Наследники Шамаша. Тени и пыль - Alexandra Catherine

Нодримец ещё раз оглядел их, отдал Сагдиарду свиток и спокойно ответил:

— Проезжайте, хорошего пути.

Сагдиард улыбнулся, кивнул, дозорные развернулись и поскакали обратно в Ламассу.

— Поехали. Подпись герцога Атийского все ещё имеет вес на востоке.

— Но Атанаис нужна помощь! — воскликнула Ишмерай. — Почему мы не остались здесь хотя бы на несколько часов?

— Потому что нам нужно в Брок, сударыня, — последовал терпеливый ответ Сагдиарда. — Нам не нужна помощь Ламассу, нам нужна помощь Лорена Рина. Который знает всё не только о простуде, но и о вашей чёртовой рианорской силе.

Ишмерай посмотрела на Марцелла. Тот кивнул, и девушка перестала задавать вопросы. Она, как и остальные, не спавшая нормально несколько дней, держалась из последних сил, чтобы не заснуть, но все-таки через некоторое время задремала, как только небо начало чернеть. Очнулась через два часа, услышав заветное «Мы в Броке».

За последние пятнадцать лет Брок стал крупным красивым городом с просторными мощёными камнем улицами и строгой архитектурой. Окружённый со всех сторон густым лесом, возведённый в Сегорском предгорье несколько столетий назад. Городская стена была построена десять лет назад по приказу градоначальника Брока, Лорена Рина. Толстая, хорошо охраняемая и освещённая, она надёжно защищала город. Такой стене мог позавидовать сам Моринф, главный город Нодрима.

У въезда в город их снова остановили. Сагдиард показал свиток, и их пропустили.

«Мы в безопасности», — с горьким облегчением подумала Ишмерай.

Час был поздний, и улицы были почти пусты. В каменных, выкрашенных в белую краску домах уже не горел свет.

— И здесь полно часовых, — заметил Амиль, разглядывая пятерых воинов, патрулирующих ночные улицы. — На ночь закрыты даже те пивнушки, которые ранее были открыты до утра. Нодримцы боятся.

Вскоре они добрались до резиденции градоначальника Брока, Лорена Рина. Это был достаточно скромный, но просторный дом, доставшийся Лорену в наследство от дяди, Бейнардия Фронкса. Став градоначальником крупного нодримского города, Лорен не стал его продавать и покупать дом больше или роскошнее: он расширил территорию, а принцесса Плио облагородила, улучшила внутреннее убранство, поставила надёжную ограду с красивыми воротами. На территории резиденции были возведены беседка, летний домик, где любила проводить время принцесса, фонтан, был разбит сад, летом благоухающий невероятными ароматами множество цветов. Обосновавшись в Броке двадцать лет назад, Лорен сразу начал работать в больнице города. Несколько лет он служил главой больницы, когда король предложил ему стать главой Брока. Лорен не ушёл из больницы, продолжил работать в ней, но передал управление своему помощнику. Лорену Рину удалось сделать её одной из лучших в Архее. В Брок приезжали лечиться из Полнхольда и Акидии. Дядюшка Бейн довольно посмеивался и с гордостью заявлял, что его племянник стал его сильнейшим конкурентом.

— Мы привезли племянниц господина Рина, — устало и отрывисто произнёс Сагдиард, когда вся компания добралась до ворот резиденции главы Брока.

Ворота были тотчас открыты, и три коня въехали внутрь. Слуги засуетились ещё на улице. Ишмерай посмотрела на дом: свет горел только в двух окнах. В окне показался мужской силуэт.

«Дядя!» — сердце подпрыгнуло.

Атанаис всегда была ближе с дядей Лореном, чем Ишмерай. Быть может, потому что она была его крестницей, а быть может, потому что она всегда была красивее и воспитаннее, чем младшая сестра. Лорен Рин гордился успехами Атанаис в целительстве и всегда ставил её в пример сыну Акилу. Он всегда был добр к Ишмерай, но относился к ней с тенью безразличия. Однако девушка была рада видеть дядю до слез.

Сагдиард взял Атанаис на руки, Марцелл держал свою тяжёлую руку на плече Ишмерай, совершенно отупевшей от дикой усталости и бессонных дней и ночей, холода и голода. Бледный и обессиленный Амиль поплёлся следом. Слуги взяли вещи и повели нежданных гостей в дом.

В доме, одетый в мягкие штаны и рубаху, их встретил встревоженный хозяин дома.

— О Боже, Атанаис! — охнул Лорен Рин, вцепившись в племянницу, которая начала приходить в себя. — Ишмерай! Да почему вы здесь? Что произошло, Марцелл? Ночью! Без предупреждения!

— Мы добирались до Брока несколько дней, господин Рин, — пробасил Марцелл, в отличие от остальных ещё способный внятно и рассудительно говорить. — Мы все расскажем, в красках и подробностях, но позже. Атанаис нужна ваша помощь.

Ишмерай смотрела на дядю Лорена и вдруг удивилась: в полумраке холла его лицо, всегда казавшееся моложавым, теперь приобрело резкие тени. Он был измождён и напуган.

— Что произошло с Атанаис?

— Она… — Марцелл открыл рот, чтобы попытаться объяснить что-либо, но не нашёл слов. Замялись и Сагдиард с Амилем.

— Она — Рианор, дядя, — только и произнесла Ишмерай. — Сутки назад она стала Рианором…

Лорен Рин тотчас обо всём догадался.

— Пойдёмте.

— На нас напали, — рассказывала Ишмерай, пока все они шли в кабинет дяди. — Она защитила нас. У неё были голубые глаза, и она потеряла сознание.

— Она приходила в себя?

— Да, несколько раз, — кивнул Сагдиард. — Но на очень короткое время.

— Сильный был огонь?

— Это был не огонь, — ответила Ишмерай. — Она пела.

Лорен на несколько мгновений резко остановился, словно наткнулся на невидимую стену.

— Пела? — изумлённо переспросил он.

— Своей песней она заставила шамширцев заснуть.

— На вас напали шамширцы?! С какой стати она заявились на восток?!

Лорен привёл всех в комнату для гостей на втором этаже. Когда Сагдиард положил Атанаис на постель, Лорен оставил Марцелла, Сагдиарда и Амиля на попечение слуг. Ишмерай же пожелала остаться с сестрой. Вместе со служанкой они сняли с Атанаис верхнюю одежду и платье.

— Жар все ещё есть, но невысокий, — констатировал дядя, потрогав лоб племянницы.

Он посчитал её пульс, приподнял веки её глаз, послушал дыхание. Затем взял в руки лицо девушки и прижал большие пальцы рук к её бровям. Ишмерай несколько раз быстро поморгала: ей показалось, что ей привиделось — комната наполнилась тусклым молочным свечением. Руки Лорена Рина гладили щеки и лоб племянницы, и через несколько минут Атанаис зашевелилась. Она открыла свои чудесные глаза, увидела дядю Лорена, Ишмерай и улыбнулась.

— Я в Броке… —