Покорение Финляндии. Том 1 - Кесарь Филиппович Ордин

ушли восвояси. Великое княжение, находившееся теперь в Москве, было далеко и не могло оказать помощи. Новгородцы, однако, сами справились со Шведами, разбили их и выгнали из Орехова. 800 чел. было убито и взято в плен. Продолжая преследование, они разбили неприятеля и под Выборгом. А чтобы озаботить Магнуса еще более, сделали диверсию, предприняв с Двины кружный поход в Норвегию. Война была для Шведов вполне несчастна. Тем не менее заключенный в Дерпте в 1351 году мир не предоставил Новгороду никаких преимуществ, и занятые русскими местности возвращены Шведам[28].

Тем временем внутренние неустройства в Швеции настолько разрослись, что ей некогда было помышлять о новых походах на Новгородцев и Корелию. Слабый Магнус, после неудачных своих крестовых походов, не угодил и папе: он замедлил высылкой динария Св. Петра и подвергся зато из Авиньона проклятию. Вместе с тем, хотя и соединились в руках Магнуса Швеция и Норвегия, но удержать их он не мог. Недовольство Норвежцев привело к тому, что Магнус передал их страну младшему сыну Гакону, а старший Эрик остался наследником лишь шведского престола. Но шведская аристократия поднялась против короля открытой силой и принудила, его передать большую часть королевства, в том числе и Финляндию, наследнику Эрику. Сей последний, однако, вскоре умер (1359 г.). Но счастье и затем не улыбнулось Швеции. Датский король Вольдемар отнял у неё южные провинции; шведское дворянство подняло новый бунт, заключило короля Магнуса в Кальмарский замок и передало корону Гакону (1362 г.). Не прошло, впрочем, и года, как дворянство, недовольное тем что Гакон женился на принцессе Маргарите датской без его согласия, равно Как и доброжелательством к заключенному отцу, вызвало на шведский престол племянника Магнусова, сына регента мекленбургского, Альбрехта. Сторонники. Магнуса и Гакона поднялись в свою очередь, и междуусобица затянулась на многие годы. Но недовольное и Альбрехтом население поднялось и против него и потребовало передачи власти в руки особого совета из 12-ти членов, что и состоялось в 1371 г. Самоуправству и произволу открылся теперь широкий простор. Всякий, кто имел средства и силы, захватывал себе безнаказанно замки и поселения, причем разбои, грабежи и убийства стали делом обыкновенным. Правители, уже и в это время постоянно нуждавшиеся в деньгах, закладывали замки и имущества немцам, и тем лишь увеличивали взаимную ненависть и смятение. Областные начальники самостоятельно затевали войны с ближайшими ганзейскими городами, а герцог мекленбургский организовал даже систематический морской разбой.

Вражда между епископами упсальским и абоским из-за границ епархий прибавляла свою долю в общую неурядицу. Ганзейские города с своей стороны, опираясь на преобладание немцев в Стокгольме, вмешивались в дела Швеции в такой мере, что передали столицу жене Альбрехта Маргарите. Этот совершенно произвольный поступок иностранцев привел, однако, к благополучным для Шведов последствиям: Маргарите удалось положить некоторый предел неустройству Скандинавии, Твердой рукой она обуздала мятежное рыцарство; её энергией созваны были высшие представители трех государств: Швеции, Норвегии и Дании, ив 1399 году состоялась Кальмарская уния. Еще пред тем в короли был избран Эрик Померанский, племянник Маргариты; впрочем, до самой её смерти (1412) власть оставалась в её руках. — Шведская часть Финляндии никакого в состоявшемся соглашении участия не принимала и подчинилась ему лишь в качестве шведской провинции.

Но восстановленный Маргаритой порядок длился недолго. Мятежному духу, властолюбию и корыстолюбию дворянства и ёпископой, пастырские жезлы которых в эту Пору былии едва ли чем слабее скипетров, — соединение трех государств придало только больше жизни. Каждая партия в каждом государстве стремилась захватить власть не только в своей стране, но и в двух других. Короли сменяли один другого; одновременно бывало по два короля; порой не признавался никто, и во главе оказывались более смелые и ловкие из подданных. Входить в подробности по всем этим предметам нет, в целях нашей задачи, никакой нужды. Королевская власть была унижена до последней степени. При таких условиях иногда, в пылу раздоров, партии думали даже о призыве на помощь Русских. Главнее же всего то, что занятые внутренней борьбой, Шведы лишь очень редко затевали военные предприятия, и то более мелкие, в пограничных местностях, по внушениям рыцарей немецких и ливонских. Русь также была озабочена с других сторон и ничего серьезного на севере не предпринимала. К тому же сам Великий Новгород клонился к упадку, постепенно уступая перед Москвой, хотя и сохраняя еще облик внешнего значения.

Лишь для хронологической последовательности упомянем здесь о более крупных военных предприятиях, касавшихся Финляндии и Руси в течении XV века. В 1411 г. Шведы грабили новгородскую область, за что Новгородцы позднее отомстили походом в выборгскую страну, причем разорили и сожгли самый город. Года четыре спустя, Русские опустошили финский край в северной части Ботнического залива. — В 1468 году соединенные силы Шведов и рыцарей воевали с Новгородцами на Нарове. В то же время чрез Лапландию ходили первые морем в крестовый поход против язычников (contra paganos) новгородских И союзников их Москвитян, Волохов и Татар. Двиняне, близ Неноксы, разбили Шведов без посторонней помощи. В ограждение себя на границе Саволакса, Шведы построили там в 1475-77 гг. новую крепость Олафсборг (Нейшлот), а Выборг укрепили каменными стенами. Тем не менее, отношения между соседями можно было вообще считать мирными, а в 1482 г. и формально возобновлен прежний мир.

II. Во времена царей

Между тем явился собиратель русской земли Иоанн III; отдельные области, Новгород, Псков, пришли в упадок. Владения московского царя доходили теперь до пределов шведской Финляндии. Датский король Ганс, претендовавший на общий согласно унии престол трех скандинавских государств, в Швеции не признавался, и правитель её Стен-Стур был всемогущ. В таких обстоятельствах между Иваном III и Гансом состоялся в 1493 году договор в видах общего действия против Шведов. Впрочем враждебные столкновения начались еще с 1490 г., когда русские предприняли опустошительное нападение в северной части Ботнического залива. Поводом послужил спор Иоанна о неточном применении Ореховского договора к береговой полосе Ботнического залива, а также по вопросу о рыбных ловлях на озере Улео: там были перебиты русские рыбаки[29]. Загорелась новая и жестокая война со Швецией.

Напряжение сил было настолько велико, что псковитяне обязались выставить вооруженного всадника с каждых десяти сох. Русское войско, в числе 60. 000 ч., под предводительством князя Данилы Щеня, перешло по осени 1495 г. границу, имея с собой громадную артиллерию (орудия длиной в 3,5 сажени). Приступили к Выборгу, держали его в осаде с сентября до Рождества, но взять не могли. По шведским источникам, дело окончилось знаменитым «Выборгским взрывом», который шведский начальник Кнут Поссе произвел в