Владыка забвения: Железная Воля - Елена Червоная

не принадлежит этому миру целиком. Я нашел способ освободить свое сознание, связав его с камнем в твоей груди.

— Камень — это часть тебя? — Иветта удивленно вскинула брови.

— Вспомни, как моя рука проникла в твою оболочку, — в его словах зазвучало что-то болезненно личное, словно он вспоминал ту битву. — Тогда часть моей души осталась в тебе. Я вложил в кристалл часть своего сознания, чтобы мы были связаны. Я хотел сделать тебя своей слугой, но вскоре оставил эту затею.

Смешанные чувства трепета и ужаса охватили Иветту, когда она прикоснулась к камню. Пальцы ощутили теплую, граненую поверхность, а где-то в глубине себя, в ритме собственного сердца, она уловила пульсацию кристалла. Он был с ней всегда, и все эти годы она считала его проклятием. Но это не просто проклятие. Это — Норт.

— Ты наблюдал за мной через этот камень? — Постепенно ее лицо становится пунцовым.

Мессия кивнул.

— Я больше не могу взаимодействовать с любым из миров. Но я могу ощущать тебя, чувствовать твою боль, твои мысли. И это стало для меня утешением. Это отвлекает… от боли. — Демон морщит нос.

Тело Иви напряглось, руки крепче попытались зацепиться за пол. Она настороженно следила за каждым движением Мессии. Было заметно, как тень сомнения отразилась в ее глазах. Подавшись корпусом вперед, она настойчиво спросила:

— А вдруг ты просто хочешь склонить меня на свою сторону? Использовать, как это делали многие до тебя?

— Раньше именно этого я и добивался. — откровенно сознался он. — Я пытался заставить тебя снять печати. Ведь я думал, что это единственный путь. Но я сдался, — продолжил он, его взгляд стал более мягким, лишенным той холодной уверенности, что была раньше. — Я больше не хочу заставлять кого-либо следовать за мной или бороться ради моих целей. Теперь я понимаю, что это не то, что нужно… что нужно мне или тебе.

Мысли невольно возвращались к Марианне — к ее безжизненному телу, лежащему у его ног. Если бы он был осторожнее, если бы слушал ее больше, мог ли он предотвратить это? Взгляд Мессии расфокусировался, голос Иви перестал доходить до его сознания. Пространство вокруг исчезло, уступив место воспоминаниям: сцены битвы сменяли друг друга, крики и вопли солдат сливались с гулким свистом стрел и лязгом мечей. Он мечтал подарить ей мир, клялся оберегать ее всегда. Но теперь — ее не вернуть.

— Норт! Перестань! — В его плечи впиваются сильные женские руки. Несколько встряхиваний и он снова возвращается в реальность.

— Прости.

Взгляд Иви оставался суровым. Норт напоминал ей тех немногих солдат, что вернулись из Эйрисгарда — ребят, у которых при одном звуке меча или рычании собаки заворачивались извилины. Они падали на землю, закрывали голову руками, как будто пытались укрыться от темной твари. Психика людей всегда была хрупкой. Но Норт не был человеком, и потому она не могла его понять.

Ей было неведомо, что значит терять кого-то близкого. Годфрид? Нет, она сама отправила его в небытие. А вот Миран… Да, Миран. Одна мысль о том, что он бездыханный окажется в ее руках, заставляла холод пробежать по венам. Это рано или поздно произойдет. Забвение никого не щадит — оно необратимо.

Иви тяжело вздохнула, снова скользнула взглядом по Норту, на этот раз понимающим. Она невольно задержалась на его глазах — красно-желтых, словно пламя, готовое вспыхнуть в любую секунду, но при этом удивительно печальных. Так же невозможно было не заметить, как сильно он напоминал Энгеля Гемоку. Нортон унаследовал его острые черты лица, средний нос с маленькой горбинкой, высокие скулы и даже ту таинственную ауру, что окружала Энгеля. Но если его отец излучал угрозу и холод, то от Мессии веяло лишь скорбью.

— И что теперь? — голос демоницы был почти шепотом.

— Теперь ты должна освободиться.

Мир перед ее глазами начал исчезать, а затем резко отдаляться, как будто она смотрела сквозь кривое зеркало. Все вокруг искажалось — линии изгибались, расплывались, и казалось, что сама реальность теряет форму. Головокружение постигло ее, заставляя плотно закрыть глаза. Она резко очнулась ото сна. Миран тряс ее за плечи с испуганным видом.

— Иви! Проснись! Пожалуйста, проснись! — голос его был почти истерическим. Руки сжимали возлюбленную так, словно он боялся, что она уйдет навсегда.

Она моргнула несколько раз, осматриваясь вокруг. Рядом стоял хмурый лекарь, внимательно наблюдавший за ней. Миран, уже будучи мужчиной средних лет, выглядел обеспокоенным. Его светлые волосы были немного взъерошены, на висках появились первые проблески седины из-за вечного стресса. Щетина на его подбородке придавала ему более серьезный, зрелый вид. Время не пощадило и его лицо — вокруг глаз и рта уже легли легкие морщины.

— Уже утро? — Дьяволица сонно осматривалась вокруг.

— Игнис уже садится! — резко ответил Миран, его голос дрожал. — Я не мог разбудить тебя. Мне пришлось вызвать лекаря. Твое проклятие…

Он запнулся, не зная, как продолжить.

Демоница опустила взгляд на свою грудь, где кристалл, вживленный в нее, был окружен черными сосудами, которые медленно начали возвращаться внутрь.

— Он снова приходил к тебе, да? Когда же это прекратится? — Миран прошелся по комнате большими шагами, пытаясь сдержать раздражение.

Лекарь, высокий мужчина с седой бородой, подошел ближе к Иветте. Внимание сразу привлекли длинные уши. Эльфы всегда славились своими магическими и целебными способностями. Его лицо было обветрено и покрыто морщинами, а узловатые пальцы, казалось, были созданы для многолетней работы с травами и магией. На старце был темный плащ, из-под которого выглядывали мешочки с разными снадобьями и амулетами.

— Меня зовут Фаллер, госпожа. Я буду вашим лекарем сегодня. — учтиво сказал он, начиная осторожно ощупывать область вокруг проклятия. Его прикосновения были бесстрастными и точными. Старик хмыкнул, осматривая сосуды, которые почти полностью втянулись в кристалл. — Проклятие уже было приведено в действие?

— Да… а что? — Демоница настороженно взглянула на старика, в ее голосе проскользнуло недоверие.

Лекарь склонил голову, поглаживая свою бороду, прежде чем заговорить снова:

— Если проклятие приведено в действие, то оно не уйдет само.

Миран тут же поспешно подошел и сел рядом с возлюбленной у изголовья кровати. Мягкий матрас прогнулся под его весом. За эти годы король расширился в плечах, набрал мышечной массы.

— Ты знаешь, как снять его? — с надеждой спросил он.

— Нужно изъять камень, — ответил Фаллер, не отрывая глаз от кристалла. — Это будет болезненно и опасно, но другого способа нет.

Переглянувшись с Мираном, демоница неуверенно кивнула. Пальцы нащупали его грубоватую от тренировок ладонь. Он старался быть сильным ради нее.

— Я буду рядом. — Миран переплелся с ней пальцами, аккуратно