Шалунья - Кэтрин Харт

— Очень вероятно, — согласилась она. Было жарко, и окна раскрыли для доступа прохладного ночного воздуха. — Наверняка именно это раздражает Пиддлса.

Хетер встала с постели и, шаркая, пошла в соседнюю комнату, успокаивая раздражённого щенка:

— Тише, пока ты не поднял всех.

Ощупью она нашла спички и свечу на каминной полке, не рискуя искать одну из керосиновых лам, чтобы не разбить её в темноте.

— Пошли, Пиддлс, к твоему ящику. Сейчас слишком поздно, чтобы выходить на улицу. Или, вернее, слишком рано, — поправила она, прищуриваясь на стрелки каминных часов, которые показывали четверть третьего утра. Только взглянув на собаку, она заметила тоненькие струйки дыма, поднимавшиеся через щели между досками в тех местах, где пол не был покрыт ковром. Пиддлс принюхивался к дыму и угрожающе ворчал, словно пытаясь заставить его исчезнуть.

— О Боже! — вырвалось у неё. — Морган! Морган! Снизу поднимается дым! Мне кажется, дом горит!

Морган выскочил из постели, как будто им выстрелили из пушки. Сна как не бывало. Он натянул, не застёгивая, джинсы и не стал возиться с ремнём и носками, надев сразу сапоги.

— Пошли! — приказал он, хватая её за руку и толкая к двери.

У него хватило сообразительности ощупать дверь, прежде чем он распахнул её и вытащил Хетер за собой в коридор. Пиддлс следовал за ними по пятам.

Здесь дым был гуще, чем в комнатах, но когда он, перегнувшись через перила, посмотрел вниз, то не увидел пламени.

— Буди остальных, — велел он. — Я спущусь посмотреть, насколько это серьёзно и как далеко распространился огонь.

— Морган! — Хетер потянула его за руку. — Не забудь о Чинг Юнге. Он, чтобы не занимать комнаты наверху, устроился в кладовке. И будь осторожен.

— Ты тоже, — сказал он, быстро поцеловав её, и исчез, прежде чем она успела сказать что-либо ещё. Хетер побежала по коридору, зовя родителей и девушек и стуча в двери.

Несмотря на то что Гас ещё не вполне поправился, он немедленно все организовал:

— Кружевная, звони в пожарный колокол! Бренди, буди соседей! Блёстка, убери эту собаку, пока её не раздавили. Радость, Жемчужина, Роза, все здесь?

Жемчужина быстро огляделась в сгущающемся дыму:

— А где Перчик?

Поддерживая вместе с матерью отца под руки, Хетер сказала:

— Я стучала в её дверь. Разве она не вышла? Роза нахмурилась:

— Я пойду за ней. Она, наверное, собирает вещи. Хетер, поспеши на улицу. Немедленно. Беременным дамам вредно дышать дымом.

Все вместе они сумели стащить Гаса, его костыли и все пожитки с лестницы. Морган встретил их внизу, держа в руках безвольно лежавшего Чинг Юнга.

— Поторопитесь! Все через парадную дверь. Сзади выйти нельзя. Там все в огне.

Они выбрались на улицу, кашляя, со слезящимися глазами, кое-как одетые и растрёпанные. Их встретили члены пожарной команды Додж-Сити и толпа добровольцев, многие из которых тоже были в ночной одежде. Уже начала действовать ведёрная бригада, образовавшая длинную цепь от водонапорной башни на железнодорожном вокзале, находившемся на расстоянии полутора кварталов. Другие набирали воду вёдрами из лоханей для лошадей.

Глядя вокруг себя, Хетер подумала, что, наверное, весь город вышел на борьбу с огнём. Повсюду она видела знакомые лица. Боб, Дрейк Ивенс, мистер Хинкль, Ллойд и Лайл были в составе ведёрного батальона. Даже судья Свенсон и шериф Ватсон и те помогали. Доктор Дженкинс тоже оказался здесь, и Морган без промедления отдал Чинг Юнга его заботам.

— Я не уверен, док, но мне показалось, что ему всадили в спину нож, — сказал Морган. — Он пока жив, и, если вы сможете и дальше поддерживать его в этом состоянии, я буду вам премного обязан.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — обещал Дженкинс. — Ещё кто-нибудь ранен?

— Насколько мне известно, нет, по крайней мере на данный момент. — Ответ Моргана прозвучал раньше времени, так как в эту минуту из салона выбежала Роза с залитым слезами лицом. Позади неё шёл один из пожарников, неся на руках безжизненное тело Перчик. Её голова болталась, перевесившись через его руку, каштановые волосы были в крови, широкая рана опоясывала шею, напоминая непристойную ярко-красную улыбку.

Док Дженкинс бросился вперёд, но было уже слишком поздно. Он ничем не мог помочь. Перчик была мертва. Ей перерезали горло от уха до уха.

У Хетер сжалось сердце, и она разразилась рыданиями, слившимися с горестным плачем девушек.

— Боже милостивый! Кто посмел совершить такое зверское преступление? — вырвалось у неё.

— Бедная девушка, — стонала Бетси.:— Она была такой дружелюбной, такой хорошенькой!

Мимо них пробежал Лайл, бросивший ведро и покинувший своё место в цепи. Его лицо было такого же воскового оттенка, как у погибшей. Он остановился перед пожарником, посмотрел на изуродованное тело и медленно протянул руки.

— Отдай её мне, — задыхаясь, произнёс он. — Я позабочусь о ней… обо всём. Она… она была моим другом. — Словно в состоянии транса, с лицом, полным невысказанной муки, он повернулся и, спотыкаясь, побрёл по улице по направлению к похоронному бюро, прижимая к груди окровавленное тело Перчик.

— Как ужасно! — вскричала Бетси. — Я верю, что она была ему небезразлична. — Она повернулась к Гасу, стоявшему рядом на костылях. — Я должна пойти с ним, Ангус. Ненадолго. Его нельзя оставлять одного в такое время.

Гас слабо улыбнулся:

— Иди, милая. Здесь ты все равно ничем не можешь помочь.

Поднявшись на цыпочки, она поцеловала его щеку, заросшую щетиной.

— Я буду в похоронном бюро. Пришли за мной, если я понадоблюсь.

Хетер была благодарна матери за её доброту. При других обстоятельствах она, конечно, сделала бы для Лайла то же самое. Но теперь ей казалось, что она не может сдвинуться с места. От всего пережитого она дрожала, как от холода, несмотря на удушающую жару огненной ночи. Вся в слезах, Хетер наблюдала, как горожане борются с огнём, грозящим уничтожить заведение её отца.

К удивлению Хетер, благодаря совместным усилиям пожар был потушен в течение получаса, хотя над задней частью здания все ещё поднимались столбы чёрного дыма. Подошёл Морган и рассказал о причинённых повреждениях:

— Пожар ограничился кухней, кладовой и задней гостиной, которые придётся ремонтировать, прежде чем их можно будет использовать снова. Остальная часть дома пострадала больше от воды и дыма, чем от огня. Везде, конечно, беспорядок, но жить можно.

— Как обстоит дело с основными опорами второго этажа? — обеспокоенно спросил Гас. — В каком состоянии полы и лестница?

— Передняя часть здания и центральная лестница фактически нетронуты. Заднюю лестницу и большую часть задней стены придётся перестраивать. Но основные балки все ещё достаточно прочны, чтобы поддерживать верхний этаж. Полы наверху полузатоплены, но не повреждены. Потолки первого этажа обожжены и обуглены. Но нет ничего такого, чего нельзя было бы исправить, хотя некоторое время нам придётся дышать этой вонью.