Близкие враги - Владимир Михайлович Мясоедов

обрисовывают контуры доспехов, без двух-трех единиц открытого оружия не пришел ни один, а на поясах висели гранаты, украшенные святыми символами. Из общего ряда выделялся их лидер, едва ли не сгибающийся под тяжестью не очень большого, но явно весьма тяжелого мешка.

— Оплата, — пояснил он, шлепнув свою ношу на столик с бумагами, заскрипевший под его тяжестью. Слух Олега без труда различил звон монет, а дар оракула подсказал, что все они золотые. — И договор о том, что ты сделаешь, а чего делать не будешь, мы составим. А после заверим печатью, делающему нарушение сего документа...Проблематичным. Так, знаешь, на всякий случай.

— Многовато тут как-то, — озадаченно почесал в затылке чародей, пытаясь по объему мешка и плотности золота высчитать примерную сумму планируемого вознаграждения своих услуг. И выходила там сумма четырезначная, причем первой цифрой явно не единица была. — Разве ты умираешь? Мне казалось, что если трое суток одаренный после злоупотребления стимуляторами продержался, то особо бояться ему уже ничего, самое страшное уже позади.

— Не умираю, — подтвердил мнение опытного целителя Ерафим, согласно колыхнув почти лежащими на плечах щеками. — Но тут не только твоя оплата, но еще и аванс. Мне кажется, что в текущей ситуации даже у такого закоренелого грешника как ты найдутся общие интересы с представителями церкви.

— Ты хочешь предложить какое-то общее дело мне? После всего того, что вы уже устроили?! — Олег ожидал многого, но не такого. Он бы даже поаплодировал наглости церковника, начавшего подозрительно принюхиваться к наполненному ароматами дезинфицирующих средств воздуху внутри корабельного госпиталя, если бы это не сочли изощренным издевательством. — Ладно...Из уважения к тебе я как минимум предложение выслушаю. Но для начала скажи все-таки, чем ты траванулся, чтобы стало понятно, какие ритуалы и процедуры мне готовить.

— Две порции «Пыли праведников», шесть капель «Эссенции фанатика», фиал «Драконьих слез», то ли пять, то ли шесть капсул с «Ремонтной затиркой» и полторы дозы «Снаряда энтропии», — перечислил церковник названия стимуляторов, которые должны были вообще-то убить, ибо принятие даже половины озвученных препаратов в озвученных количествах считалось бы смертельным для одаренных четвертого ранга если и не в течении пары часов, то хотя бы на следующие сутки. Мысленно Олег отметил, что Ерафим почти наверняка балуется алхимией — умельцы профессионально смешивать зелья и яды также намного лучше справлялись с отравлениями и интоксикациями, частично в силу высокой сопротивляемости аномально-магическим веществам, частично благодаря опыту по экстренному и самостоятельному выведению всякого разного дерьма из организма.

— Тогда начнем с фильтрации крови и чистки сосудов, — решил чародей, телекинезом распахивая шкафчик где стояла медицинская литература, помимо всего прочего содержащая томик с описанием основных алхимических стимуляторов, используемых в Возрожденной Российской Империи. Не то, чтобы Олег его содержание не помнил, однако если имелась возможность свериться со справочной информацией — то зачем ей пренебрегать? — Насколько я понимаю, проблемы с метаболизмом начались именно из-за затирки, которой ты пытался повреждения энергетики на ходу латать. ..Залатать-то залатал, но придется повозиться, чтобы вывести осевшие в кровотоке соли...Так что там у тебя за предложение?

— Как бы не неприятно мне было это признавать, но в отрыве от основной массы русских войск, я и мои братья по вере не та сила, которая способна выиграть по-настоящему серьезную битву. Индусы же нас не любят. Пусть мы пришли им на помощь в борьбе с безбожными англичанами, но для многих аристократов и почти всех их жрецов мы в первую очередь христианские священники, которых они намерены не истребить, так изгнать со своей земли. — Олег согласно хмыкнул, листая справочник в поисках нужных страниц. О том, что пастыри «безбожных англичан», строго говоря, для Ерафима являлись коллегами, только принадлежащими к другому ответвлению одной и той же религии, он решил своему гостю не напоминать. Православный инквизитор и так это знал прекрасно, просто отношения с европейскими священниками у российского духовенства были сложные...Примерно века с тринадцатого, когда бравые крестоносцы в первый раз попытались принести истинную веру грязным русским варварам, устроив против них натуральный крестовый поход. Первый, но далеко не последний. И если идею о захвате земель, свержении светских владык и закабалении-порабощении простых «схизматиков» им бы еще могли простить, то намерение подмять под себя или вообще истребить православных конкурентов — никогда. — В планирующемся наступлении от нас почти наверняка попробуют избавиться, бросив без поддержки на самые сложные участки...И я готов заплатить тебе шестьдесят тысяч рублей, если наши отряды будут действовать совместно, помогая друг другу. Треть сейчас и золотом, остальное либо чеком, либо после возвращения в Россию.

— Планирующемся наступлении?! — Чародей от изумления даже свою работу прекратил. — Каком еще наступлении? О каком наступлении вообще может идти речь, если больше половины армии либо на том свете, либо окровавленными бинтами щеголяет?

— А тебе не говорили? — Удивленно поднял брови священник. — Союз северных лордов, несмотря на потери, намеревается двинуть свои армии вперед, на захват крепости «След моря». Надеются рассечь таким образом на две части владения непосредственно противостоящих им проанглийских княжеств и получит путь к землям нейтрала, который имеет шансы стать союзником...Так что скажешь насчет союза уже нашего?

— Ерафим, я конечно понимаю, что вас основательно приперло, но ты же вроде не дурак, — Олег положил на стол книгу, открытую в нужном месте, еще раз удостоверившись в том, что даже три порции «Ремонтной затирки» считались летальной дозой. Ну а две просто вели к пожизненной инвалидности и ослаблении магического дара на два-три ранга...Вот только аура священника если и ослабла, то совсем незначительно. То ли справочник умалчивал о некоторых исключениях из общего правила, то ли православным инквизиторам были ведомы некоторые тонкости, которых составители данной книги банально не знали. — Опустим в стороне сумму, которая на нашем уровне уже просто смешная... О каком союзе может идти речь? Моих бойцов же придется постоянно держать в режиме полной боевой готовности, если вы рядом будете. Потому как ударите, если сочтете момент удобным. Несмотря на военные действия против общих врагов ударите. Уже били. Не ты лично, но та организация, частью которой вы все являетесь. Не могу я вам доверять, даже если бы хотел, поскольку отвечаю не только за себя, но и за своих людей. Права не имею.

— Наши разногласия все ещё могут быть...Урегулированы. — Ерафим замялся, подбирая слова. Во вспышке пророческого озарения Олег понял, что дипломатия и официоз ему непривычны от слова совсем. И пользоваться подобными инструментами он не