Грозный отряд - Люк Скалл

— А как Брэн?

— Он умер, господин. Кашель убил его на прошлой неделе.

Эремул посидел в молчании. Затем запустил руку за пазуху и достал два серебряных скипетра.

— Одна из этих монет — для тебя, — сказал он. — Другая — чтобы похоронить твоего друга. Ты знаешь, где тело Брэна?

— Да. Я спрятал его под листвой в переулке рядом с Уоррэнс.

— Обожди здесь. Я вернусь через минуту. — Он покатил в хранилище. Быстрое заклинание, и скрытые магией слова записки всплыли в воздух. Он прочел их, тихо ахнул и прочел снова, для пущей уверенности.

Эремул сжег записку и достал перо и чернила, чтобы написать короткое послание Уборщикам, в котором поручал им отвезти тело мальчика на кладбище возле Крюковой улицы для похорон.

ВЫЖИВШИЕ

Саше хотелось визжать.

Прошла неделя с тех пор, как они бежали из Поросячьих Врат и нашли убежище на борту «Ласки». Последние семь дней, бодрствуя, она страдала то от морской болезни, то от неутолимой, ужасающей тяги к благословенному серебристому порошку, который ей не терпелось запихнуть в нос. Она убила бы кого угодно на борту маленькой каравеллы за одну-единственную дозу. На самом деле она убила бы по крайней мере одного из них просто за то, что он совершенно не представлял, насколько близок к тому, чтобы подтолкнуть ее к краю.

И вот в самый подходящий момент к ней с важным видом подошел Коул. На его лице сияла широкая улыбка.

— Мы только что получили послание от Белой Госпожи, — сообщил он. — Это оно, Саша. Ожидание закончилось. Армия выступила.

Саша вздохнула с облегчением. Сначала им нужно было дождаться ответа из Телассы после того, как Брианна отправила сообщение, что Проклятие Мага возвращено. Затем было отослано другое сообщение — доверенному лицу в Сонливии, и следовало дождаться его ответа. В заключение они запросили подтверждение, что армия выступила. Наконец, казалось, все стало на свои места — и давно пора. Она будто сходила с ума.

— Друзья и союзники, — громко сказала Брианна, привлекая внимание всех, кто был на борту. — Настало время продолжить в соответствии с нашими планами.

Два горца, которые сидели, развалившись, возле главной мачты, поднялись. Джерек бросил на Сашу сердитый взгляд. Она в ответ нахмурилась. Она знала, этот человек ее ненавидит, но чувство было обоюдным. Темнокожий шамаатанец присоединился к ним, прервав разговор с не менее странной, чем он, бледнокожей женщиной, стоявшей у руля. Они составляли разительный контраст.

Тем не менее ничто не выбивало ее из колеи так, как грубая рожа нового друга Коула, который пялился на нее с вожделением. Она не раз ловила на этом бывшего заключенного. Жажда в его сверкающем взгляде напоминала ей о том, что давно уже было погребено в прошлом. Девочке, которая все еще жила в ней, хотелось бежать от него куда подальше.

Но она не побежит. Мужчины, подобные Трехпалому и Джереку Волку, становятся лишь сильнее, узрев признаки слабости. Неудивительно, что эти двое, казалось, поладили. Разочарованием явилось то, что Бродар Кейн тоже вписался в их товарищество. Ей все больше нравился потрепанный старый воин и его добрые синие глаза.

Брианна окинула взглядом собравшуюся группу. Полуденное солнце жарило вовсю, и с каждым днем становилось все горячее. Весна наконец уступила место лету.

— Мы дождемся прихода ночи, — сказала советница Белой Госпожи. — Затем поплывем на запад по проливу Мертвеца под покровом темноты. Если понадобится, я укрою корабль магией, чтобы скрыть наше продвижение. Даварус Коул высадится возле Сонливии. Все остальные продолжат плавание и соединятся с нашими силами в заданном месте.

Бродар Кейн поскреб подбородок. Он наконец нашел время побриться и теперь выглядел гораздо лучше.

— А кто командует этой армией, если вы ничего не имеете против моего вопроса?

Брианна нахмурилась. Выглядела она весьма обыкновенно: высокая и изящная, одетая в непримечательное синее платье. Тем не менее Саша поняла, на что способна Брианна, когда та разогнала стражников на другом берегу канала. В результате этой зрелищной магической атаки никто не погиб — и Саша подозревала, что таков и был замысел Брианны. Это было проявлением сдержанности и полной противоположностью жестокому тирану Сонливии. Со временем Саша все больше восхищалась этой женщиной.

— Каждый из трех батальонов наемников возглавляет свой генерал, — ответила Брианна на вопрос старого варвара. — Генерал Зан командует армией в целом. Он несравненный воин и прекрасный тактик.

Заговорил темнокожий убийца.

— Генерал Зан может быть непостоянным, — предупредил он тихим, свистящим голосом. Вероятно, шамаатанец каким-то образом избежал петли у себя на родине. Опыт приближения к смерти явно оставил на человеке неизгладимый след.

«Некоторые раны никогда не заживают, — подумала Саша. — Мы можем прикрыть их и сказать себе, что мы в порядке, но шрамы никуда не исчезают, и их видит весь мир». Ей нужна лунная пыль. Нужна так сильно, что у нее вспотели ладони.

— Генералы сумнианских наемников добиваются своих постов исключительно проявлением доблести в сражении, — продолжил убийца. — Любой воин батальона может бросить вызов, чтобы занять пост командующего. Ему надо лишь победить действующего генерала в бою до смерти. Генералу Зану очень давноне бросали вызова… — Последняя фраза завершилась зловещей тишиной.

— Ему нравится биться без доспехов, — добавил Коул. — И он огромен. Больше всех, кого мне приходилось видеть.

Трехпалый нахмурился.

— Он угрожал вздрючить меня в зад.

Убийца потер шею.

— У генерала странное чувство юмора. Но он — грозный командир. Делайте, как он велит, и не задавайте вопросов.

— Я надеюсь, что смерть Салазара предотвратит сражение, прежде чем стороны понесут серьезные потери, — сказала Брианна. — Я сама из Сонливии. И не хочу видеть, как моих людей убивают в войне, чтобы убрать тирана, к которому они не испытывают никакой любви.

— Не бойтесь, госпожа Брианна, — сказал Коул излишне громко, при том что все стояли всего лишь в нескольких футах. — Я дал клятву уже давно. — Он помолчал несколько секунд, чтобы заглянуть в глаза каждому. — А когда Даварус Коул говорит, что он что-нибудь сделает, вы можете считать, что это сделано. Салазар умрет. — Широким жестом он выхватил Проклятие Мага из-за пояса и стал потрясать им в воздухе. Кинжал красиво заблестел в лучах солнца, к явному удовлетворению Коула.

Саша расстроилась, но не подала вида. Джерек оказался не столь сдержанным.

— Эта черрртова штуковина меня уже достала, — проворчал он. — Убери ее. А еще лучше — используй, чтобы побрить подбородок. Ты выглядишь как придурок.