Лекарство от старости - Олег Зарицкие

- Тысячу сто долларов и наш специалист привезёт лекарство завтра, куда скажете.

- Завтра? — задумалась Светлана, продолжая всхлипывать и шмыгать носом. — Так быстро?

- Но вы же сами хотели быстрее, — удивился мужчина. — Или вы уже передумали?

- Нет! Нет, я не передумала, — твёрдо сказала Светлана. — Просто у меня завтра мама дома. А после завтра, в субботу она на смене и до воскресенья её не будет.

- Хорошо, а деньги у вас есть? — спросил мужчина.

- Есть, — опять зарыдала Светлана. — Мне эта сволочь на аборт оста- ви-л, — она просто завыла как белуга.

- Хорошо, девушка, только успокойтесь. Можно я запишу ваши данные.

- Да, какие данные? — она немного успокоилась и только всхлипывала.

- Вы из какого города? — спросил мужчина.

- Из Киева.

- А где вы работаете?

- Менеджером страховой кампании.

- Ваша фамилия, имя отчество. Год рождения, адрес и время доставки.

- Камынина Светлана Леонидовна 1988 года улица Белорусская дом 22 квартира 16.

- В какое время вам удобно встретить нашего курьера7

- А можно с утра. Часов в десять, — спросила она.

- Как скажете. В десять часов в субботу наш курьер привезёт вам лекарство. Да, и ваш телефон, мобильный, если можно, — попросил мужчина.

- 093…., - назвала свой телефон Светлана. — Подождите. Но я не могу сама, - закричала она в трубку.

- Не переживайте. Курьер всё сделает. Это входит в стоимость, — успокоил её мужчина.

- Хорошо, я буду ждать, — радостно согласилась она.

- Тогда до свидания, — сказал мужчина и отключился. Максимов был просто восхищён Светланой.

- Слушай, я обалдел, — он упал перед ней на колени и вознёс руки вверх, как перед божеством. — Если бы тебя сейчас слышал Станиславский, он бы воскрес! Ты богиня. Я сам в какой-то момент поверил тебе, представляешь?

- Да прям. Ничего особенного, — скромно пожала плечами Светлана. — Я просто представила, что ты меня бросил, беременную и мне так себя стало жалко, — на глазах у Светланы опять появились слёзы. Она посмотрела на Максимова. — Ты ведь меня не бросишь беременную?

- Нет, нет, глупенькая. Ну, что ты, — он обнял её и начал целовать, губами собирая слезинки с её лица. — Я никогда тебя не брошу. Я ведь люблю тебя.

- И я тебя люблю милый, — зашептала она, отвечая на его поцелуи и начиная расстёгивать его рубашку…

Министерство юстиции Германии подготовило проект закона, дающий право медперсоналу участвовать в "некоммерческой" эвтаназии. Это означает, что медики больше не будут подпадать под уголовную статью, помогая пациентам, решившим покончить жизнь самоубийством, приобрести необходимые препараты. Однако в соответствии с проектом закона эвтаназия в стенах коммерческих организаций по-прежнему останется запрещенной. Известно, что министр юстиции ФРГ Забине Лойтхойссер-Шнарренбергер всегда придерживалась либеральных взглядов. Это и понятно — Свободная демократическая партия Германии, которую она представляет, вольно трактует многие общественно-социальные нормы. Но, решившись на новый закон, нацеленный на облегчение участи тяжелобольных пациентов, министр юстиции затронула святая святых немецкой этики и юриспруденции и вызвала бурю протеста, прежде всего у медицинских функционеров и партнеров по коалиции в кабинете министров.

Соратники канцлера Ангелы Меркель считают, что документ откроет путь для злоупотреблений в такой сложной сфере, как помощь в осуществлении суицида. Как сообщил "РГ" председатель Немецкого союза защиты пациентов Ойген Брюш, теперь суициды станут в Германии повсеместным явлением. По его мнению, идеи министра юстиции приведут к тому, что общество будет спокойно относиться к этому страшному событию.

Критически относится к проекту закона и Федеральная врачебная палата. В своем сообщении для "РГ" ее председатель Ульрих Монтгомери называет закон "бредом". Монтгомери не видит логики в аргументации министра юстиции. Он недоумевает: как может быть, с одной стороны, запрещена коммерческая эвтаназия, а с другой, разрешена помощь в осуществлении суицида со стороны медперсонала, родственников и врачей? В Германии с июня 2010 года существует право пациента самостоятельно распорядиться отключением аппаратов для поддержания жизни в случае смерти мозга. Однако больной загодя в письменном виде должен дать свое согласие на это и таким образом освободить врачей от уголовной ответственности. Как рассказала официальная представительница Немецкого общества по гуманному уходу из жизни Вега Ветцель, в настоящее время активная эвтаназия в Германии запрещена. Она остается запрещенной и по новому закону. Врачи не имеют права делать уколы или ставить капельницы с жидкостями, содержащими смертельный яд. Более того, они просто обязаны предотвратить смерть, находясь у постели больного. До сих пор уголовным преступлением считалась помощь в приобретении таблеток, приводящих к смерти. Никто не имел права выдать больному человеку, решившему умереть, необходимую дозу медикаментов. Не могли этого сделать ни врачи, ни аптекари. Ранее больные раком или парализованные пациенты были вынуждены обращаться к швейцарским и голландским врачам. В Германии даже распространился своего рода "туризм для эвтаназии". Немецкое общество по гуманному уходу из жизни приветствовало решение министра юстиции, освободившее врачей от ответственности за помощь в суициде. Ведь глотать смертельные таблетки больной может как самостоятельно, так и с помощью родных или сиделок. В конце концов, самоубийство в Германии законом не запрещено и является личным делом каждого.

Глава 3

За пару дней Калуга нашёл семнадцать кандидатов на исполнителей. Вчера они все уже прибыли в Одессу, а сегодня в десять утра уже приехали по указанному адресу.

Над входом в подвал была вывеска «Приём стеклотары». Когда-то здесь её действительно принимали, но теперь этот подвал арендовала у ЖЭКа одна из фирм Академика. Здесь он оборудовал учебный класс, в котором проводил обучение и тестирование кандидатов. Отбор он проводил лично и очень жёстко. В лучшем случае, его обучение проходил один из трёх претендентов. Куда потом девались не прошедшие тестирование, он не интересовался. Человек Академика впустил прибывших в подвал. Закрыл за ними железную дверь на засов и провёл их в помещение для занятий. Это большой помещение было чисто побелено. Пол был выложен новой плиткой. У стены было несколько рядов офисных стульев. Перед которыми стоял диванчик и журнальный столик. На столе лежала медицинская сумка. Справа стоял письменный стол с кожаным креслом. Слева от входа, в углу, был длинный стол, на котором стояли два электрических чайника, чашки, а в вазах лежали пакетики с чаем и кофе. Рядом были подносы с печеньем и булочками. Видимо совсем недавно здесь сделали уборку, потому, что пол был ещё влажным.