Владыка забвения: Железная Воля - Елена Червоная

В комнате запахло горечью трав и магических снадобий. Эльф начал подготовку к процессу. Он осторожно взял в руки маленький нож из священной стали, и, поднеся лезвие к кристаллу, начал медленно вырезать его. Острие поддело твердое основание, мягко рассекло кожу. По груди демоницы потекла струйка черной крови. Иветта сжала губы, стараясь не закричать, но ее тело выгнулось от боли, как натянутая струна. Пальцы впились в руку возлюбленного, заставляя того слегка поморщиться.

— Иви, все будет хорошо, держись, — тихо шептал он, не отводя взгляда от ее страдающего лица и поглаживая русые волосы дрожащей рукой.

Кровь продолжала стекать по груди Иветты, постепенно начиная марать постель, но лекарь не отвлекался. Камень не желал покидать свою хозяйку. Его поверхность плотно вросла в ткани, углубилась в кожу, соединяясь с сосудами. По мере того как лекарь продолжал резать, ткани вокруг кристалла натягивались.

— Почти… почти готово… — бормотал он.

Наконец старик извлек проклятие, оставил в груди Иветты глубокую рану, внутри которой можно было различить белую поверхность грудины. Он отложил камень в сторону и быстро приложил руки к ране.

— Vulneris sanare, lux curare, vita restituere! — Руки Фаллера приятно потеплели, засветились мягким зеленоватым светом. Рана защекотала, зачесалась, ее края медленно соединились и разгладились.

— Все уже почти позади, — ласково ворковал Миран рядом с Иви.

— Рана не серьезная, так что шрама не останется, — спокойно проговорил старик и, крякнув, расправил спину. На месте кристалла и правда не осталось следа. — Если что-то пойдет не так, Ваше Величество, немедленно обратитесь ко мне.

Закончив работу, эльф вручил демонице камень. Она осторожно приняла его, почувствовав странную теплую пульсацию, исходящую от кристалла, которая так и не исчезла. Именно он был причиной всех ее бессонных ночей, всех страхов и кошмаров. Теперь эта причина была извлечена, и девушка держала ее прямо в своих руках.

Миран расплатился с эльфом, вручив ему добротный мешочек с золотом. Ксалиры приятно звякнули, лаская слух. Лекарь растянул кожаные шнурки, достал одну из монет и довольно повертел в руке. Прищурил темные глаза и расплылся в улыбке.

— Был рад послужить вам. — Поклонившись, он исчез за массивной дверью покоев, слегка шаркая по полу.

Когда Фаллер ушел, оставив в покоях только пару, напряженная тишина повисла в воздухе. Миран вернулся к демонице, присев на край кровати. Владыка не сводил с нее заботливого взгляда.

— У него странное имя… Фаллер — словно пробуя это слово на вкус, демоница скривилась. — И вообще, он мне не нравится.

— Дорогая, я поднял ради тебя на уши даже Сильваниум! Ты ведь знаешь, какие эльфы гордые. Это чудо, что кто-то согласился помочь тебе. Ты ведь демоница. Не кажется ли тебе, что это немного… неблагодарно? — с легким разочарованием спросил Миран, уголки его губ печально опустились. — Он останется у нас, пока я не буду уверен, что с тобой все в порядке.

— Прости, я не это хотела сказать. — вздыхая, Иви осторожно сжала кристалл в ладони, чувствуя его слабое тепло. — Миран, могу я тебя попросить?

— Да, душа моя.

— Прикажи сделать из него подвеску. — Она протянула ему камень на раскрытой ладошке. — Самую простую и крепкую, — неохотно произнесла Иви, словно ей было неловко даже говорить об этом.

Миран удивленно поднял брови, а затем нахмурился, его взгляд пронзил кристалл, как если бы это был его злейший враг.

— Я думал, ты захочешь избавиться от него… — его голос звучал сдержанно, но в нем проскальзывала злость.

— Раньше я бы так и сделала, — призналась она, не отрывая взгляда от кристалла, как будто он был чем-то очень далеким. — Но после нашего последнего разговора все стало понятно. Ему просто одиноко. Он больше не пытается заставить меня его воскресить, не переживай. — Она посмотрела на короля с умоляющим взглядом. — Пожалуйста…

— Если это поможет тебе, я сделаю все, что ты попросишь. — приняв кристалл, король тяжело вздохнул. Он не мог ей отказать.

Лихорадка мучила Иветту еще примерно неделю. Каждый вечер Фаллер осматривал ее, и заключал, что все в порядке. Такая реакция была обусловлена результатом травмы, которую она перенесла. Организму все же требовалось время на восстановление. Священную сталь демоны переносили очень плохо и по правде говоря Иви была почти уверена, что лекарь сделал это специально. Ее раны не успели бы затянуться так быстро, так что не было нужды использовать тот кинжал.

Мирану пришлось отъехать в Помону, дабы сделать важнейший дипломатический шаг. Путь туда лежал через руины диких земель, а затем через Хиларскалис. Пришлось собрать почти целую армию, чтобы защитить Мирана от темных тварей. Иви с собой он взять не мог. В Помоне его ждали не только товары, но и давно назревший разговор о возможном союзе, который мог бы усилить обе державы. Там нуждались в новых технологиях и магических артефактах, в то время как Миран рассчитывал на новые земельные угодья и стратегические позиции на востоке.

Некоторое время Помона была отстранена от политической сцены, ведь в разгар борьбы с темными тварями, что терзали Хиларскалис, их Владыка решил не вмешиваться. Король Хиларскалиса, надеясь расширить свои территории и захватить дикие земли, сам наслал беду на свое государство. Он пробудил темные силы, которые давно спали в древних уголках руин. Твари, что охраняли дворец Владыки демонов, взялись за свою работу с новой яростью, опустошая все на своем пути, не жалея ни детей, ни женщин, ни стариков.

«Да пошел Темный Владыка против Небес, да воздвиг он дворец свой из камня черного, что лежал в сердце диких земель. Башни его вздымались выше облаков, а врата были широки, чтоб каждый смог найти свое пристанище под его началом. И рек он всем: «Смиритесь, лишенные дети, ибо ныне стану я хозяином вашим!» Тогда из лесов мрачных и оврагов бездонных хлынули создания — когтистые, зубастые, с глазами, как горящие угли. Те, что испокон веков охраняли эти земли. Но не дрогнул Владыка, не отступил. Пламенным Сердцем и Железной Волей покорил он тварей, и стали они служить ему, как пастуху стадо.»

— Карта пропала! — недавно вернувшийся Миран носился по кабинету, раскидывая свитки по полу, переворачивая полочки с книгами.

Один из свитков повалил чернильницу. Темная жидкость пролилась на документы, скрывая собой всю важную информацию, хранящуюся в них. Чернила впитались в дубовый стол с резными ножками, закапали на пол, растекаясь причудливыми струйками.

— Черт! — Владыка ринулся к двери, дергая нитку с колокольчиком, дабы вызвать служанок.

Он носился по кабинету, обходя его вдоль и поперек, заглядывая в