Грезы наяву - Барбара Картленд

— Нет… мы жили очень скромно, — призналась Мелита.

— Не стану скрывать, что я весьма разочарована, — сказала маркиза. — Боюсь, что вы не совсем годитесь в компаньонки моей внучке. Однако, раз вы уже здесь, остается только надеяться, что мы выйдем из положения, не совершив еще большей ошибки.

— В таком случае, — сказала Мелита, — я, конечно… тут же уеду.

— Разумеется, — согласилась маркиза. — Но я не желала бы обидеть вашу тетушку, и поэтому я надеюсь, что вы приложите все усилия, чтобы не разочаровать нас. Это все, что я хотела сказать! Кто-нибудь проводит вас в классную, где вы познакомитесь с Беттиной.

Догадываясь, что аудиенция окончена, Мелита встала.

— Я понимаю, что принята на испытательный срок, — сказала она с достоинством. — Я надеюсь, что не подведу вас и… тетю Кэтрин.

Она сделала маркизе реверанс и, горделиво вскинув голову, удалилась. Только закрывая за собой дверь, Мелита почувствовала, что вся дрожит.

В небольшой приемной миссис Флауэр и горничная о чем-то перешептывались. Мелита поняла, что они говорили о ней, скорее всего разделяя мнение своей госпожи о ее непригодности на роль компаньонки.

Довольная тем, что ее не заставили дольше ждать, миссис Флауэр сказала:

— Если вам угодно последовать за мной, мисс, я провожу вас в классную комнату.

Она быстро пошла впереди, и Мелита была довольна, что в этой спешке им было не до разговоров.

Захватив ее накидку и шляпу, они пошли дальше, пока наконец не остановились у еще одной лестницы, ведшей на верхний этаж.

Лестница была широкой и величественной, как и все во дворце, но в этот момент Мелита была настолько подавлена всем происшедшим, что не замечала ничего вокруг.

Миссис Флауэр поднималась теперь медленнее и тяжело дышала. Когда они оказались на лестничной площадке, Мелита решила, что они находились теперь в западном крыле здания, хотя трудно было сказать точно.

Наконец миссис Флауэр распахнула дверь, и они вошли в большую комнату, совсем не похожую на классную. Во всяком случае, Мелита никогда не думала, что комната для занятий могла так выглядеть. Мебель была такой же роскошной, как и в гостиной маркизы. Единственным отличием был стол посередине и рояль в углу.

Мелита ожидала увидеть юную леди Беттину, но в комнате никого не было. Миссис Флауэр с удивлением оглянулась по сторонам и, подойдя к двери на другой стороне комнаты, резко постучала.

Ответа не последовало, и минуту спустя она спросила:

— Ваша светлость здесь? Мисс Уолфорд прибыла и ждет вас.

На этот раз что-то прозвучало в ответ, но Мелита не могла разобрать слов. Довольная тем, что исполнила наконец данное ей поручение, миссис Флауэр сказала:

— Ее милость сейчас придет, мисс. Теперь все в порядке.

Она вышла, прежде чем Мелита успела сказать хоть слово.

Мелита терпеливо ждала. Она не садилась, будучи в слишком большом напряжении, и продолжала стоять, стиснув руки.

Уходя, миссис Флауэр захватила с собой ее шляпу и накидку, и Мелита догадалась, что ее собственная спальня находится где-то неподалеку.

Ей показалось, что прошло очень много времени, прежде чем дверь открылась и вошла леди Беттина.

Как и маркиза, ее внучка оказалась совсем не такой, какой Мелита ожидала ее увидеть. Прежде всего, она была брюнеткой. Ее темные волосы в беспорядке падали на плечи, и она была слишком высока для своего возраста. Явно дорогое платье было запачкано краской и порвано. Больше всего Мелиту поразило ее сердитое выражение, такое же было у ее отца, когда, уволив грума, он швырнул его на землю.

Леди Беттина осмотрела Мелиту с таким же вниманием, как это сделала ее бабушка.

— Какая вы компаньонка! — пренебрежительно воскликнула она. — Вы слишком молоды!

Она говорила резко и вызывающе. Мелита не успела ничего ответить, как девочка добавила:

— Я не позволю вам тут командовать мной, так что лучше уезжайте, пока я вас не прогнала. Я сказала бабушке, что вы мне не нужны.

Грубость девочки была последней каплей, переполнившей чашу терпения Мелиты. Сначала жестокость маркиза, потом недовольство его матери, а теперь желание девочки прогнать ее!

Не сознавая, что она делает, Мелита подошла к ближайшему окну и остановилась около него, глядя на озеро и видневшийся за ним парк. Глаза ее наполнились слезами.

Она думала о своем любимце в его одинокой конюшне, недоумевавшем, почему она не приходит к нему, и об окружавших ее недоброжелательных людях.

«Почему, — спрашивала она себя, — почему папа и мама должны были умереть, а я должна жить здесь?»

Это был крик души, и девушка даже не почувствовала, как слезы полились у нее по лицу.

Ей хотелось домой, вон из этого наполненного холодностью дворца, в атмосферу счастья и любви, в которой она жила с рождения.

«Я вернусь домой, — говорила она про себя. — Как-нибудь я проживу, а если тетя Кэтрин приедет за мной, я… спрячусь».

На мгновение она совсем забыла о девочке.

— Почему вы плачете? — спросила леди Беттина с любопытством.

Чувствуя, что теперь ей уже нечего терять, Мелита ответила:

— Потому… что я не хочу здесь оставаться. Я… хочу домой!

— Тогда зачем вы приехали сюда? — с удивлением уставилась на нее Беттина.

— Меня… меня заставили, — всхлипнула Мелита.

От усилия, которого ей стоило это признание, слезы полились у нее еще сильнее, и она стала искать в кармане носовой платок. Но поскольку на ней было элегантное теткино платье с турнюром, она никак не могла найти карман.

Наконец Мелита его обнаружила, но слезы уже заливали ей корсаж, и, даже отерев глаза, девушка никак не могла успокоиться.

— Вы несчастны? — спросила леди Беттина.

— Да… очень.

— Но раз вас заставили приехать сюда, вас могут заставить здесь и остаться, — трезво рассудила девочка.

— Я убегу, — неожиданно для себя призналась Мелита.

Она понимала, что этого ей не следовало бы говорить, но не могла сдержаться.

Продолжая вытирать глаза, она упрекнула себя за такое безответственное поведение.

— Мне… очень жаль, — сказала наконец Мелита, подумав про себя, сколько же ей еще раз придется повторять эти слова, — но все здесь так… страшно.

— Я вас напугала? — поинтересовалась девочка.

— Да.

— И бабушка?

— Да, и она тоже, — кивнула Мелита.

— А я ее не боюсь! — похвасталась леди Беттина. — Ей нельзя уступать. Няня всегда говорила, что нельзя уступать тем, кто на тебя наседает.

Мелита понимала, что ей не подобает слушать подобные вещи, но, так как она все еще не могла справиться со слезами, девушка бросила на леди Беттину беспомощный взгляд.