю сканы в автохирурга.

— У нас есть хирург? - изумился Лошадкин.

— Есть, - подтвердила Алена, - но только один, из расчета на семь спасательных капсул внутри секции корабля.

Пятеро уже умерли от ран и еще шестеро не дождались "операции", но остальных удалось спасти. Лечебный гель, перевязки, стимуляторы, синтезированные именно под организмы местных и самое главное: успокоительные и снотворное. Всех развезли по их одиночным палатам, обустроили и закрыли двери.

— Потом надо будет проложить там канализацию, - задумался Лошадкин.

— И сбрасывать все в море?! - повысил голос Ким.

Даже надвинулся этаким молодым богатырем, детинушкой из былин, руки - балки, способные ломать по две подковы подряд.

— Органику на переработку или на удобрения, остальное в запас, - машинально ответил Михаил и только потом до него дошло. - Ты уже установил контакт?

— Нет, - чуть смутился Ким, - но они показались мне на глаза!

— Идея продемонстрировать комбайн и возвести замок оказалась верной, - потер руки появившийся рядом Гозье. - Огар тоже согласен, что теперь все ускорится, как только мы выучим их язык!

— Языки, - заметил Михаил, - скорее всего, у каждого свой.

— Главное - составить базу, а дальше переводчик в манопах поработает, - отмахнулся Маниш. - Что, поработали, теперь можно и поесть, так говорили в старину?

— Эта шутка была не смешной еще сто лет назад, - хохотнул Михаил, - но поесть я люблю!

— Не ты один!

Они отправились в импровизированную столовую, куда уже перенесли синтезаторы с корабля, и даже поставили импровизированные столы и стулья.

— Странная радость для того, кто говорил нам о рабстве, - заметил Лошадкин по дороге.

— Это радость исследователя и возможность что-то изучить на практике, - ответил Ким вместо Маниша, - не в школе, а в реальной жизни!

— А как же вопросы этики и морали?

— Какие именно? Заключение?

— Нет, с этим все понятно, - отмахнулся Лошадкин, - я же сам их и захватил, чтобы не сверкали тут кишками. Веди они себя более мирно, можно было бы собрать базу слов на основе наблюдений со спутника и записей, просто вышло бы дольше, но они сами... Ну, не то, чтобы не оставили выбора, но могли бы устроить резню где-то в отдалении, не прямо у нас на глазах. Итак, законов, ограничивающих вмешательство в жизнь тех, кто еще не вышел в космос, нет, точнее говоря, они у каждого свои.

— Так, - кивнул Маниш.

Махнул