Витебский вокзал, или Вечерние прогулки через годы - Давид Симанович

11 декабря. На вечер Быкова меня никто не зовет. Никто не звонил о встрече и приеме в обкоме, значит, я не нужен и не пойду…

14 декабря. Завтра приедут Быков, Бородулин, Буравкин, Панченко. Я об этом знаю только "через пятые руки". Мне никто ничего.

15 декабря. Сидел на студии и думал: пойти или не пойти. А все спрашивали, как встречали, когда, почему я не на приеме у Шабашова. Почему не с ними на ковровке или просто в городе. В 18 - дома. Эм сказала, что звонил Дайлида, звал на вечер, она сказала, что я вряд ли приду… Дайлида: "Пусть хоть на банкет придет…" Выпил рюмку и остался дома. На вечер сходила Лена и даже взяла автограф, конечно, не признаваясь, что она моя дочь… И на фотографии, которую принесла Лена, он написал: "Витебскому литературному музею. В. Быков".

17 декабря. Приснился Игорь Шкляревский. Утром записал: "Окраина. Собака лает. И над рекою голос резкий. Студент по городу гуляет, его фамилия Шкляревский". Это о давнем дне, когда он приезжал и вместе с ним кормили Аленку под песенку: "За окном метет снежок, надо скушать супчик. Что ж ты, дядя Игорек, помоги, голубчик"…

28 декабря. Звонил Рем. Он знает, что я не бы на вечере Быкова, ему об этом сказал Бородулин, и еще Рем о том, что Рыгор "намекал" Быкову: "Позвони Давиду", а сам Рыгор будто не мог позвонить… Миша Шмерлинг, который был на приеме, слышал, что говорил Законников (в пересказе): "Сімановіч крыўдуе, а ніхто не вінаваты ў гэтым…" (А кто же виноват? Один Наумчик?..). И еще Миша: на ковровке Быков у него спрашивал про меня - как, где, приду ли на вечер?..

31 декабря. Все. Закончился год. И были в нем события, которые потрясли душу. И первое и главное: смерть мамы… А дела общественно-литературные, которые столько переживаний принесли, все-таки уйдут в небытие, затуманятся, и многое просто забудется, оставшись только на страницах этого Дневника, чтобы когда-нибудь через годы, если захочется, я мог в них заглянуть…

1981

6 января. День Галины Каревой. Просмотр. Ручкоцелование. Когда открыла дверь и появилась на пороге кабинета в очках, трудно было узнать в ней знаменитую исполнительницу романсов, которую я люблю. Вечером во Дворце всей семьей на ее концерте.

12 января. Поздравлял с открытием нового издательства "Юнацтва": Лукшу (директор), Коршукова (гл. редактор), Машкова (зав. редакцией). Никак не получу корректуру, которая выслана неделю назад… Может, секретарша послала в другой город?..

14 января. "Советский писатель", редактор Светлана Москаленко: "Прочла Вашу книгу, мне понравилась, начинаем отдавать на рецензии"… "Юность", Новиков: "Перенесли тебя на 82, на твой юбилей…"

16 января Вчера и сегодня с Вадимом Спринчаном, он: можно ли без моего чтения корректуру подписать в печать, я: "Можно, но боюсь, чтобы там не осталась тьма опечаток, как когда-то в "Письме тебе"… Смотрел по теле вечер Софронова: вчерашний день…

18 января. Смотрел вечер Быкова (запись 15 декабря). И снова многое вспомнилось: разговоры на вокзалах, встречи в Гродно и Минске, часы ночные у него дома и дневные у меня, и могилевская история с подписью… И защемило сердце от того, что все были на его вечере, а я вот не пошел…

19 января. На мосту встретил Володю Скоринкина. Вышла только что книжка в Москве в "СП", рассказал о "муках с переводчиками", которые "пасутся" возле издательства. Что-то будет с моей? Неужели найдутся "зарубщики"?

22 января. В день рождения Гайдара - наконец в областной газете моя "Строка легендарной биографии". Приходила со стихами Валя Пчелка, хоть и вышла ее детская "Зялёныя вядзерцы", осталась она начинающей. Потом Дима Григорьев, читали вместе, разбирали его стихи.

23 января. С Толей Конопелько. Звонил Вольскому, искал его: где рекомендация? Так было в конце года с Гречаниковым - он уже прислал…

27 января. Приходил Ан. Ковалев: о музее, стенды делают студенты. Есть опасность, что еще долго будет длиться "период первых шагов"… Сегодня 90 лет Эренбургу. Сколько чуши он выслушал в последние годы жизни…

31 января. Январь закончился метелью, которую мы с Леной мужественно встретили, когда завозили в институтскую библиотеку очередную "порцию" книг… По дороге так мело, что одна женщина, увидав нас, воскликнула: "Настоящая снегурочка и дед Мороз!"

1 февраля. Читал Кирсанова, переставлял Кирсанова в центр поэтической полки - хватит ему находиться в ссылке. Проводил Эм и Лену в Ленинград.

5 февраля. Звонил в Наровлю: папе - 92…

13 февраля. Сон: мама меня собирает, куда-то тороплюсь, нервничаю… А сегодня - годовщина…

Выставка художников-педагогов в музее: кто "под Куинджи", кто "под Шагала, кто "под Чюрлениса" и никто - "под себя"…

15 февраля. "Князь Серебряный" Ал. К. Толстого, которого читаю впервые, а в предисловии о том, что когда читал он документы, "книга не раз выпадала из рук, и он бросал перо в негодовании не столько от мысли, что мог существовать Иоанн IV, сколько от той, что могло существовать такое общество, которое смотрело на него без негодования".

17 февраля. В газете - литстраница, дал "В Фонд Мира" из "Сибирской тетради". Но в каком я окружении…

21 февраля. Лена написала три стихотворения - о Метерлинке, о Париже и о смерти Любви…

27 февраля. В почтовом ящике - "Силуэты дней", художник Н. Селещук, оформлена хорошо по цвету, но что-то накручено с азиатским уклоном, даже женщина похожа на узбечку. К счастью, из ошибок две-три мелочи, остальное выправлено.

28 февраля. Лекция в пединституте – о Лажечникове в Витебске.

10 марта. В облкниготорг прибыли "Силуэты" – 1280 экз., будет по одной пачке (80) - на магазин, это очень мало: ведь полтора тиража выпущено – 12 тысяч!..

11 марта. Пришел Володя Попкович. Поздравил его, расцеловал. 0н стал членом Союза, и я этому особенно рад, столько вместе с ним ждал этого дня, выступал, говорил о нем, отправлял, преуменьшая возраст, на семинар…

15 марта. Все снег да снег ~ и нет весны.

18 марта. "Временник Пушкинской комиссии" - 77. В литератype – моя "Подорожная"