Как воспитать ниндзю - Люда и Игорь Тимуриды

Рядом не выдержала Мари, забыв про все роли, содрогаясь от хохота и будучи не в силах нащупать землю под ногами, так тщетно хватаясь за дверь... Пока граф лихорадочно закрывал ее, не пропуская любопытных, из которых внутрь прорвалась только бабушка.

Его жена и дочь колотили снаружи, крича – открывай, мерзавец, что ты задумал сделать с принцессой!

Я же просто была не в силах подняться, задыхаясь от смеха.

- Лу, выручай меня, я поклялся на тебе жениться! – во все горло истерически закричал принц. – Забери своих волкодавов, и мы тут же поедем в церковь!!!

- Когда я женюсь на тебе, – проворчал, подвывая от боли, Логан, – мы первым делом сошлем твоих китайцев на рудник...

- Мы поженимся сегодня же, и поедем выколачивать долги, – деловито и спокойно-хладнокровно вещал Юникс, найдя выгоду и уверенность духа в любом положении. – Я понял, как с помощью твоих верных слуг мы вернем все наши долги...

Закинув голову и закрыв глаза, по которым текли слезы, я ржала, как помешанная, вместе с Мари, переглянувшись с которой мы снова начинали визжать от смеха... Мне уже было наплевать на бал, тем более что я понимала, что танцевать мне более не придется... Как бы не затанцевать где-то на льдине среди белых медведей на каторге, когда все откроется.

Снаружи раздавались бешеные стуки.

- Что ты делаешь с девочками, проклятый кобель! – вопила там мадам. – Почему они плачут! Бессовестный развратник, ты хоть о дочерях подумал, что им за это будет!!!

Граф, оттащив бабушку за шкирку в угол, яростно объяснял ей ситуацию.

Не сразу, но она поняла ситуацию.

- Так им и надо! – ужаснулась она, как ни странно осудив именно мужчин. – Что с девочками наделали! Так бесстыже их опозорить!

Я даже смеяться перестала от такого утверждения.

- Бедняжка, – глядя на меня, она аж всхлипнула.

Я открыла рот.

А бабушка, заметив, что они до сих пор привязаны, выругалась, и, бесстрашно взяв из рук Джо нож, и пошла к мужчинам.

- Что же теперь делать? – на ходу размышляла она.

Мужчины настороженно и напряженно впились глазами в нож. Бабушка храбро собиралась обрезать веревки, но, по привычке, забыла то, что хотела сделать, задумавшись.

- Может взять с них слово молчания и чтоб они не приближались к ним даже на полкилометра? – задумалась бабушка, остановившись перед принцем и погрузившись в свои размышления. Принц с ужасом смотрел на нож и бабушку. Хоть он и пытался держаться гордо, но жилка на лице у него трепетала.

- Белый скво не так пытает... – сказал Джо, подойдя к ней. – Смотри, как это делать правильно...

С этими словами он хладнокровно неожиданно уколол Юникса в нерв и тот начал извиваться и вопить от боли.

- Все сделаю, все сделаю... – зашептал он на родном языке, с ужасом смотря на нависшую бабушку.

- Не надо, я и сам, – прошептал, тщетно пытаясь отшатнуться от приближающегося графа, принц.

Я совсем умерла от смеха, и на меня даже уже рассчитывать было нельзя, чтоб остановить этот балаган. Мари держалась за меня. У нас случился припадок. То ли смех, то ли уже рыдания.

- Плачут бедняжки, – слышалось за дверью...

Я заплакала еще сильней. Теперь уже стонала.

Бабушка шепотом требовала от мужчин, чтобы они дали клятву больше никогда не подходить ко мне и близко и тут же торжественно отказались от предыдущей клятвы на мне жениться. Лица всех троих были крепко сжаты, и они угрюмо молчали, не отвечая ни слова.

Она все ласково уговаривала их, натыкаясь на хмурые лица, и с трудом скрывала обуревавшую ее с каждым мгновением злость.

- Ах, так! – разозлилась старая карга. Она, очевидно, совсем взбесилась от ярости. Ибо подбежала к громадному пустому аквариуму с муравейником термитов в центре, что был в этой комнате вместе с пираньями, змеями и прочими диковинками. Термитник был сделан очень здорово – его окружала полоса воды, и муравьи не могли выбраться, и жили в этом кусочке стекла.

С силой схватив, почему-то муравейник, бабушка дяди Джорджа обрушила куски муравейника на головы этих прикованных негодяев. Заталкивая кишащие кусучими и разъяренными разрушением их дома термитами куски муравейника им за пазуху. Мужчины бешено задрыгались.

- Мама, что ты делаешь! – вскричал граф. И начал вырывать куски у нее из руки.

- Ах так!!! – разъяренная бабушка, видимо, в ярости из-за того, что он мешал ей, обрушила громадный кусок термитника на голову графа, так что он оказался с ног до головы обсыпанный красной крошкой. А потом еще и толкнула его на разгромленный термитник.

Потрясенный граф лежал на термитнике и ошеломленно смотрел на мать. А потом вдруг вскочил и, бешено подпрыгивая и бья себя по спине и бокам, и стал с криками срывать с себя одежду.

По лицам привязанных мужчин текли слезы, они мычали; размазанные красные и черные полосы грязи делали их похожим на клоунов, когда они делали гримасы.

Увы, термиты были живыми и настоящими, хоть невозможно было представить, кто приказал привезти и поставить их в комнаты для гостей вместе с аквариумами с пираньями с другой стороны комнаты.

Очевидно, чтобы утихомирить адскую боль, граф опрокинул на себя стоявший горшок, не поняв, что это не вода, а бочонок томатного соуса...

Я изнемогала. С Мари же случилась истерика, и она даже руку поднять не могла, чтобы тыкнуть пальцем в них, как хотела: она только содрогалась и только тихие слезы текли по ее лицу.

Джо, не в силах выдержать вида пытаемых так жестоко мужчин, сам обрезал веревки, и они с криками заметались по комнате, высоко подпрыгивая и срывая с себя шмотки. Посредине бешено танцевал, хватаясь за задницу, полуголый граф, которому досталось больше всего. Он совсем обезумел от боли и уже ничего не видел.

И в это время, наконец, взломали дверь. Мы с Мари лежали на земле в обнимку, словно патриции за завтраком, и тихо визжали, стоня, глядя на группу крутящихся и подпрыгивающих мужчин с голым разрисованным графом во главе.

Чуть впереди нас сидели, с восторгом глядя на эту картину, как в театре, хохочущий китаец с индейцем, вытиравшим слезы.

От вида голого размалеванного графа, отплясывающего джумбу, с вломившимися спасателями случился шок.

- Ах, мой сын такой шутник, – с трудом сказала ворвавшейся знати по-французски сквозь смех тут же нашедшаяся старая бабушка, сидевшая впереди всех, вытирая льющиеся слезы. – Принцессы совсем впали в депрессию от долгого пути, и граф с мальчиками решил их повеселить... Не волнуйтесь, все было пристойно, ведь я здесь... – выговорила она, с трудом сдерживая рыдания.

Графиня с криком вцепилась графу в лицо и упала в обморок прямо на муравьев...

От вида открывшейся двери мужчины, наконец, пришли в себя и ринулись в нее, сметя стоявших зрителей. Очевидно, они “поделились” с теми немного своими термитами при ударе, потому что некоторые дамы стали вдруг подпрыгивать и вертеться, ничего не понимая и в ужасе задирая платья. Вскочившая с муравейника графиня с окружившими ее проклятыми дочерьми, не подумавшими, где они присели над матерью, плясала не джумбу, а канкан.

Я думала, что я умру... Мари только сдавлено хрипела, а по лицу бабушки катились большие-большие слезы...

Глава 41.

Через пол часа мы все еще сидели в одной из комнат с отцом и матерью Мари, приводя себя в порядок.

- Уезжаем! – первым делом скомандовал очнувшийся и пришедший в себя граф.

- Было отдано приказание никого отсюда живьем не выпускать, – тихо и заискивающе сказала я. – Королева захотела увидеть нас живыми...

Проклятая бабулька уже рассказала графу и графине Кентеберийским, что произошло. Графиня снова упала в обморок, а граф сидел, сжав руками виски.

- Ходячая катастрофа, – сказал он мне. – Скажи мне хоть, что мне делать?

- Господи, чего вы волнуетесь, – недоуменно проговорила я. – У нас есть еще Франция...

- Но моя репутация...

- Твоя репутация не идет ни в какое сравнение с репутацией дяди Джорджа... – сказала Мари.

Я не могла даже улыбаться, ибо болели скулы.

- О Господи! – сказал граф.

- Он застрелится? – любопытством спросила я.

Граф люто взглянул на меня.

- Принц и Логан тоже? – с сожалением спросила я. – А где я возьму такого ювелира, как Юникс, – я печально поникла.

Граф кусал руки от злости.

- Это была большая ошибка, – наконец напряженно заявил он.

- Жаль, что тебя там не было, – сказала Мари.

- Что??

Я представила, как граф танцует голым, и села на пол от смеха.

- Вы танцуете, папá? – спросила я.

Граф готов был нас обоих убить.

- Ой, папа, я вовсе не то имела в виду, – задыхаясь от смеха, извинилась дочь. – Я имела в виду, что там было так интересно, – мы никогда еще так не развлекались, правда, Лу?

- Цирк! – авторитетно подтвердила я. – Вам не обязательно было участвовать граф, но оно стоило того, чтоб увидеть самому... Вы много потеряли... Вам не обязательно было прыгать...

Мне пришлось поспешно вскочить и отпрыгнуть, ибо граф озверел.