Хирург - Наталья Деева

— За двадцатку в Стрелецкую…

— Садись скорее.

Переводя дыхание, Алекс плюхнулся на сидение и протянул деньги. Старик бросил двадцатку в бардачок и надавил педаль газа.

Всё-таки справедливость — миф. Её придумали проигравшие, сильным мира сего она ни к чему. Есть те, кто верит, что господь воздаст всем по заслугам. Бред! Живёт на земле тварь, которая только мычит, двух слов связать не может, гадит вокруг себя, иногда — спаривается с себе подобными. Например, те уроды в Строгановке. Но — возлюби ближнего, не тронь его! Эта тварь нужна. А то, что возведено в идеал, то, о чём слагаются песни и книги, оказывается, абсолютное зло! Человек, который способен отдать жизнь ради другого — и не человек вовсе. Хорошо, что удалось предупредить Ленку. Только бы она успела прочесть сообщение! Быть с ней заодно не хочется, но ещё меньше хочется помогать тем, кто защищает тварей от справедливости.

— Молодой человек! — нарушил молчание водитель. — Я приторможу здесь, вам останутся две остановки троллейбусом…

— Огромное спасибо! Вы меня спасли!

Алекс захлопнул дверцу и запрыгнул в троллейбус.

Сошёл он возле центрального универмага и, расталкивая медлительных прохожих, помчался по знакомым улицам. Только сейчас он понял, почему Оля так себя вела. И то, что она поехала именно к палачам, тоже не вызывало сомнений. Иногда бездействие невыносимо, даже если знаешь, что ты ничем не поможешь. Но если в такой момент побежишь, потом всю жизнь будешь спасаться от невидимого врага — совести.

Остановился он возле клуба с титанами, отдышался и по памяти набрал маму.

— Алло, — проговорил её выцветший голос.

— Мама, — прохрипел он, облизал пересохшие губы, — не волнуйся, всё уладилось, я скоро приеду.

— Алёша! Лёшенька, ты?

— Всё хорошо, не переживай. Я перезвоню вечером.

— Лёша!..

Он отключил телефон и зашагал к дому, где жил Олин возлюбленный.

Хирург

— Хрена вам! — крикнула Оленька и бросила трубку.

Правильно, девочка, нечего тебе здесь делать. Уезжай как можно дальше. Я перевёл взгляд на Мерилин: восковое лицо, немигающие глаза. Труп. Ходячий труп.

— Ничего, — проговорила Мерилин. — Я знаю, где её искать.

— И что ты сделаешь? Пиф-паф? — я презрительно скривился, но моё поведение на них не влияло.

— Активирую программу, — холодно ответила она и направилась к двери.

Напарник, вперившийся в монитор, даже не проводил её взглядом.

Револьвер этот стервятник положил к себе в карман, теперь до него не добраться. А так хотелось бы! Первый раз в жизни я убил бы с наслаждением. И до ружья в шкафу тоже не дотянуться. Чёртова беспомощность. Они уверяют, что, как только Оленька найдётся, ноги снова будут слушаться. Только бы ей не взбрело в голову сюда приходить! И себя погубит, и… нет, не меня. Со мной всё ясно, это вопрос времени, и только. Червяк, надетый на крючок, умрёт вне зависимости от того, клюнет на него рыба или нет.

Если бы повернуть время вспять… Я сделал бы так же. Человечеству необходима чистка. Такие, как я, уже не справляются, поэтому пришли они. Мальчик, которого занесло вчера не пойми каким ветром, тоже из новых, но его почему-то не тронули. Окажись такой рядом, работать было бы невозможно. Немудрено, что в его городе образовался очаг, он скрыл всех переродков. Когда такое было, чтобы переродки сознательно сбивались в стаи? Одни палачи ничего не видят. Вернее, видят, но мальчишка для них нормален, потому что рядом с ним комфортно.

— Скажи-ка, Дмиртий, — нарушил молчание я. — Каковы критерии нормальности?

— Это чувствуется. Когда рядом опасность, рвётся пространство, — ответил стервятник. — Похожее ощущение, если поблизости чужак.

— А тебе не кажется, что это субъективно? Вы устарели. Вирусы мутируют, организм эволюционирует, и новые защитные механизмы…

— Это ересь, попытка оправдаться. Если бы ты ощутил то же, что и мы, ты бы понял. Огонь прекрасен, на него можно смотреть часами, но разводить костёр в квартире это безумие. Твоя Оля — это огонь в квартире.

Может, он и прав. Но у каждого своя правда, даже у червяка, нанизанного на крючок.

— Что с ней будет, если…

— Я бы сказал не "если", а "когда", — поправил стервятник и заёрзал на стуле. — Она заснёт и не проснётся, не будет ничего страшного. Мы скажем ей, что ошиблись, и уйдём, она даже знать не будет.

— Как милосердно!

Дилинь-динь, дилинь-динь — заголосил дверной звонок. Кого опять принесло? Что-то в последнее время стало много незваных гостей. Стервятник слетел с насеста и зашагал в прихожую. Наверное, вернулась Мерилин. Помогая себе руками, я попытался передвинуться на край дивана, и вдруг встал на ноги. Чёрт побери! Только бы успеть! Я рванулся к серванту, где стояла шкатулка с патронами. Три штуки, хватит и двух. Пока стервятник возился со щеколдой, я вытащил ружьё из шкафа и зарядил его. Крупная дробь не убьёт мгновенно, но болевой шок обеспечен. Тела-то у них человеческие! Надеюсь, у меня будет пару мгновений…

— Оля, прижмись к стене! — крикнул я и одновременно нажал на курок.

Асоциальный элемент

Когда Ольга шла знакомыми улицами, её ноги тряслись, а сейчас как будто вросли в коврик под дверью. Не осталось ни страха, ни жалости к себе. Только глубоко в душе теплился огонёк, который и заставил надавить на звонок. Всё, назад хода нет.

Кто-то неслышно подошёл к двери, посмотрел в глазок. Холод продрал по спине. Ольга закусила губу и потупилась. Это не Эдуард. Адреналин бурлил в жилах, инстинкт самосохранения гнал прочь, но она не могла сдвинуться с места. Вот, значит, о чём говорил Лёшка…

Гость Эда никак не мог выбраться из квартиры — замок заклинило.

— Ольга, прижмись к стене! — крикнул Эдуард, и её отбросило от двери.

Грянул выстрел, она схватилась за голову и вылетела на улицу. Что это? Кто? Когда она вернулась, в квартире что-то булькало и хлюпало.

— С-сука, — донеслось сдавленное ругательство.

Из соседней квартиры высунулась раскрасневшаяся женщина:

— Что за грохот? — пролепетала она. — Газ взорвался?

— Скорее всего, что-то упало, — шепнула Ольга, от страха у неё пропал голос.

Щёлкнул замок, приоткрылась дверь… Эдуард! Глаза шальные, губы сжаты…

— Безобразие! — пробубнила женщина. — Средь бела дня…

— Вызывайте милицию, — отрезал он. — Там труп. Идём, — его рука легла на Ольгино плечо.

— В-вы серьёзно?

— Конечно серьёзно, — он улыбнулся.

Наверху хлопнула дверь, послышались шаги.

— Совсем с ума посходили… — буркнула соседка, исчезая в своей квартире.