Темное искушение - Бренда Джойс

Малкольм одарил её странным взглядом.

— Королева — чувственная женщина, Клэр. У неё много любовников, и ходят слухи, что она даже наслаждается услугами своих дам.

— Ей нравятся женщины? — ахнула Клэр.

— Нет, ей нравится удовольствие, в её постели побывало много мужчин. Изабелле придется услужить ей. Это может спасти ей жизнь.

Потрясенная Клэр просто уставилась ему в глаза. Несправедливость средневекового мира обоим бросилась в глаза. Ни у кого не было прав. Свободы не существовало. Все зависели от прихотей тирании.

Зазвонили колокола, отмечая полдень. По спине Клэр пробежал озноб. Взгляд Малкольма похолодел, и она обернулась.

В северный конец галереи вошла Сибилла. Очевидно, она почувствовала их присутствие, потому что направилась прямо к ним. На ней было темно-красное бархатное платье с ниспадающими вышитыми рукавами. Ее глаза мерцали.

Сердце Клэр перевернулось. Эта демоница отбирала её жизнь. Это было сексуально, и она хотела большего.

Малкольм шагнул, заслоняя её.

— Ах, леди, я надеялся, что наши пути пересекутся.

Сибилла запнулась, в ее черных глазах мелькнула тревога.

— Ты не можешь думать о сражении здесь, при дворе. Мой лорд-фаворит короля. Мы не сражаемся в присутствии членов королевской семьи. У нас перемирие здесь.

Клэр скользнула рукой к кинжалу. Ее сердце так сильно билось, что она почувствовала слабость. Не осталось ни одной разумной мысли. Ее интересовал только один вопрос: что случится, если она нанесет удар Сибилле прямо в сердце? Она умрет? Ее тело было человеческим. Да, так могло случиться, если она истечет кровью.

Сибилла посмотрела на нее, настороженно улыбаясь.

— Ты такая смелая, mа doucette?[31] Король лишит тебя головы, если ты лишишь меня моей.

Клэр слышала её, но ее это не волновало. Если она не уничтожит Сибиллу, та вернется, чтобы отплатить той же монетой.

Клэр, не делай этого. Не здесь, когда рядом королевская стража. Мы найдем способ, позже, когда нас никто не увидит.

Клэр слышала Малкольма. Она облизнула губы. Её не заботило то, что у входа в зал стояло два стражника, и повсюду сновали придворные.

— Ты говорила, что тебе не разрешено убить меня, — её ладони вспотели. — Теперь я поняла почему. Я знаю, кому я нужна живой.

Клэр, нет.

Малкольм схватил ее за плечо.

Оставь меня, Малкольм!

— Но сейчас никто не запретит мне убить тебя, — воскликнула Клэр и сделала выпад.

— Клэр! — закричал Малкольм, хватая её за запястье.

Но Клэр уже чувствовала, как лезвие её кинжала скользнуло в теплую живую плоть.

Глава 17

Горячая кровь хлынула на руку Клэр. Малкольм оттеснил ее от женщины. Клэр видела, что не попала в сердце Сибиллы, но все же глубоко ранила ее в грудь. Вся побледнев, Сибилла пошатнулась, ее глаза налились кровью от ярости. Малкольм оттолкнул Клэр к сиденью у окна и схватился за кинжал, выдергивая его из груди Сибиллы.

— Прикончи ее! — завопила Клэр.

Но, прежде чем Малкольм смог бы выполнить ее пожелание, в галерее начался хаос. Сибилла метнулась мимо него, очевидно намереваясь сбежать, но проходящий мимо дворянин преградил ей путь, и она рухнула рядом с ним. Клэр услышала топот ног, громкие крики и обвинения. Внезапно Ройс вклинился в толпу вокруг них, схватив Малкольма за руку. Она только начала понимать, что натворила, и чем это может закончиться, как кто-то схватил ее сзади.

Она настойчиво старалась освободиться от захвата, и услышала, как Эйдан зашипел:

— Дурочка!

Она тотчас замерла, поняв, что это он держит ее.

Задыхаясь, Клэр видела как Малкольм и Ройс обменялись взглядами, когда Малкольм уронил окровавленный клинок. Появились два королевских стражника и, приказывая всем расступиться, направились к Малкольму с Ройсом. И в это мгновение Клэр окончательно поняла, что совершила ужасную ошибку.

— Отпусти меня, — сказала она Эйдану, задумываясь, что с ней теперь будет. Она была абсолютно уверена, что никому не позволено ранить королевских гостей в приступе гнева, даже если этот гость — демон.

Она встретилась взглядом с Малкольмом. Он был в ярости, и она совершенно ясно слышала его, хотя он не произнес ни слова вслух.

Ты обещала мне.

— Я сожалею, — прошептала Клэр.

Эйдан дернул ее.

Не говори ни слова!

— Что здесь случилось? — требовательно спросил стражник, когда появился королевский распорядитель, тот самый, который в первый раз провел их в зал.

— На леди Сибиллу напали, — сказал кто-то.

Клэр задрожала. Но прежде чем она смогла сознаться в своем преступлении, через собравшуюся толпу прошел Блэквуд, сохраняя безжалостное выражение лица. Он бросил взгляд на Сибиллу и побледнел. Его взгляд о многом поведал Клэр. Он вовсе не ненавидел свою одержимую сестру.

Сибилла вскрикнула, когда Блэквуд подойдя, обнял ее. Она была мертвенно-бледна и сильно истекала кровью. Изо рта у нее текла слюна. Большая часть корсажа ее красного платья пропиталась кровью. Она взирала на Клэр со злобной ненавистью.

Сибилла хотела убить ее, подумала Клэр, сердце сжалось от убийственного взгляда этой женщины.

— Я позабочусь о ней, — сказал Блэквуд, подняв ее на руки.

Клэр захотелось крикнуть ему, чтобы он довел дело до конца. Но она была уверена, что он наоборот собирается оказать Сибилле медицинскую помощь. Его сестра наконец потеряла сознание, и он ушел прочь.

Малкольм поднял кинжал и взглянул на распорядителя.

— Вот оружие, которое могло убить леди Сибиллу, — решительно сказал он, — Я сознаюсь в этом преступлении.

— Арестуйте его, — рявкнул управляющий.

Клэр в ужасе вскрикнула. Он, таким образом, защищает ее? Но, когда она начала протестовать, хватка Эйдана усилилась, даже став мучительной.

— Помалкивай, — прошипел он, когда стражники схватили Малкольма.

— Мой племянник лжет, — невозмутимо заявил Ройс, — Я давным-давно замыслил свести Сибиллу в могилу. Он хочет защитить меня. Я ее ранил.

Клэр изумленно открыла рот, ее колени ослабли и подогнулись. Поступок Ройса был невероятно самоотверженным, но она эгоистично молилась, чтобы теперь арестовали только его одного.

Малкольм злобно взглянул на Ройса.

— Он хочет выгородить меня. Сибилла объявила войну мне и моим людям. Это беспощадное деяние было совершено моей рукой.

Все начали говорить разом, возбужденно гомонящая толпа была словно загипнотизирована развернувшейся перед ней драмой.

— Это была я, — выкрикнула Клэр.