Утраченный идеал - Дэйв Дункан

Моряки работали больше и быстрее обычного, готовясь к прибытию и проклиная пассажиров, путавшихся под ногами.

На юте стояли капитан Магнус и рулевой. Они настороженно наблюдали за берегом. Дмитрий проводил много времени, свесившись за борт. Его тело было таким же мягким и уязвимым, как и его мораль. Да, он мог часами болтать о своей жене и ребенке, которые были заложниками царя, но достоинства мужчины – честь и отвага, а Дмитрий не являлся образцом этих качеств.

Суизин всегда был очень деятельным молодым человеком. Он взбирался по рангоуту по многу раз в день, разгоняя кровь. А все последнее время сидел наверху и раздумывал над своей задачей. До палубы далеко, но достаточно ли высоко? Связанного Узами Клинка трудно убить, хотя прецеденты были.

Зимними вечерами, пока младшие забавлялись играми и песнями, Великий Магистр собирал старших в своем кабинете, чтобы обсудить истории с печальным концом. В Айронхолле такая хроника велась на протяжении четырех веков, и в каждом случае указывалось имя Клинка и дата. В большинстве изних говорилось об ошибках и провалах.

Йорик, 337: должен ли он был предвидеть вторжение бэлов?

Один кандидат назначался читать историю, а другому предстояло дать полный анализ, который все остальные должны были разобрать в деталях. Некоторые аргументы обсуждались по многу дней.

Бруно, 304: можно ли было оставлять подопечного без охраны?

Скоро произойдет: Суизин, 402.

Около сотни человек копошились, как муравьи. После восьми недель проведенных в море, Суизин был готов на все, лишь бы освободиться от «Биргит». Следовало бы покинуть борт корабля однажды ночью.

Херон, 271: должны ли Клинки выбрасывать своих подопечных из окна? Но догадки не были целью обучения на занятиях по стратегии. Вопросы типа «а что, если?» считались бессмысленными. Постепенно, неделя за неделей Великий Магистр подталкивал юные умы к тому, чтобы они искали ответы и изучали вопросы, а не строили бесполезные предположения. Не спрашивай, как они могли бы выпутаться из ситуации, а спрашивай, как попали в переплет. Хорошая тактика при плохой стратегии – все равно что полировка медных ручек на тонущем корабле.

То ли это был какой-то особый угол зрения, то ли какое-то особое умение Клинков предчувствовать… Суизин не был моряком, но что-то показалось ему странным в лоцманской лодке. Плыла она очень медленно. Груз был укрыт брезентом, но, к счастью, там оказались свежая вода и провизия для моряков. Суизин сейчас был готов убить за свежее яблоко.

Великий Магистр предупреждал, что было что-то неясное в его быстром посвящении, Озрик вообще ничего не знал, а король Ательгар никогда раньше не давал задания одному Клинку. Роланд даже намекнул, что Суизин может отказаться от задания, но это значило бы провал, исключение, потерю пяти лет трудов. Великий Магистр просто предложил бы следующему кандидату, а потом следующему и так далее, пока кто-нибудь не согласился бы. Суизин никогда не уклонялся от поединка. Ему нравилось, что его считали смельчаком и сорвиголовой. Он назвал свой меч «Внезапность».

Даже после единения Узами, когда подопечный и Клинок вместе скакали на лошадях по Блэкуотеру, Дмитрий все равно отказывался говорить что-либо о себе лично или о своей миссии. И Суизин не беспокоился на этот счет, так как был буквально отравлен предвкушением приключений. Пелена спала с его глаз, когда он заметил двух всадников, приближающихся к ним. Королевские гвардейцы. Дмитрия охватила паника. Он галопом помчался через болото в объезд, чтобы избежать встречи. Суизин должен был следовать за ним, но успел узнать Хазарда и Валианта и был уверен, что они узнали его.

Херон, 392: понимая, что шпионы короля выслеживают его подопечного, он повел преследователей по ложному следу. Правли он был, оставив своего подопечного одного?

Бомон, 400: почему он этого не сделал ?

В Бримиарде Дмитрий потребовал от своего Клинка произнести заклинание, прежде чем отправиться в порт. На корабле Суизин заметил личный штандарт Дмитрия. Он развевался рядом со скиррианским и гевильским флагами. И это неудивительно, ведь груз «Биргит» составляли слуги и телохранители князя, которые все время кланялись, шаркали ножкой перед своим господином.

Так Суизин наконец узнал, что и сам является подарком для брата королевы. Все короли Шивиаля приставляли Клинков к монаршим особам или просто очень знатным господам. Прочь все мечты об опасностях и приключениях. Сейчас он всего лишь медаль, знак королевской благосклонности.

Ну что ж, могло быть и хуже. Дворцы тоже могут быть опасны.

Сэр Уивер, 361: четыре Клинка погибли. Почему они заранее не вывезли тайно из страны королеву Шину?

Скиррия – экзотическая, таинственная, опасная. Бомон, которого Суизин считал героем, пропал в Скиррии года два назад.

После того как на «Биргит» были погружены бочонки с водой и провизия, корабль отправился в долгий путь. И тут Дмитрий сделал неожиданное признание. Суизина не просто отдали, его продали. Он был «Приложение 4, пункт 1» секретного договора. Царь Игорь хотел, чтобы у него были свои собственные Клинки, и для этого требовался образец.

Итак, Суизину предстояло стать материалом для анатомического театра. Вот когда перед ним разверзлась бездна.

Бомон, 400: хотя Великий Магистр обычно знал все, он признавал, что папка о Бомоне была не полной. По большей части она содержала слухи и домыслы. Поначалу Бомон отказался сотрудничать, но потом весной прислал отчет о битве, в которой участвовал сэр Оук. Этот отчет открыл глаза всем на истинного царя Игоря. Из отчета было легко понять, что Клинки сами видели, как опасность приближалась к лорду Вассайлу, их подопечному. Очень похоже на случай «Херон, 392», Зная о неважном здоровье лорда Вассайла, можно ли было оставлять его в Кинске и искать спасения без него? А может, правильный ответ для случая «Херон, 392» был совсем неверным для случая «Бомон, 400»? Почему они не изучили тщательно суть своей миссии и не предвидели опасность вовремя? Может, стоило вообще предотвратить приезд лорда Вассайла в Скиррию?

Долгое путешествие было завершено. Сегодня «Биргит» встанет на якорь в Трейдене. Дмитрий признал, что с этого момента он, Суизин, будет пленником так же, как и его жена и дочь были заложниками, пока он находился в Шивиале.

Суизин, 402: что он сделал неправильно?

Он дал клятву верности бессовестному королю! Вот в чем дело. Княгиня Елена не была заботой Суизина. Стратегия на ближайшее время должна заключаться в следующем: не допустить схода Дмитрия на берег Скиррии. Но один Клинок не может захватить целый корабль и заставить его плыть обратно в Шивиаль. Трое-четверо смогли бы, но не один.