Аутсайдер - Оливия Каннинг

Камеры работали во всех направлениях, и Рейган пришло в голову, что он контролирует ситуацию. Она поговорит с ним позже. Возможно. Она действительно таяла, когда он так смотрел на нее, и обнимающая рука на ее талии заставила ее забыть, что она преследовала его внизу, потому что он утверждал, что у него свидание.

— Возвращайся в постель, — пробормотал он, его любящий взгляд стал горячим. — Увидимся позже.

Она поклялась, что слышала, как несколько женщин-репортеров хихикали и вздыхали.

Джерри, часто отсутствующий менеджер «Грешников», поднял одну руку, пытаясь привлечь всеобщее внимание.

— Пресс-конференция начнется в конференц-зале через десять минут! — прокричал он, перекрывая шум.

Пресс-конференция? Ой! Она бросилась прямо в логово волков.

— Я скоро увижу тебя, — сказала Рейган, позволяя своей искренней привязанности к Трею проявиться, когда она посмотрела на него. Она была рада, что он пришел ей на помощь в присутствии прессы, они бы снова разорвали ее на части, если бы узнали, что они с Треем ссорились, особенно из-за Итана, и она чувствовала себя дурой, преследуя его внизу в одной простыне. Но она все еще была возмущена. Казалось, ему было все равно, что таблоиды пытаются уничтожить ее. Ему было все равно, что ей больно. Его вообще не волновало, что она чувствует.

Она позволила ему снова поцеловать себя. Даже позволила себе наслаждиться этим. Освещенные прожекторами влюбленные расстались, убедившись, что весь мир знает, что они расстались неохотно. Трей исчез в конференц-зале со своей группой, в то время как Рейган поднялась на лифте со своим бесполезным телохранителем обратно на пятый этаж.

Трей не скажет ничего разоблачительного на той пресс-конференции, да? Ее желудок скрутило в узел, но она не стала спускаться вниз, чтобы подслушивать. Она доверяла ему. По большей части.

Вместо того чтобы вернуться в постель, как было публично предписано, Рейган приняла душ, оделась, а затем позвонила Итану. Она будет поддерживать его, насколько сможет, когда он совершит каминг-аут перед своей семьей. Не похоже, что он проводил свою собственную пресс-конференцию, чтобы рассказать миру, что Рейган была удовлетворена только тогда, когда у нее было два члена внутри. Он рассказывал своей матери и, возможно, братьям, что скрывал от них часть того, кем он был. Они, вероятно, плохо воспримут эту новость, но отнесутся к ней как к секрету и не станут болтать прессе. Теперь, когда она оправилась от первоначального шока, она поняла, что только потому, что Итан рассказывал своей семье, это не означало, что он свободно поделится своим личным со всем миром. Он не был похож на Трея.

Итан ответил не сразу, и она уже собиралась оставить сообщение, когда на линии раздался его запыхавшийся голос.

— Привет, — сказал он. — Я рад, что ты позвонила.

— Трей сказал мне, что ты уехал в Техас.

— Да.

Ее первоначальный план благословить его, казался банальным теперь, когда она разговаривала с ним по телефону. Ему не нужно было ее благословение, чтобы поговорить со своей семьей. Черт возьми, он, вероятно, не хотел ее благословения, иначе попросил бы его перед уходом. Дело было совсем не в ней. Дело было в нем.

— Как поживает твоя мама?

— На самом деле, не так уж хорошо, — сказал Итан.

Сердце Рейган бешено заколотилось.

— Она больна?

— Нет, ничего подобного. Мой отчим бросил ее ради другой женщины.

— Что? — Как мог мужчина бросить такую замечательную женщину, как Роза?

— Не только это, но перед тем, как он ушел, он профукал ресторан, и им пришлось его продать, так что в настоящее время она без дохода. Живет на свои сбережения.

— О, Боже мой.

— И в довершение всего, ее район находится в упадке. Я не думаю, что она здесь в безопасности.

Рейган не была уверена, как этот дерьмовый район мог стать еще хуже.

— С ней все в порядке?

— Пару недель назад какие-то хулиганы ворвались в ее дом и ограбили ее, угрожая ножом, поэтому Карлос дал ей пистолет. Конечно, никто не говорит мне о таких вещах, когда они происходят на самом деле.

— Итан, ты должен вытащить ее оттуда, — сказала Рейган, ее сердце бешено колотилось.

— Я работаю над этим. Она не хочет покидать свой дом, не то чтобы она когда-нибудь смогла бы продать его за приличную цену в этой дерьмовой дыре по соседству, и она думает, что папа вернется, если она останется на месте.

— Возможно, он так и сделает, — сказала Рейган, уверенная, что этот человек не настолько глуп. В конце концов, Дону придется прийти в себя и осознать, от чего он отказывается, покидая Розу.

— Я сильно в этом сомневаюсь. Он спит с другой женщиной.

— Я так плохо себя чувствую, — сказала Рейган. — Я хотела бы быть рядом с ней.

— Если я смогу заставить ее согласиться, я заставлю ее переехать ко мне в Лос-Анджелес.

— Это будет мило. — Брови Рейган сошлись вместе. — В нашу старую квартиру или к Трея?

— В нашу старую квартиру.

— Разве там не будет тесно, если мы будем жить там вчетвером?

— Я подумал, что вы с Треем могли бы жить у него, а я буду жить на нашем старом месте.

Она моргнула. Конечно, она неправильно его расслышала.

— Ты не хочешь жить с нами? — Значит, когда он уходил, он действительно оставил их? — Итан...

— Я никогда этого не говорил. Возможно, как только пресса уберется с вашего...

— Я скажу им, — выпалила она, наконец, осознав, что может потерять одного или обоих мужчин, которых любила, если и дальше будет держать их отношения в секрете. — Я расскажу им все.

— Это угроза? — Сказал Итан, его голос звучал растерянно.

— Угроза? — Рейган тоже казалась смущенной, потому что так оно и было. — Нет. Я бы предпочла, чтобы пресса узнала, чем потерять тебя.

— Не делай этого, — сказал он. — Я не могу найти в себе мужества рассказать об этом собственной матери, так как же, черт возьми, я буду иметь дело с тем, что весь мир узнает?

— Ты ей еще не сказал?

Итан вздохнул.

— Я подумал, что у нее и так достаточно причин для беспокойства. Карлос сообщил ей новость о том, что ты попала в таблоид, так что, конечно, она пошла и купила копию первым делом этим утром.

Лицо Рейган онемело. Другой человек, о котором она заботилась, думала бы о ней плохо. Думала, что она изменила своему парню. Думала, она получила свое место в «Исходном пределе» через постель.

— О.

— Она в ярости за тебя.

— В ярости?

— Она не верит ни единому слову.

В отличие от ее собственного отца, полагающему, что