Протест прокурора - Аркадий Иосифович Ваксберг

— А что же управление? Работает?

— Работает! Но, говорят, план под угрозой. Как бы не пришлось Носова из отпуска отзывать.

ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО

Эта посетительница прекрасно держала себя в руках, говорила подчеркнуто сухо, но по этой вот бесстрастности чувствовалось, как тяжело давалась ей сдержанность. Обойдя уйму контор, начальников, кабинетов, отсидев в приемных десятки часов, промаявшись неизвестностью, Кашникова получила, наконец, место в детском саду для своего сына. Все было решено, и оставалась только последняя мелочь. Та самая мелочь, которая, собственно, и привела ее в кабинет прокурора города: оставалось получить справку в жилищно-коммунальном отделе о составе семьи. То есть подтвердить то, что ни у кого не вызывало сомнения, но без этой пустячной бумажки в детский сад ребенка не принимали.

— Все правильно, — обронил Кондрашкин.

— Что правильно? — спросила женщина.

— И не примут без справки. Такой порядок.

— А я и не настаиваю на том, чтобы его приняли без справки. Пусть принимают со справкой. Но пусть мне эту справку дадут.

— Дадут, — кивнул Кондрашкин, включаясь в суховатый обмен репликами.

— Вы думаете?

— Обязаны дать…

— Почему же не дают?

— Издеваются, — ответил Виктор Афанасьевич тихо, без выражения, будто говорил сам с собой.

— А кто же дал им такое право?

— Сами взяли. Чем они объясняют нежелание дать справку?

— Говорят, что квартплата не внесена.

— Почему же вы не платите?

— Плачу.

— А они?

— А они делают вид, что не заплачено. Квартплата внесена за месяц вперед…

— Подождите, — Кондрашкин остановил женщину. — А при чем тут квартплата?

— Они говорят, что справку не могут дать до тех пор, пока я не заплачу за квартиру, а квартира…

— А квартира давно оплачена?

— Конечно!

— Дело в том, товарищ Кашникова, что справка о составе семьи и квартплата никоим образом между собой не связаны, понимаете? Ни юридически, ни финансово, никак. Если некий чиновник ставит их в зависимость друг от друга, значит, одно из двух — или же он не знает закона и не может исполнять свои обязанности, или же он откровенно издевается.

— Конечно, издевается!

— И я так думаю.

Виктор Афанасьевич вызвал секретаря и тут же, как говорится, не сходя с места, продиктовал протест.

— Записывайте: «Протест. В прокуратуру города обратилась с жалобой гражданка Кашникова Л. Б. на то, что домоуправ Т. А. Сивова не выдает ей справку о составе семьи в связи с тем, что Кашникова якобы имеет задолженность за квартплату… Записали? Указанные действия Т. А. Сивовой являются незаконными. По поводу неуплаты за квартиру необходимо обращаться в нотариальную контору за исполнительной надписью о взыскании задолженности в бесспорном порядке. Однако это не выполняется по вине самого домоуправления…»

— Так ведь заплачено! — не выдерживает посетительница.

— Мы сейчас говорим не об этом, — успокоил ее Кондрашкин. — Продолжаем, — обернулся он к секретарю, — «…не выполняется по вине самого домоуправления». Есть? «В то же время неуплата не может являться препятствием для выдачи справки о составе семьи, которая необходима Кашниковой для устройства сына в детский сад. На основании изложенного, руководствуясь законом «О Прокуратуре СССР», предлагаю…» Напечатайте заглавными буквами на отдельной строке: «ПРЕДЛАГАЮ незаконные действия Сивовой Т. А. отменить, Кашниковой Л. Б. выдать справку. Протест должен быть рассмотрен в течение десяти дней. О результатах сообщить в прокуратуру. Подпись: прокурор города Красногорска, старший советник юстиции В. Кондрашкин». Все.

— Вас устраивает такое решение? — повернулся он к женщине.

— Конечно.

— Скажите в приемной, пусть заходит следующий.

Пока не зашел очередной посетитель, я спросил:

— Виктор Афанасьевич, и часто к вам обращаются с такими вот вопросами?

— Видите, чем приходится заниматься прокурору — справками о составе семьи, устройством детей в детский сад, случаются еще вопросы, которые может решить школьный учитель, участковый врач… Знаете, бывает, что люди тщеславные, недалекие, попадая на тот или иной пост, где они могут как-то влиять на судьбы других людей, начинают откровенно вредничать. Они либо видят вокруг себя «злоумышленников» и начинают в меру отпущенных им возможностей их изобличать, ставить препоны, забывая при этом, что перед ними самые обычные, честные люди, имевшие несчастье попасть к ним в зависимость; либо, упиваясь властью, пытаются подменить собой прокурора, судью, непосредственного начальника, самого господа бога. И заметьте — сами, прикрываясь высокими словами, остаются неуязвимыми. Вы думаете, мы заняты в основном изобличением убийц, грабителей, расхитителей? Ничего подобного. Девяносто процентов времени уходит на борьбу с самоуправством. Трудовые конфликты, незаконные увольнения, выселения из квартир, штрафы, административные наказания, вынесенные в нарушение прав и норм, — вот наши будни. Вот та же управдом Сивова! Это не первая жалоба на нее. Она тоже не прочь видеть себя на страже закона, морали, нравственности! А на самом деле — принципам нашего социалистического общежития наносит ущерб.

ТЕКУЧКА…

День приема продолжался, и постепенно, с каждым новым посетителем становилась все понятнее работа прокурора города.

Вот пришел жаловаться старик, у которого работники милиции изъяли ружье — соседи заявили, что он время от времени не прочь этим ружьем пригрозить. Может быть, соседи не правы, решили за что-то наказать старика, а может, и сам хозяин ружья в свои преклонные годы слишком уж горяч? Во всяком случае, решить вопрос сразу и окончательно не удалось.

Пришла женщина, которая после операции не могла выполнять тяжелых физических работ, а на производстве ее ставили именно на эти работы.

Возник вопрос самовольного заселения комнаты… Оказывается, принят закон, подтверждающий, что выселить кого-либо можно только, имея санкцию прокурора, а прокурор даст санкцию на выселение лишь в том случае, если у семьи больше восьми квадратных метров на человека. Администраторы, рванувшиеся было выбрасывать людей из ранее пустующих комнат, проявили беззаконие, и