Сочинения. Том 2 - Гален Клавдий

медицинских школ того времени. Известно, что эмпириков вообще мало интересовали механизмы развития болезней и анатомо-физиологические процессы, протекающие в человеческом организме. По их мнению, суть врачебного успеха состояла в правильном подборе способов лечения в соответствии с хорошо известной схемой реакции на симптомокомплекс, знакомый из практики. Методисты, стоявшие на позиции натурфилософского атомизма, были заранее уверены в конечной непознаваемости процессов жизнедеятельности человеческого тела, ведь эти процессы (как и само тело), по их мнению, являлись результатом хаотического, непредсказуемого движения атомов различной величины и формы. Не случайно Гален в данном трактате вновь возвращается к полемике с атомистами, указывая на невозможность объяснить такие явления, как боль и лихорадка, исходя из теории Эпикура. Здесь мы встречаемся с очень интересным и, на наш взгляд, наиболее сложным для понимания фрагментом текста Галена. Его логика следующая: коль скоро человеческая плоть при повреждении испытывает боль, невозможно предположить, что она состоит из однородных элементов (фрагмент 8). На первый взгляд это утверждение может показаться в корне противоречащим всему тому, о чем мы говорили ранее относительно основополагающего характера представления Галена о гомеомериях. Однако из дальнейших рассуждений Галена видно, что ему представляется ошибочным не мнение о гомеомериях как простых частях, из которых состоят сложные анатомические образования, а совершенно определенная трактовка этого понятия, согласно которой гомеомерии определяются набором однородных качеств, делающих вещь тем, что она есть (именно на уровне гомеомерий проявляется качественная определенность вещи). Соответственно, потеря тех или иных качеств, определяющих вещь как именно «такую», влечет ее превращение уже в нечто другое, наполненное иными качествами, — именно это и противоречит убеждениям Галена. Ведь ему как опытному врачу очевидно, что любой орган человеческого тела — желудок, сердце, почка и т. п., заболев, изменяет свою функцию, которая может нарушаться вплоть до приобретения патологических свойств. Заболевший орган может меняться и анатомически — он воспаляется, в нем прорастает опухоль или образуется камень. При этом больной желудок или пораженная опухолью почка остается, соответственно, желудком или почкой, они не превращаются в «нечто другое», как следовало бы предположить согласно логике оппонентов великого римского врача.

Точно так же Галена не устраивает не само представление о четырех первоэлементах, а его интерпретация, противоречащая взглядам Гиппократа и его, Галена, результатам собственной медицинской практики. По мнению Галена, Эмпедокл ошибочно полагал, что «тела состоят из четырех элементов, не переходящих друг в друга». Именно поэтому далее он переходит от критики представлений, кажущихся ему ложными, к изложению собственной, глубоко системной и иерархической теории гомеомерий в контексте понимания им здоровья и болезни (фрагмент 10).

Принцип телеологии в медицинской системе Галена является основополагающим для анализа устройства и принципов деятельности человеческого тела. Он не устает подчеркивать, что, подобно тому как понимание устройства дома возможно только при достоверном знании всех его частей, их количества, размера и связей между собой, достоверное знание об устройстве человеческого тела может быть получено только вследствие эмпирического изучения анатомии посредством практики вскрытий и полученного в результате опыта. Здесь Гален обращает внимание на существование иерархии анатомических образований — от понимания «простых» частей к «сложным». Первые он именует «гомеомерными», вторые — «сложными» (к последним он относит, например, ноги, руки, легкое, печень и другие части тела), при этом сразу же увязывая структуру и функцию: «Функции частей бывают тоже двух родов: одни — у простых, или гомеомерных, тел, другие — у сложных, представляющих собой орган» (см. фрагмент 3).

Для Галена понятия «структура» и «функция» крайне важны, так как позволяют определить сущность базовых медицинских понятий «здоровье» и «болезнь». Рассуждение о необходимости знать не только состав частей тела, но и их функции он завершает словами о том, что «этим мы отличаемся от строителей» (см. фрагмент 3), еще раз подчеркивая уникальность искусства медицины. Это совсем не метафора или лексическая вольность, допущенная в погоне за образным сравнением. Мышление Галена строго иерархично и целостно — он все время напоминает читателю о необходимости мысленно оставаться одновременно в разных системах координат. Говоря о вопросах познания, он сохраняет смысловую связь с начальной частью рассматриваемого нами трактата, в которой анализирует место медицины в общей иерархии искусств. Рассуждая о специальных вопросах врачебной профессии (таких как анатомические вскрытия), он призывает читателя не упускать из вида требования к общей подготовке врача. Обозначив во вводной части разбираемого нами трактата необходимость знания геометрии, арифметики и других искусств, он указывает на творческое сходство профессии врача с трудом архитектора и строителя, которым также необходимы подобные знания. Однако с учетом неизмеримо большей сложности и ответственности врачебной профессии человеку, желающему в ней преуспеть, следует быть еще более образованным. Именно поэтому Гален, например, комментируя функцию шага с помощью подчеркнуто механистического разбора действий мышц, связок и нервов, вовлеченных в этот процесс (фрагменты 4 и 5), использует сугубо философское понятие «совершенство», характерное скорее для этики, с целью оценки качества реализации функции части тела (фрагмент 6). Здесь его терминология вновь подчеркнуто механистична, слово «совершенство» употребляется для описания правильно функционирующего устройства здания дома, храма и даже таких бытовых предметов, как кровать или обувь. Далее, указывая на гораздо большую сложность характеристики состояния органов человеческого тела, он указывает на дефиниции — «совершенство, несовершенство и страдание». Галену очевидно, что состояние страдания (далее он назовет его «болезнью») определяется именно степенью нарушения функции части тела. Следует четко осознавать отличие представлений Галена об анатомической иерархии от современных взглядов на анатомию и гистологию. В наши дни мы оперируем понятиями «ткани» (гистология предлагает нам их классификацию, основанную на методе микроскопии) и «органы». У Галена существуют только «части тела», классифицируемые как первичные (или простые, «гомеомерные») и сложные (или органы). «Первичными», как следует из текста разбираемого нами трактата, являются части тела, имеющие, по мнению Галена, однородную структуру (сухожилия, мышцы и т. п.). Он называет их «гомеомерными», т. е. состоящими из гомеомерий. Кости состоят из гомеомерий одного типа, мышцы — другого, для каждого вида первичных частей тела характерно то, что они состоят из определенного типа гомеомерии. Таким образом, связка представляет собой первичную гомеомерную часть тела (в современном понимании это ткань, состоящая из однородных клеток), а печень — негомеомерная часть, потому что в ней при вскрытии обнаруживаются элементы и связок, и сосудов, и жировой ткани, и собственно ткани печени. Нам не кажется преувеличением, что учение о гомеомериях в протонаучной медицинской системе Галена занимает такое же место, как в современной науке — клеточная теория[156].

Далее Гален излагает свое представление об общей патологии, в основе которого как раз и лежит его теория гомеомерий. Здесь