Шалунья - Кэтрин Харт

— Правильно, но по мере того как его организм будет пытаться адаптироваться, у него могут возникнуть приступы рвоты, — предупредил врач. — Если это случится, с ним должен быть кто-нибудь, кто сможет помочь ему, чтобы он не захлебнулся.

— Чем помочь? — вмешался Морган. — Нам еле-еле удалось влить ему в рот немного бульона, чтобы он совсем уж не ослабел. Не могу даже приблизительно представить себе, сколько он потерял в весе за такое короткое время.

— Значит, хорошо, что у него было несколько фунтов лишних, — заявил Дженкинс.

Как предсказывали доктор и Чинг Юнг, Гас пережил ещё несколько припадков и периодов бессознательного бреда. Но с каждым новым днём он постепенно освобождался от своего одурманенного состояния. Эти радостные известия взбудоражили городских жителей почти в такой же степени, как девушек и его семью. Дела в салоне пошли ещё лучше, так как большое количество людей заходило, чтобы услышать последние новости о состоянии Гаса.

На фоне этого оживлённого интереса к здоровью Гаса бросалось в глаза отсутствие Арлен Клэнси. Прошло несколько дней, прежде чем Маргарет Хинкль случайно не упомянула в разговоре, что Арлен собрала вещички и покинула город.

— Как-то во второй половине дня она копалась на своей цветочной клумбе и на следующее утро исчезла, не сказав никому ни слова о своём намерении уехать или о своих дальнейших планах. А ведь она могла бы сказать мне, так как я её соседка и владелица дома, в котором она жила.

— Вы с ней говорили в тот день? — спросила Хетер.

— Да. Ведь она так дружила с Гасом, вот я и подумала, как ей будет интересно и радостно узнать, что он чувствует себя лучше и скоро, вероятно, к нему возвратится сознание. Я надеюсь, вы не сочтёте, что я разносила сплетни.

— Конечно нет, — поспешила успокоить свою приятельницу Хетер. — Вы поступили по-христиански.

— Она оставила большую часть своей мебели и ещё какие-то вещи, — сказала Маргарет. — Я подумала: не принадлежит ли что-нибудь из этого Гасу и не захочет ли он забрать эти вещи, если Арлен не вернётся в Додж?

Хетер задумчиво нахмурилась:

— У меня нет ни малейшего представления об этом, Маргарет. Мы должны подождать, когда отец проснётся, и спросить у него. Во всяком случае, не кажется ли вам, что нам следует оставить на время все как есть? Было бы некрасиво убрать всю мебель в отсутствие Арлен, чтобы, вернувшись из своей поездки, она подняла шум, будто её ограбили.

Маргарет выглядела слегка сконфуженной.

— Вы правы, конечно, тем более что она внесла арендную плату по первое число следующего месяца. Думаю, я просто рассердилась на неё по нескольким причинам. Когда я убедилась в том, что она уехала, то пошла в дом проверить, все ли там в порядке, и очень своевременно, потому что в камине все ещё догорала груда мусора, без экрана, задерживающего вылетающие искры, которые могут попасть на ковёр. Удивительно, как дом не загорелся, и пожар ведь мог перекинуться и на мой дом.

Маргарет покачала головой и продолжала:

— Эта женщина, должно быть, потеряла рассудок из-за того, что случилось с Гасом. Она пыталась сжечь в этом камине какие-то сорняки в одну из самых жарких ночей, какие были этим летом. Позже я вспомнила о странном запахе, который проникал той ночью через открытое окно спальни. От этого запаха у меня даже возникла лёгкая тошнота и слегка закружилась голова. Подумать только, Арлен сжигала ещё и цветы.

Морган, который до сих пор со своего места за стойкой только прислушивался вполуха к их разговору, теперь насторожился:

— Миссис Хинкль, может, вы помните, какие цветы пыталась сжечь Арлен?

Дама нахмурилась:

— Я не уверена, но мне кажется, это были те красивые, большие красные цветы на высоких стеблях. Я не знаю, как они называются, но она выращивала их, защищая от ветра, рядом с домом.

— Может быть, маки? — спросил Морган с надеждой.

— Сожалею, но не могу вспомнить, чтобы она когда-нибудь говорила мне, что это за цветы. Я просто помню, они были такие большие и необычные. Никогда раньше не видела цветов, похожих на эти.

— Они все ещё там? — не отставал Морган.

— Я ничего не знаю о тех, что росли снаружи. У меня не было никаких оснований их проверять. Но те, что были в камине, все ещё должны быть там, если только они не превратились в пепел.

— Спасибо, миссис Хинкль.

Морган прошёл к противоположному концу стойки для короткого разговора с Бобом. По дороге к двери он остановился поцеловать Хетер в щёку:

— Я ухожу за доком Дженкинсом, дорогая. Ты остаёшься здесь командовать, а я скоро вернусь.

— Это что-нибудь, связанное с отцом? — с беспокойством спросила она.

— Некоторым образом, — ответил он. В ответ на её встревоженный взгляд он добавил: — Всё в порядке, Хетер. Не дёргайся.

Морган вернулся через несколько минут в сопровождении доктора Дженкинса. В руке он нёс охапку обгоревших цветов. Не вступая ни с кем в разговор, двое мужчин поспешили наверх в комнату Гаса. Охваченная любопытством, Хетер пошла следом.

Она подоспела в тот момент, когда Морган спросил:

— Не можешь ли ты сказать нам, Чинг Юнг, что это за цветы?

Слуга внимательно посмотрел на семенные коробочки обгоревших и лишённых лепестков цветов, понюхал их и кивнул.

— Эта опиумная мака, — сказал он/

— Ты уверен? — вмешался Дженкинс.

— Моя покажета вам, док. — Чинг Юнг выбрал наименее повреждённую из коробочек, которая почти не пострадала. Из-под своей рубашки он извлёк маленький ножик и сделал на коробочке несколько надрезов. Оттуда начала сочиться белая, похожая на молоко жидкость. — Это скоро станета липкая и коричневая. Тогда соскреби её с коробочка. Опиум.

— Сырой опиум, — подтвердил Дженкинс. — Будь я проклят! И всё это происходило у нас под носом.

— Вы хотите сказать, что цветы, о которых говорила Маргарет и которые выращивала и пыталась сжечь Арлен, полны опиума? — спросила поражённая Хетер.

Бетси была удивлена в не меньшей степени:

— Значит… это Арлен Клэнси пыталась убить Ангуса?

— В свете последних событий это очень вероятно, — заявил док с мрачным лицом.

— Но почему? Она ведь любила отца. — Вопрос Хетер был адресован любому, кто мог на него ответить.

— Безумная ревность сначала к тебе, а потом к Бетси? Месть? Может, она решила, если он не достанется ей, пусть не достанется никому? Выбирай, что тебе больше нравится, дорогая, — сказал Морган. — Все версии достаточно основательны.

— Боже! — негромко воскликнула Хетер и поспешила к стулу, чувствуя, как у неё подкашиваются ноги. — Она ухаживала за ним всё это время!

— Это подтверждается ещё и тем, что как только ваша мать стала ухаживать за Гасом, его здоровье резко улучшилось, — подчеркнул доктор. — До этого самого последнего эпизода.