Эльфийская лихорадка - Карен Монинг

Он приближался. Я одержала победу в ожесточенной схватке с собой и отступила назад.

— Нет, — сказал он. — Я не В’лейн. — его веки опустились, покрыв чужие, древние глава, и снова поднялись. — Независимо от того, кого ты подразумеваешь под этим именем.

— К-кто ты? — запинаясь произнесла я.

Он сделал еще шаг вперед.

Я сделала еще один шаг назад. Мой свитер опять упал. Черт.

— Смерть, — просто сказал он.

Позади меня открылась дверь молельни, ведущая к святая святых. Я мельком увидела очертания коридора. Запах, который так беспокоил меня, заполнил ноздри.

Вожделение обуревало меня. Спереди. Сзади.

Мы — окончание всего, — холодный голос пролетел над моим плечом. — И начало. Скоро. Чуть позже. После…

— Время не имеет значение, — ответил кто-то третий. — Все возвращается на круги своя.

— Мы вечны. А ты нет.

Они могли также спокойно разговаривать и на другом языке. Я обернулась, и у меня перехватило дыхание. На полу около моих ног лежал кружевной бюстгальтер. Мой. Вот черт. Мою пышущую жизнью кожу охлаждал холодный воздух. Я не буду спрашивать «После чего?». Их было двое. Два Эльфа, способных убить сексом. Два принца. Смогу ли я убежать от них? Смогу ли я выдержать двойное влияние? Они могут материализовываться. Я была между ними. Смогу ли заморозить их? О, Боже, нет! Только не тогда когда ши-видящие возможности блокированы!

— Ты знаешь В’лейна? Он принц Видимых, — я умудрилась произнести это через боль, сковавшую губы. Было больно прикасаться, из-за ощущения, что рот наполнен, которое могло говорить о том, что имя В’лейна снова покалывает мой язык. Мне хотелось утонуть в них.

Мне хотелось, чтоб меня «начинили» туже, чем сосиску. Через рот. Через все остальное тело. Я смотрела сначала на одного, потом на другого. Я резко тряхнула головой. Рот как будто обожгли. Голова поворачивалась сначала в одну сторону, потом в другую.

— Он мой защитник. — Возможно, они были друзьями. Возможно, они призовут его к ответу. Может, они боятся его и отступят.

Я бы не удивилась если бы на меня посыпались оскорбительные усмешки, глумливые шутки, непристойные комментарии. В конце концов, я стояла перед ними обнаженная по пояс. Я ждала каких-либо комментарий, ждала выражения эмоций, какого бы то ни было выражения эмоций, но они только стояли, поворачивая головы с неестественной плавностью, и нечеловечески изучали меня. Моя кровь стыла в жилах, я перестала дышать.

Я знаю кем они являлись. Они не были друзьями В’лейна. Их выдали иноземные жесты.

Когда я снова задышала, это был большой глубокий вдох.

Это были Принцы Невидимых. Эльфы, у которых никогда не было возможности изучать нас, наши привычки, детали красивой гламурной жизни. Эльфы, которые могли использовать наш язык, но при этом избегали метафор. Они изучали наш мир с очень большого расстояния, заочно. Они наверняка толком не усвоили концепции Эльфов о стабильности и изменчивости. Эльфы, которые никогда не были свободными. Никогда не пили из Котла Забытья. Никогда не занимались сексом со смертной женщиной.

Но эти планировали заняться сексом со мной. Это желание наполнило их огромной, жаждущей, темной волной. Похотливое желание наполнило комнату, как динамит готовый взорваться, но фитиль его был угрожающе короткий. Неприятный запах «динамита» витал в воздухе. Я ощущала его при каждом вдохе, только усиливая неутолимую острую лихорадку Эльфов.

В церковь плавно, словно скользя, вошел третий Эльф.

Что говорил Кристиан? Согласно мифам, главами тех четырех домов являются темные принцы — Четыре Всадника Апокалипсиса.

Чума уже присоединилась к Смерти и Голоду. Только Война пока не появился. Я молилась, чтобы этого не произошло.

Они приближались ко мне, образуя кольцо. По мере того, как они приближались, их образ менялся от одного к другому. Перебирая форму, цвета … и еще что-то, что скорее всего, имеет пространственную природу. Я увидела и трехмерное пространство, и четырех- и пяти-. Мои глаза не смогли бы объяснить моему мозгу, что они видят, поэтому они просто решили претвориться, что они этого не видели.

В’лейн говорил, что Эльфы никогда не показывают людям своего истинного лица. Этим лицом могло быть то, что я только что увидела.

Справившись со страхом перед копьем, я резко обнажила единственное оружие, которое у меня было. Пояс упал. Я обернулась вокруг своей оси, направляя копье на них, чтобы разомкнуть кольцо.

Назад! — скомандовала я. Это Реликвия Видимых. Оно может убить даже принца! Только попробуйте!

Я сделала выпад с сторону ближайшего ко мне Эльфийского Принца. Он остановился, внимательно рассмотрел копье, затем поднял на меня разъяренный взгляд.

Он повернул голову и посмотрел на других, затем вернулся к копью. Я наблюдала за происходящим.

Я с ужасом заметила, что моя рука начала медленно, медленно разворачиваться до тех пор, пока смертоносное, разлагающее плоть острие, не направилось прямо на меня.

Я пыталась повернуть его в другую сторону, направить его на Эльфа, но не смогла сдвинуть с места.

Мой мозг начал уже подводить итоги жизни, а тело еще отказывалось верить.

Мысль об изнасиловании приводила меня в ужас. Но еще меньше мне хотелось умереть как Меллис.

Когда острие было всего лишь в четверти дюйма от моей кожи, я попыталась отбросить копье в сторону, надеясь, что у меня получится, а они просто забудут о моем существовании. Я смогла отпустить копье, но я не смогла управлять им. Это явление я еще обдумаю позже. Копье со свистом пролетело через дверь молельни и с треском врезалось в основание подставки для святой воды. Импульс был настолько сильным, что она перелилась через край чаши, а когда достигла копья — зашипела и начала испаряться.

Принцы приняли статичную форму. Мужчины были так неописуемо красивы, простой взгляд на них приносил большое эстетическое удовольствие. Это трогало мое сердце до глубины души. Я что-то невнятно бормотала.

Они обнажились. На них остались только черные светящиеся ожерелья, которые словно темнота в расплавленном виде обвивали шеи.

На гибкие загорелые тела нанесены татуировки в виде сложных светящихся узоров, которые как в калейдоскопе перемещаются по всему телу — штормовые облака по золотому небу. Молния вспыхнула в их блестящих глазах.

Я почувствовала, как глубоко внутри меня раздался гром. Я не могла смотреть на них. Их было слишком много. Я отвернулась, но они не ушли. Что-то заставляло меня не отрываясь смотреть в их фантастические, наводящие ужас лица.

Мои глаза округлялись все больше и больше.