Утраченный идеал - Дэйв Дункан

И снова у Стеньки ответ был наготове. И когда он толь– ко успел насочинять весь этот бред?

– А разве он не наследник вашего величества, второй после царевича? Я подозреваю, что ваш племянник находился под дурным влиянием за границей. Очень похоже на то, что он поднимал армию на мятеж. Его войско сейчас наверняка сходит на берег в Трейдене.

Санин фыркнул. Все, что нравилось воеводе, он воспринимал с усмешкой и презрением. И наоборот. Их вражда была основана на традиционном соперничестве между регулярной армией и ополченцами, но было в этой вражде и много личного. Стрельцы были моложе и красивее, как он сам, Санин, считал. Софья не обращала никакого внимания на это соперничество за благосклонность царя.

– Или гонца с вестью о выкупе задержала какая-нибудь девица в трактире. Нет никаких доказательств этой лжи.

– А при чем тут Клинки? – грозно спросил царь. Санин пожал плечами:

– Клинок обратит любую ситуацию в благоприятную. Живой пленник стоит больше, чем мертвый. Его Клинок будет полезнее в качестве пленного.

– Клинки! – бормотал царь, касаясь рукояти меча. Клинки для него были наваждением. – Он вернется. Так говорит колдун. Слышишь меня, жена? Колдуны говорят, что это именно тот меч, который убил Федора, а Клинок, вонзивший его, непременно вернется за ним.

Софья слышала эту чепуху сотню раз.

– Тогда, государь, вы должны быть очень осторожны. Клинки опасны.

Но такие привлекательные! По ночам в темноте и одиночестве она думала о том, что отдала бы все, лишь бы еще раз обнять Бо, снова почувствовать вкус его поцелуев, показать ему сына. Она знала, что он уцелел в той резне, так как Таша написала, что он и еще один Клинок сопровождали ее в Шивиаль. Другой был наверняка Оук, потому что меч Аркелла нашли потом в Мезерске. Несмотря на безумные мечтания Игоря, ни один Клинок никогда не вернется в Скиррию. Они никогда не воссоединятся.

Стенька недовольно посопел и продолжал:

– Его величество забывает, что похищение произошло две недели назад. И как бы ни была прекрасна девица из трактира, почему мы до сих пор не имеем сообщений от воеводы из Трейдена?

– Да! Почему?

– Потому что Трейден тоже захвачен, государь. Предатели сдали ваш город врагам.

Такое заявление ничего не значило бы, скажи это кто-нибудь другой, но в устах Стеньки звучало как обещание кошмара. В своем стремлении отомстить за смерть Федора Игорь уже полностью разрушил Моркуту, Звоноград и дюжину близлежащих деревень. Никто, включая кошек и собак, не выжил, причем многие жертвы умирали страшной мучительной смертью. И в этой кампании отмщения Стенька заслужил царское расположение, вытворяя дьявольски жестокие зверства. А теперь его лицо озарилось в предвкушении очередной мясорубки в Трейдене.

Санин думал, очевидно, то же самое, что и Софья. На его лице отразилось отвращение.

– Государь, но если у вас есть сомнения насчет происходящего, – пошлите меня и моих людей расследовать все это.

– Чтобы кому помочь? – триумфально спросил Стенька. – Звезды предупреждают, что защитники станут врагами! На чьей стороне ты собираешься выступать?

Санин побледнел.

– Да уж! – негромко произнес Игорь. – Пора ребятам отправиться поразмяться. Мы отправляемся в Трейден. Защитники будут нападать!

– Государь! – начала было Софья. – Я умоляю, не подвергайте себя опасности.

– В самом деле, государь, – продолжил маршал. – Ваша жизнь слишком ценна, чтобы ею рисковать.

– Так теперь ты согласен, что опасность есть? Софья встала, протянула маленького Бориса царю:

– Муж мой, подумайте о своих летах. Ваш наследник еще малое дитя, и вы должны жить еще долго и увидеть, как он вырастет, станет сильным, как его отец, и займет трон.

Борис, зная только, что ему не нравится этот дурно пахнущий человек, весь заросший волосами, возобновил плач, но мысли царя теперь потекли в другом направлении.

– Правда. Это так. Хорошо. Я не поеду в Трейден, пока Стенька не сообщит, что стрельцы взяли этот оплот измены. Тебе достаточно, жена? Я буду ждать в Царицыне. Ты, Санин, будешь охранять мой дворец и мою семью. – Он протянул руку к серебристым кудряшкам мальчика. – Заботься о нем, царица! Остерегайся предателей. Помни, как они убили Игоря, Федора, Алексея, Авраамия, Леонида. Береги моего последнего наследника.

С минуту Софья чувствовала жалость к нему:

– Обещаю, государь.

– И себя береги, – проворчал Игорь. – Они убили Меланью. И Людмилу. И Ирину.

В первый раз царь признал, что ее предшественницы мертвы. И ее смерть, конечно, не будет ставиться ему в вину, даже если он задушит ее собственными руками.

Безумный взор остановился на дрожащем Скуратове.

– Главный боярин, ты тоже должен помнить, что безопасность моего сына превыше всего. Ты должен советоваться с царицей и исполнять все ее желания.

Старик согласно склонил голову. Стенька торжествовал в душе.

– Тогда в Трейден, государь? Когда?

– Сейчас! – Игорь направился к двери. – Сперва в Царицын. Андрей, Леонид, идем! Знаю, вам по вкусу изменники.

Обретенный идеал

1

Все казалось легким и простым после объяснения Бо. Царицын находился на расстоянии двух дней пути к северу от Кинска и к юго-востоку от Трейдена. Его точное местоположение в густом лесу северной Скиррии держалось в секрете, но Аркелл мог указать путь. Гарнизон там наверняка в расслабленном состоянии, да и немногочисленнъш, кроме тех случаев, когда царь Игорь прибывал туда. А его местонахождение Аркелл тоже мог указать. Все, что требовалось Зигфриду, так это миновать Трейден незамеченным, пойти вверх по Звону, а затем совершить молниеносный набег, для чего потребуются самые обычные навыки бэлов, которые они впитывают с молоком матери. Они учатся сражаться, как только начинают ходить. За владение такими навыками и можно, по их мнению, уважать мужчину. А если удавалось добыть богатые и многочисленные трофеи, то Ателинг возвратится в Бэльмарк как национальный герой. Научившись владеть шпагой и мечом у отца и отточив свое мастерство на уроках Бо, Ателинг Зигфрид и в самом деле мог побороться за трон предков.

На деле все оказалось не так гладко. Сверхъестественная сила Аркелла не могла им помочь найти тропу сквозь запутанный лабиринт дельты. Когда казалось, что верный путь найден, вдруг обнаруживалось, что это очередная протока. Берега были совершенно безлюдны.

«Идигтриде» потребовалась неделя, чтобы пересечь тундру и добраться до таежных хвойных лесов. У корабля была низкая осадка, так что его можно было даже тащить по суше на короткие расстояния, но преодолеть болота он не мог. А через несколько дней поток воды превратился в ручеек и привел всех в смердящее болото.