Путь воина - Валерий Михайлович Гуминский

По инструкции я обязан вам предоставить охрану, но Глава ОС убедил меня, что вы вполне можете справиться с проблемами в одиночку. Тем не менее, будьте осторожны, ходите только по оживленным улицам, не лезьте в переулки, не старайтесь помогать всем страждущим и несчастным. Завлекут куда-нибудь в потаенное место и прирежут. Даже магия не поможет.

— Я вас понял, господин майор, — выслушав коменданта, вежливо ответил Никита, не пытаясь убедить его в своей абсолютной безопасности. «Бриз» он обязательно наденет. Защитный комбинезон прекрасно защитит от коварного удара ножом или нескольких выстрелов. Но зачем это знать незнакомому человеку? Да и жены ждут Никиту живым и здоровым.

Прежде чем выйти за пределы Кремля, он переоделся и предупредил Великого князя Михаила, что до десяти часов вечера его не будет. Меньшиков не стал препятствовать его уходу, только заинтересованно поглядел на невозмутимого Никиту.

— Старые друзья-подруги? — усмехнулся он.

— Скорее, друзья, — в тон ему ответил волхв. — Подруги уже все замужем, поэтому обойдемся простым общением.

Михаил Михайлович почему-то опустил глаза и махнул рукой, дескать, можешь идти. Никита про себя подумал, что у Меньшикова здесь точно есть какая-то пассия. Разговоры о его любви к артисткам и танцовщицам ходили анекдоты по Петербургу, и скорее всего, посылая младшего брата помогать миссии, император исходил из этого неприятного увлечения. Впрочем, Великий князь не маленький ребенок, знает, чем может закончиться тайное увлечение.

Через КПП его пропустили без разговоров, только потребовали пропуск и жетон. Дежурный предупредил о том же самом, что и ранее комендант, пожелал приятного времяпровождения.

В обычном летнем костюме он ничем не отличался от горожан, высыпавших на улицы после жаркого дня. Солнце еще довольно высоко стояло над горизонтом, но прохладный ветерок с Волги остужал горячий асфальт и приятно обдувал лицо. До Пивоварской улицы он дошел быстро, спросив дорогу у нескольких человек. А «Бочонок» тем более найти не представлялось труда. Название пивной горело ярким желтым неоном на фасаде трехэтажного здания. Большие окна были умело подсвечены фонариками, а внутри стоял уютный полумрак.

— Никита, сюда! — из-за углового столика поднялся невысокий, крепко сбитый молодой мужчина в рубашке с короткими рукавами.

Волхв узнал по голосу Важникова, хотя лицо его скрывалось в полумраке. Он дошел до столика и снова попал в объятия Ивана.

— До сих пор не верю, что это ты передо мной, — дождавшись, когда официант принесет две здоровенные кружки с пивом и тарелки с разнообразными закусками, сказал Иван. — За встречу!

— За встречу, — Никита осторожно поднял свою кружку, чтобы густая пена, до сих пор не осевшая, не полилась через край. Отпил пару глотков, одобрительно покивал. — Рассказывай, что здесь у вас произошло. Когда уходил, все в порядке оставил.

— Сам видишь, какая ситуация, — кисло улыбнулся Важников, отправляя в рот пластинку сушеной рыбы. — Вздумалось князю Всеславу старый кон возродить. Якобы у него была договоренность с государем, что тот изменит правило престолонаследия, и перейдет на лествичное право. Такие слухи шли, я не претендую на достоверность. Но заполыхало знатно. Создалось впечатление о хорошо скоординированном выступлении.

— Так и было, — подтвердил Никита. — Дядька вашего Великого князя готовился долго, и вероятно, неоднократно пытался договориться с покойным ныне братом о смене правила престолонаследия. Мятеж вспыхнул тогда, когда Всеслав понял, что все останется как прежде, и власть перейдет в руки Владимира. Поэтому решил действовать на опережение.

— И что дальше будет? — Важников угрюмо жевал рыбку и запивал ее мелкими глотками.

— Кто знает, — пожал плечами Никита. — Мы стараемся развести конфликтующие стороны, но получается не очень хорошо. Всеслав будет и дальше воду мутить.

— Я бы на месте Великого князя грохнул дядьку — и все дела, — понизив голос, обронил Иван. — Нет у него сильной поддержки. Новгород сам по себе, Москва тоже не горит желанием идти под Всеслава. Слышал я, хотят создать независимое княжество.

— Глупо, — обронил волхв.

— О чем и речь, — фыркнул инженер-телепортатор. — Как они собираются легитимизироваться в окружении преданных Твери земель? Быстрее голову сломаешь от таких дум, чем государь ее топором снесет.

— Да черт с ними, — отмахнулся Никита. — Ты лучше расскажи, как погиб Понятовский?

Важников тяжело вздохнул и осушил кружку, давая сигнал Никите сделать то же самое. А потом потер в ладонях несколько арахисовых орешков, очищая их от шелухи. Забросил в рот.

— Когда заварушка началась, он находился на экспериментальном полигоне, доводил до ума телепорт. Кто-то знал, чем занимается наша группа, поэтому туда заявилась группа вооруженных людей, чтобы взять Врата под контроль. Юзеф сразу сообразил, что происходит. Слухи-то нехорошие давно ползали по Твери. Он был готов к любому повороту событий. Крикнул помощникам, чтобы спасались, а сам замкнул энергетические потоки друг на друга. Полыхнуло так, что полностью уничтожил всю аппаратуру и направляющую арку. Заодно и мятежников неслабо потрепал. Рванули в Тверь, а здесь мятежники город на уши поставили. Кремль пытались с наскока взять, да не получилось. Вот тогда Юзеф и погиб в бою возле Владимирских ворот, дав возможность государю Юрию Ивановичу скрыться в подземных галереях вместе с семьей. К его чести, он потом вернулся с регулярными войсками, очистил город

— А что с лабораторией случилось?

— Так господин Понятовский и ее уничтожил, а нам приказал всю документацию и наработки спрятать до лучших времен, — Важников поднял руку, привлекая внимание разносчика, и когда тот подошел, заказал еще две кружки. — До сих пор жалею, что не остался с Юзефом.

— И чем бы ты помог? — Никита ощутил, как приятно зашумело в голове. А пивко-то с норовом оказалось! — Если маг погиб, то вас такая же участь ожидала. Все правильно. Он спас не только документацию, но и тех, кто потом все это возродил. Теперь ты важная птица, фамилии своей соответствуешь, — пошутил волхв.

— Да уж, — усмехнулся Иван. — Сам государь назначил старшим руководителем проекта. Как видишь, мы далеко продвинулись от первоначальных разработок.

— У вас неплохо получилось, — подтвердил Никита. — Только интересно, как умудрились в первом пробое выйти на Гиссарское плато? Ладно двести-триста километров разбег… Но несколько тысяч…

Важников крякнул и снова припал к кружке.

— Моя ошибка, — признался он. — Не учел расхождение во времени. Ты же говорил, что оно течет в каждой Яви по-разному. День с ночью