Темное искушение - Бренда Джойс

И Клэр почувствовала, как затвердело его мужское достоинство. Это безумие, подумала она, когда ею овладело желание. Но он сжал ее в своих объятиях и накрыл ее губы своими, так что у нее не осталось возможности сообщить ему, что Морей здесь, ждет, когда они оба попадутся в ловушку.

Он опустил ее, но не на каменный пол, а на мягкую кровать, в которой она спала.

Это было так реально.

Его твердое тело придавило ее, а бедра широко раздвинули ее ноги. Ее одежда куда-то исчезла, как и его. Клэр пробежалась руками по его мускулистой спине, наслаждаясь ощущением его горячей, гладкой кожи. Если это был сон, она не хотела, чтобы он заканчивался. Его поцелуй стал более страстным, и он медленно вошел в нее на всю свою огромную длину.

Клэр задыхалась от удовольствия, так же как и он.

Это не может быть сном, почему-то подумалось ей. Все слишком живо и реально, чтобы быть сном. На нее накатила волна наслаждения и стала нарастать и нарастать, пока он двигался в ней. Ее плоть плотно охватила его жезл, судорожно вздрагивая; он, как обычно, все больше наливался силой, она ощущала его биение внутри себя. Клэр почувствовала, что он улыбается ей.

Он поднял голову, прервав поцелуй, сотрясаясь на пике наслаждения, и она увидела любовь, искрящуюся в его глазах. Он улыбнулся и снова вдвинулся в нее.

Я люблю тебя, девушка.

Клэр не верилось, что она услышала это. Она разбилась на тысячи осколков, волна наслаждения, разлилась по телу, а он тяжело дышал. Ее лоно стиснуло плоть мужчины, вторя его словам, и мир вокруг них взорвался. Она открыла глаза, чтобы сказать ему, что тоже любит его, больше, чем кто-либо на этом свете… и сумрак поглотил ее.

Она лежала одна в собственной постели.

Клэр села в кровати, задыхаясь и тяжело дыша. Она была вся в поту, постель стала влажной.

Она спала, и ее сон оказался как никогда ярким и осязаемым. Словно Малкольм на самом деле занимался с ней любовью.

Она откинулась на подушки, переводя дыхание. Ей разрешили занять опочивальню, предназначенную Малкольму. По мере того как возбуждение спадало, глаза стали привыкать к темноте. Вернулся и страх за Малкольма. Ей все еще неизвестно, куда его забрали, и какова будет его судьба. Эйдан поклялся, что разыщет его. Маленький уголек вспыхнул в камине. Она взглянула на него и вскрикнула.

Там в полумраке комнаты сидел мужчина.

На мгновение Клэр лишилась способности двигаться, испугавшись, что это Морей. Она сгребла покрывало и подтянула его до подбородка.

— Это я, — скупо пояснил Эйдан.

Она ушам своим не поверила. Что ему нужно в ее спальне? Он посиживает в нескольких футах от ее кровати, пока она видит весьма эротические сны. Она понадеялась, что стонала не слишком громко.

— Какого дьявола ты здесь делаешь?

Он поднялся, выходя на свет. Когда Эйдан вставал, нижняя часть лейне вздыбилась, изобличая очевидную эрекцию.

— Я присматриваю за тобой, — хрипло заявил он.

Она лишилась дара речи.

— Ты, ублюдок!

Он напрягся.

— Ты вопила от наслаждения. Я был снаружи, в зале. Решил, что тобой овладел Димхаан, может даже сам Морей!

Клэр не могла успокоиться. Ее щеки запылали.

— Мне снился сон, — отрезала она, — про Малкольма.

— Ага, — он повернулся к ней спиной.

Клэр не понравилось, как он сказал это, и у нее возникло ужасное подозрение. Она спрыгнула с кровати, прихватив с собой одеяло.

— Пожалуйста, скажи, что ты не рылся в моих мыслях.

Он не ответил, направляясь к двери.

— Ты можешь проникать во сны, Эйдан? — сурово потребовала она ответа.

— Увидимся утром, — сказал он, подходя к двери.

Клэр схватила кувшин с водой и изо всех сил швырнула в него. Она попала ему точнехонько в спину. Эйдан обернулся.

— Как ты посмел подглядывать за мной и Малкольмом?

— Я пришел сюда, чтобы защитить тебя, — резко ответил он. Но свет упал на половину лица, и было заметно, что он покраснел.

— Ты прокрался в мой сон! Это то же самое, что подглядывать за нами на самом деле!

Она испугалась.

— Что ты видел?

Его лицо застыло.

— Это был всего лишь сон, Клэр. Это же не взаправду.

— Ты видел все! — вскрикнула она. — Ты смотрел, как мы с Малкольмом занимались любовью!

Она увидела, что он покраснел еще сильнее. В конце концов, он сказал, смягчившись:

— Я не смог удержаться. И разве ты не подсматривала за мной и Изабеллой?

Клэр уставилась на него, начиная еще сильнее злиться.

— Я случайно наткнулась на вас и сразу же ушла.

— Я — мужчина. Ты — женщина. Ни один мужчина не пройдет мимо такого сна.

— Убирайся! — заорала она.

— Ты должна быть благодарна за то, что я присматриваю за тобой. Я же не вошел в твой сон, и не занял место своего брата, хотя мне этого очень хотелось.

Он стремительно вышел.

Пораженная Клэр отпустила покрывало, позволив ему упасть. Так она и стояла — голая, потрясенная и взбешенная. Его средневековые повадки и сладострастие — не оправдание! Она схватила покрывало, обмоталась им и побежала к двери. Она резко распахнула ее.

— У тебя совсем нет стыда! — выкрикнула она.

Но Эйдан уже ушел.

Клэр с грохотом захлопнула дверь.

Глава 18

Ройс прикинул, что был где-то час после полуночи. Когда он шел в сопровождении вооруженных охранников по прихожей королевы, две дамы из ее окружения, увидев его, сильно покраснели. Он был зол, и из-за этого кровь прилила к его мужскому естеству. Он был не против поиметь красивую женщину, но гнушался становиться предателем по отношению к своему сеньору и королю. Тем не менее, полтора года назад ему не удалось перехитрить Джоанну Бофор, которая была очень умна, и у него была в равной степени приятная и неприятная задача услаждать ее, пока она не взмолится о милосердии. Он точно знал, чего она сейчас хотела.

Дамы перешептывались и хихикали, с вожделением глядя на его выпуклость. Иной раз королева предпочитала оргию одному любовнику, хотя он знал, что сегодня не тот случай.

Он улыбнулся им, но улыбка его была жесткой и напряженной, как и его тело. Что ему не нравилось, так это то, что Ее Величество вызвала его к себе, словно он был ее сексуальным рабом.

Их любовная связь началась через шесть месяцев после коронации. Чувственный интерес у королевы возник, когда он приносил феодальную присягу ей и королю. Тогда еще не было сплетен о ее ненасытном аппетите. Он встал на колени, давая клятвы, с удивлением находя ее такой же красивой, как утверждали поэты, а затем прочел ее мысли. Он был шокирован, узнав, что она думает о том, какими разными способами могла бы лизать его, отдаваться и скакать на нем верхом.