Клуб разбитых сердец - Рут Уокер

А демоны были, и еще сколько. Один – страх. Никогда еще не было ей так больно, хотя и Бадди раньше, случалось, поколачивал, и мать, и соседские ребята из тех, что постарше, и даже материнские сожители.

Затем – стыд и отвращение к самой себе за то, что так бездарно вела себя. Начать с того, что не следовало привязывать Бадди к кровати и стегать его собственным ремнем. А то она не знает, что у мужчин – своя гордость. Но уж коль скоро дело сделано, то хотя бы дальше надо было быть поосторожнее. Если не позволить застичь себя врасплох, можно было бы убежать или хотя бы сразу позвать на помощь.

И наконец, еще одно. Раньше, даже, когда совсем туго становилось, Глори бывала довольна собой. Теперь ее унизили, и чувство слабости и беспомощности было непереносимым.

У двери раздались чьи-то голоса. Открыв глаза, Глори увидела, что в палате полно женщин. Ариэль, Шанель, Стефани, Дженис – вся компания явилась.

Лица никак не попадали в фокус – оказалось, Глори плачет. Яростно вытерев слезы, она обнаружила, что не одна здесь такая плакса. Даже у Шанель глаза подозрительно блестели.

А уж от нее-то этого никак нельзя было ожидать…

– О Боже. – Глори потерла нос рукавом больничного халата. – Вы что, хотите затопить всю палату?

Все заговорили разом. Глори, отыскав бумажную салфетку и как следует высморкавшись, кратко пересказала, что произошло, особо упирая на доблесть хозяина – бывшего морского пехотинца, который в одиночку справился с Бадди.

– Жаль только, что я этого не видела, – добавила Глори, – к тому времени совсем вырубилась.

– Ничего серьезного? – Голос Дженис прозвучал так участливо, что Глори впервые почувствовала настоящую привязанность к этой женщине.

– Да нет, разве что гордость пострадала. «Интересно, про изнасилование они знают?» – подумала Глори. – Через день-другой выпишусь. Только вид у меня, наверное, ужасный.

Это был не вопрос – Глори и сама прекрасно знала, как выглядит, но, вероятно, не все это поняли. Во всяком случае, Ариэль отвела глаза, а Дженис смущенно пробормотала:

– Не надо об этом думать сейчас. Главное, поправляйтесь скорее.

– На лице у вас ссадины, но ничего, через пару дней и следа не останется, – сказала Стефани. Глори с любопытством посмотрела на нее: странно что-то звучит голос, да и лицо необычно бледное.

И только Шанель высказала то, что было у всех на уме:

– Да, видик тот еще. На работу вам скоро не вернуться.

Паршивое дело.

Это уж точно. Приходится думать не только о больничном счете – медицинской страховки у Глори не было, – но и о том, что двухнедельной зарплаты как не бывало. Действительно, паршивое дело.

– Спасибо, что пришли, – сказала она. – А цветы просто замечательные.

– Как быстро распустились, – заметила Дженис, бросив беглый взгляд на букет.

Разговор перешел на другое – праздная болтовня, которую Глори обычно переносила с трудом. Но теперь она вдруг узнала, что и в такой беседе есть свой смысл. Как бы то ни было, это намного лучше, чем шаг за шагом пересказывать всю историю, чего наверняка потребовала бы семья.

В общем, Глори чувствовала себя с этими женщинами на удивление легко, особенно если иметь в виду, в какое месиво превратилось ее лицо. Может, дело просто в том, что они пришли ее навестить? Такое участие важнее, чем небольшие подарки, которые они начали распаковывать, хотя вообще-то к таким вещам Глори была далеко не равнодушна.

Каждый подарок был к месту и каждый завернут в красивую бумагу и перевязан разноцветными лентами, можно подумать, что им известно, как она любит, когда коробки распаковывают прямо при ней Ариэль принесла духи и пудру. На вкус Глори, слишком пахучие, но все равно она непременно и надушится, и напудрится. От Стефани – коробка шоколада, которую Глори немедленно пустила по кругу, но только раз: остаток она приберегла для себя, полакомится, когда останется одна.

Самый практичный подарок был от Шанель: шампунь, мыло, зубная паста и щетка. Наконец, Дженис вытащила стопку бумаги с виньетками в восточном стиле, ручку и набор почтовых конвертов с марками.

Пока Глори с удовольствием перебирала подарки, время посещений закончилось. Ариэль, которая во время встречи и пары слов не сказала, легонько поцеловала Глори в щеку. Ее примеру последовали остальные. Глори была смущена, но и обрадована.

Но когда все ушли, заговорил здравый смысл: не стоит так уж хлопать в ладоши, наверняка кто-то, скорее всего Дженис, организовал этот визит, потому что так принято. И все равно приятно.

Глори еще раз перебрала все подарки, потом отправила в рот очередную шоколадку. А что, лучше, чем на Рождество, подумала она, хотя эти несколько сувениров дались ей, прямо скажем, нелегко.

Через некоторое время появился еще один букет, на сей раз белые гвоздики от четы Санторини. В приложенной записке говорилось, чтобы она ни о чем не беспокоилась, за квартирой они присмотрят, а завтра зайдут навестить. Глори попросила сестру и эти цветы поставить на тумбочку у кровати.

Вечером появился еще один посетитель. Глори дремала, и разбудило ее чье-то негромкое покашливание. Она испуганно открыла глаза и, увидев Стива Голдена, с облегчением вздохнула.

– Извините, что напугал вас.

– Вовсе не напугали. Просто я удивилась.

– Ладно-ладно, вы у нас девочка сильная, а взбучка, что задал вам этот неандерталец, – всего лишь легкая забава.

И все-таки сейчас, увидев у кровати мужчину, вы, признайтесь, испугались.

– Не в чем мне признаваться. Не надо судить меня по этим куколкам Барби, которые вам так нравятся.

– С чего это вы решили, что они мне нравятся?

– А теперь кто врет? Я же своими глазами видела, как они увиваются вокруг вас в клубе. Прямо тошно делается.

– Так-так. Следите, стало быть, за мной. Очень интересно.

Глори тряхнула головой, и тут же затылок пронзила острая боль. Стив подошел поближе, и улыбка медленно сползла с его губ. Хорошо хоть, что ему хватило ума промолчать. Движением циркового фокусника Стив извлек откуда-то из-за спины букет алых роз в целлофановой обертке. Чувствуя, что краснеет, Глори спрятала лицо в цветах.

– Спасибо, – смущенно сказала она. – Совсем не обязательно было… и как вы вообще узнали, что я попала в больницу?

– Вас не было на утренних занятиях по аэробике, ну и я позвонил. Трубку взяла хозяйка, она все мне и рассказала. – Стив несильно сжал ей руку. – Право, Глори, мне ужасно жаль. Я чувствовал, что вас что-то донимает, только и в голову не приходило, что это как-то связано с мужем.

– С бывшим мужем. Мой хозяин отделал его, как Бог черепаху, – с явным удовлетворением добавила Глори. – Сейчас он в тюрьме, по крайней мере мне так сказали.