Механический рассвет - Сергей Виртекс

Мы спустились в тоннели, и мир над нами исчез. Здесь было сыро и холодно, воздух пропитан запахом плесени и масла. Стены покрывал слой грязи, а под ногами хлюпала вода. Каждый шаг отзывался гулким эхом, которое казалось слишком громким в этой тишине.

"Смотри," — прошептала Мария, указывая на что-то впереди. На стене виднелись следы недавнего движения: царапины и следы протекторов.

"Патруль?" — спросил я.

"Возможно," — ответила она. — "Или ловушки. Будь осторожен."

Мы двигались по тоннелям, стараясь ступать как можно тише. Воздух был влажным и затхлым, а под ногами хлюпала вода. Свет фонаря Марии едва пробивался сквозь темноту, оставляя нас практически слепыми. Каждый звук отражался эхом, усиливая напряжение.

"Сколько ещё?" — прошептал Сашка, его голос дрожал.

"Недолго," — ответила Мария, сверяясь с картой. — "Ещё один поворот, и мы будем у выхода."

Я шёл впереди, проверяя путь. Бор замыкал группу, его металлические глаза время от времени вспыхивали, освещая пространство вокруг. Его присутствие вселяло уверенность — он словно чувствовал опасность за несколько шагов.

Внезапно я услышал, как Бор издал низкий механический звук — что-то между скрежетом и щелчком. Это был его способ предупредить нас об опасности. Я резко остановился и поднял руку, давая сигнал группе замереть.

"Что случилось?" — спросила Мария, её металлический глаз вспыхнул, осматривая тоннель.

Я прислушался. Издалека доносился звук — тяжёлые шаги и лязг металла. Патруль боярских солдат.

"Прячемся," — прошептал я, жестом указывая группе спрятаться за ржавыми трубами, которые были разбросаны вдоль стен тоннеля. Мы прижались к холодному металлу, стараясь не шуметь.

Шаги становились громче. Через несколько секунд в поле зрения появились трое: два человека в кожаных куртках и механический солдат, чьи красные глаза-сенсоры медленно сканировали пространство. Они явно искали нас.

"Они знают, что мы здесь," — прошептала Мария, её металлический глаз вспыхнул.

"Не двигаться," — сказал я, поднимая руку.

Но судьба решила иначе. Один из солдат споткнулся о камень, и его фонарь мельком выхватил из темноты край нашей одежды.

"Там кто-то есть!" — крикнул он, указывая в нашу сторону.

"Бежим!" — скомандовал я, и мы рванули вперёд.

Группа рассыпалась, каждый старался использовать тени и укрытия. Я услышал выстрелы, но они прошли мимо, высекая искры из стен тоннеля.

"К бою!" — крикнул я, когда механический солдат бросился за нами.

Я достал молоток и приготовился. Когда солдат приблизился, я ударил его по соединительному шву на плече. Металл прогнулся, но машина продолжала двигаться.

"Цельтесь в энергетический узел!" — крикнул я, отступая.

Сашка попытался атаковать с фланга, но солдат заметил его и повернулся, блокируя удар самодельной дубинкой.

"Отвлеки его!" — крикнул я, бросаясь в другую сторону, чтобы привлечь внимание машины.

Сашка кивнул и начал кружить вокруг солдата, стараясь быть как можно более заметным. Машина повернулась к нему, её красные глаза-сенсоры следили за каждым его движением.

"Давай!" — крикнул я, видя момент.

Сашка сделал обманный шаг влево, заставляя солдата повернуться вслед за ним. Как только машина полностью развернулась ко мне спиной, я бросился вперёд.

"Сейчас!" — крикнул я.

Сашка тут же метнулся вправо, заставляя солдата снова повернуть голову. Машина замешкалась, переключая внимание между нами. Этого мгновения мне хватило.

Я подскочил к солдату со спины и с силой ударил молотком по уязвимому соединительному шву на его корпусе. Раздался глухой металлический звон, и солдат качнулся, его движения стали медленнее и он повернулся в мою сторону.

"Ещё раз!" — крикнул я, готовясь к новой атаке.

Но Сашка уже подобрался ближе, заранее взяв руки молоток, который висел у него на поясе и метко ударил по тому же месту, где я только что нанёс первый удар. Металл треснул, и машина замерла, её красные огоньки погасли.

"Отключён," — сказал я, переводя дыхание.

Но это была только часть группы. Двое оставшихся солдат уже бежали к нам, их оружие было наготове.

"Разделяемся!" — скомандовал я. — "Мария, Бор, прикройте тыл. Сашка, со мной!"

Мы разделились, чтобы запутать противника. Я и Сашка побежали в одну сторону, а Мария и Бор остались в другой. Охранники разделились вслед за нами, и вскоре я услышал звук борьбы позади.

"Сашка, готовься," — сказал я, останавливаясь у поворота.

Мы подождали несколько секунд, и один из солдат выскочил из-за угла. Я ударил его молотком по голове, а Сашка добавил удар дубинкой. Солдат упал, теряя сознание.

"Чисто!" — крикнул я, оглядываясь.

"Мы тоже справились," — донёсся голос Марии из темноты. Она и Бор вернулись, их лица выражали решимость.

"Хорошая работа," — сказал я, переводя дыхание. — "Но теперь нужно двигаться быстрее. Они знают, что мы здесь."

Мы двинулись дальше, чувствуя, как время утекает сквозь пальцы. Первая стычка закончилась победой, но она была лишь предвестником того, что нас ждало впереди.

Теперь мы знали: бояры не остановятся. И мы тоже не собирались.

"Ты молодец," — сказал я Сашке, кладя руку ему на плечо. — "Первый бой всегда самый сложный."

Он кивнул, но его лицо всё ещё было бледным.

"Спасибо," — прошептал он.

"Не за что," — ответил я. — "Ты справился."

Мы продолжили путь, и каждый шаг давался тяжелее, чем предыдущий. Но в наших сердцах горела решимость. Мы знали: назад пути нет.

Мы встретились с Марией, Бором и остальными членами их группы у поворота тоннеля, где воздух был ещё более затхлым, а стены покрывал густой слой плесени. Их лица были напряжёнными, а взгляды — тяжёлыми. Мария держала в руках фонарь, его свет выхватывал из темноты их силуэты и что-то ещё — неподвижное тело, лежащее на земле.

"Что случилось?" — спросил я, чувствуя, как сердце сжалось от предчувствия.

Мария опустила глаза, её металлический глаз мигнул, словно она искала правильные слова. "Один из наших… не справился."

Я шагнул вперёд и увидел его. Это был Лев, один из самых молодых бойцов группы. Его лицо было бледным, а одежда пропитана кровью. Он лежал неподвижно, его глаза были закрыты, будто он просто уснул. Но мы знали правду.

"Что произошло?" — повторил я, обращаясь к Марии.

Она глубоко вздохнула, собираясь