Эртан (дилогия) - Светлана Середа

Парень достал из кармана халата тонкий фонарик и направил луч света мне в глаза. Против ожиданий, это не было нестерпимо ярко – словно смотришь на солнце через закопчённое стёклышко. Парень удовлетворённо кивнул и спрятал фонарик обратно.

– Меня не проведёшь! – нервно хихикнул он и погрозил мне пальцем.

Руки у него дрожали.

Меня охватил смертельный ужас, смертельный в прямом смысле слова: я поняла, зачем пришёл сюда этот странный человек в костюме медбрата.

Ритмичное попискивание монитора кардиоритма участилось. Наверное, у меня бешено колотилось сердце, хотя я его не чувствовала.

Ищущий взгляд пробежался по палате и снова остановился на мне. Даже в тусклом больничном свете было видно, что на лбу у парня блестят капельки пота. После секундного раздумья он выдернул у меня из-под головы подушку.

Я попыталась закричать, но из горла не вырвалось даже сдавленного хрипа. Монитор кардиоритма зашёлся в истошном визге.

– Заткнись! – нервно бросил убийца и со злостью рванул какие-то провода.

Аппарат послушно замолчал.

Парень повернул ко мне лицо, искажённое страхом и ненавистью.

– Ты труп, понял?! – истеричным шёпотом крикнул он. – Труп. Я не убиваю тебя, ты уже давно мёртв.

Он приблизил подушку к моему лицу, и свет померк.

Тело, опутанное проводами и трубками, умирало неподвижно. Сознание жило – и билось в конвульсиях. Никогда в жизни мне не доводилось испытывать такого всепоглощающего первобытного ужаса. Мне не нужен был воздух, но я умирала от удушья. Я понимала, что сплю и вижу сон, но это не помогало.

«Кнопка! – завопил спасительный внутренний голос. – На правом поручне! Нажми её!»

Я сосредоточилась на правой руке. Всю свою волю, всё внимание – всю себя – я сконцентрировала в одной точке тела (Небо, благослови магистра, который заставлял меня проделывать это нудное упражнение сотни раз на дню!) Я стала собственной правой рукой: ладонь, запястье, пальцы – и цель моей жизни была – преодолеть пропасть в несколько сантиметров.

Пальцы дрогнули. Передвинулись на несколько миллиметров… ещё… Скорее угадала, чем почувствовала изменение рельефа. Последнее отчаянное усилие – чёрный пластиковый кругляш кнопки входит в белое гнездо. Есть!

Тело под одеялом конвульсивно вздрогнуло и обмякло.

«Не успела,» – безнадёжно поняла я прежде, чем сознание рассыпалось на тысячи осколков.

Я открыла глаза. В комнате было уже совсем темно. Подушка, простыня, пододеяльник – всё было влажным от пота. Сердце выпрыгивало из груди. Но главное – панический страх не отпускал меня. Казалось, стоит мне на секунду перестать думать о дыхании, как оно остановится, и я умру от удушья.

Вдох. Надо найти магистра. Выдох. Пусть хотя бы снимет приступ паники. Вдох. А там вместе решим. Выдох.

Я сдёрнула со спинки кровати брюки и принялась суматошно одеваться, путаясь в штанинах.

Вдох-выдох. Вдох-выдох.

«Не суетись под клиентом, – недовольно сказал внутренний голос. – Прежде всего надо устранить источник паники.»

«А где он?»

«Где-где… В Караганде, блин. В соседней комнате, где же ещё.»

«В каком смысле?»

«Юль, ну встряхни мозги. Кто у нас специалист по ночным кошмарам? В чьи сны ты проваливаешься?»

«Вереск, что ли? – неуверенно уточнила я. – Но… как? Аппаратура была явно не эртанская.»

«Не знаю. В конце концов, что ты теряешь? Постучись к нему. Если окажется, что он тут ни при чём, извинишься и спросишь, где в три часа ночи можно найти верховного мага. Вряд ли это сильно испортит твою репутацию в его глазах – дальше уже некуда.»

Во время этого диалога я успела надеть штаны и рубашку. С облегчением отметила, что лёгкие исправно продолжают перекачивать воздух и без моей подсказки. Липкие щупальца страха перестали ворочаться в груди, но я чувствовала, что они не оставили меня – затаились в ожидании подходящего момента.

В коридоре было прохладно и довольно светло: лампы над дверьми горели через одну. Я деликатно постучала в дверь. Никто не ответил. Я постучала сильнее. Потом забарабанила изо всей силы. В комнате безмолвствовали. Зато в конце коридора послышались тяжёлые шаги ночной стражи. Я поспешно юркнула к себе и заперлась изнутри.

Ужас с новой силой нахлынул на меня – мне физически не хватало воздуха. Я инстинктивно метнулась на балкон, сделала несколько глубоких вдохов. Отпустило. Повернувшись, чтобы идти обратно, заметила, что дверь на соседнем балконе тоже открыта. Видимо, в схватке между духотой и паранойей победила первая. А может, Вереск чувствовал себя во дворце в безопасности.

Я взобралась на широкие перила, выпрямилась, держась за стену. Глянула вниз – покачнулась. Расстояние между балконами около метра. До земли – три с половиной этажа. Мамочки…

Страх придал мне сил, так что я одним махом преодолела не только перила, но и добрую половину соседнего балкона. Отбила пятки о ледяной мраморный пол – только сейчас заметила, что впопыхах забыла надеть туфли.

Вереск спал, разметав по подушке спутанные чёрные волосы. Его дыхание было тяжёлым, хриплым и прерывистым, словно каждый вздох давался ему с неимоверным трудом. Глазные яблоки суматошно метались под веками.

– Вереск, проснитесь, – позвала я, чувствуя себя ужасно глупо.

Он не ответил.

– Кристоф, да проснитесь же, чёрт вас возьми! – я с силой потрясла его за плечи. Полуэльф застонал, не открывая глаз. Я без особой надежды несколько раз хлестнула его по щекам. Тщетно.

«Эй, Умник, что нам теперь делать?»

«Он во власти кошмара. Для начала нужно его успокоить.»

«Как?!!»

«Эмпатия. Работает в обе стороны. Внуши ему спокойствие.»

Легко сказать! Кто бы мне его внушил…

Я присела на край кровати, взяла Вереска за руки – пальцы были холоднее льда. Расслабилась, отключилась от собственного страха, как учил магистр. Потом сосредоточилась и попыталась передать лежащему на кровати мужчине капельку спокойствия… ну ладно, не спокойствия… хоть что-нибудь, чуть более положительное, чем мертвенный ужас… Ничего.

У меня ничего не получалось. Я просто не понимала, как это возможно – передавать эмоции. Как если бы меня попросили взмахнуть крыльями, которых нет. Зато мне удалось добиться устойчивого обратного эффекта: волны страха хлынули от Вереска, и монстр в моей груди ожил, протягивая щупальца к горлу… Пришлось отключиться.

Почему мне так легко удаётся работать «на приём» и никак – «на передачу»? В чём разница?

«Просто ты интроверт. Ты по жизни привыкла работать на приём, а не на передачу. Эмпатия тут ни при чём.»