Буран, Тайга и Асмодей. Дополнение - Денис Чистяков

на меня, улыбнувшись. Этим напоминанием она словно подчеркнула мои заслуги и я вдруг понял, что это для меня куда важнее всеобщего обожания. Мне было достаточно того, что для нее я вовсе не безымянный наемник…

Мне вдруг дико захотелось взять ее за руку и увлечь в толпу веселящихся людей. Вместе с ней и Эланом прогуляться по городу, поесть праздничных угощений, посмотреть забавные постановки, посвящённые нашим подвигам. Мое настроение разделял и Элан с восторгом разглядывая факиров, акробатов и прочих весельчаков, развлекающих публику. Он то и дело тыкал пальцем в толпу, призывая маму поехать в указанном направлении, но мы непреклонно двигались к дворцу Бранкеля – новому герцогу Эглидея.

– Да, Игорек, тяжко тебе тут пришлось, – саркастично заметила Вероника, – Столько баб хочет затащить тебя в постель…, о и даже некоторые мужики, похоже!

– Иди ты! – надулся Игорь, продолжая махать рукой толпе, – Если думаешь, что все три года мы только и таскались по пирам и купались в лучах славы, то сильно ошибаешься.

– Ну да, ты еще активно подбивал клинья к Димкиному аватару, – оскалилась Вероника.

Несмотря на гул толпы, Веронику услышали все и я заметил, как тень скользнула по лицу Санрайз вместе со смущением. Я не знал, что смутило ее больше: намек на поползновения Дарлиса или слова об аватаре, но разобраться я не успел, потому что в следующий миг Дарлис уже держал в руке меч с явным намерением засунуть его поглубже в Веронику. Мы с Санрайз не сговариваясь призвали огненные шары, в надежде упредить новую драку, но Вероника даже не вздрогнула:

– Эй, на нас же люди смотрят, – с упреком заметила она.

– Думаешь меня это остановит?!

– Дарлис, уймись, она просто провоцирует тебя! – вклинился я.

– Я всего лишь говорю, что слышала, – улыбнулась Вероника.

Терсиольд остановил нашу процессию и подскочил к нам:

– Миледи, милорды, что случилось?!

– Просто небольшое шоу для людей, – ответил я, оглядев толпу, – Верно?

С последним вопросом, я многозначительно посмотрел на своих спутников и развеял огненный шар.

– Верно, – поддержала меня Санрайз, развеяв свою магию.

Дарлис с явным трудом заставил себя убрать меч в ножны, а Вероника, улыбаясь до ушей взмахнув рукой, призвала на людей довольно внушительного размера снежинки, больше напоминавшие град. К счастью, толпа во хмелю не заметила подвоха в нашем «выступлении» и встретила магические трюки с восторгом. К нам с новой силой полетели крики и тосты, воззвания выпить и прочие признаки обожания.

– Без особой нужды даже не смотри в мою сторону! – прошипел Игорь Веронике.

– Да ладно тебе, я же не осуждаю. Тем более теперь, когда тебе больше не грозит случайно засадить Димчику.

Мой взгляд непроизвольно метнулся к Санрайз, но она либо не слышала последних слов Вероники, либо сделала вид, что не слышала.

– Черт, если ты не закроешь рот, клянусь, я тебя прикончу, даже если это лишит меня возможности вернуться домой!

Впервые на моей памяти Дарлис был так взбешен и... смущен. Впрочем, я полностью разделял его желание. Несмотря на то, что слова мерзавки болезненно напомнили о моем соперничестве с Игорем, я в тоже время почувствовал внезапную солидарность с ним. Возможно просто потому что помнил насмешки над собственными чувствами.

Скорчив мину, Вероника все же замолчала, переключившись на ликующую толпу. Я снова взглянул на Санрайз, надеясь разглядеть на ее лице какую-то реакцию на слова Вероники, которая могла бы рассказать о ее чувствах к Игорю, но она задумчиво смотрела вперед, прижимая к себе Элана. Мне казалось, что ее терзает слово «аватар», которое произнесла Вероника, но знать наверняка я не мог, а спросить не решился, опасаясь разбередить старую рану, которую однажды нанес неосторожными словами.

Дарлис все еще кипел от злости и теперь его улыбка людям казалась фальшивой. Я видел в его глазах желание выдать Веронику, рассказать людям о ее предательстве, но видимо, как и я, он не представлял, как это сделать: просто сыпать обвинениями, тыча в нее пальцем явно было глупой затеей, и мерзавка очевидно это понимала, вовсю наслаждаясь минутой внезапной славы. Она дошла до того, что стала отвечать на крики из толпы: «всегда пожалуйста» на благодарности и «непременно как-нибудь» на предложения выпить и даже парочку предложений руки и сердца от особенно ретивых или пьяных мужиков.

Когда мы добрались до площади, людей и шума вокруг стало еще больше. Если бы не наш почетный эскорт, мы бы и шагу не смогли ступить через веселящуюся толпу. Вокруг еще догорающего костра Воздаяния выстроились лавки и помосты с торговцами и артистами. Как и утром по площади разносилась какофония мелодий, барды пытались переорать друг друга, смешивая плохо совместимые жанры частушек и баллад. К счастью о синеокой смерти никто не пел, хотя северян в толпе хватало и особого восторга по поводу нашего появления они не выражали.

Аромат уже изрядно облетевших цветов, что стояли на площади со вчерашнего утра, смешавшись с ароматами еды, продолжал не равный бой с вонью мертвых тел монстров, к которой теперь добавился удушливый запах гари. Впрочем, это нисколько не портило настроения горожанам, вероятно только дополняя эффект присутствия на месте эпической битвы.

Поскольку людей вокруг прибавилось и среди них стали встречаться особенно преданные фанаты Всадников, готовые самоотверженно броситься под копыта нашим лошадям, лишь бы урвать хоть волос из их хвоста (если не удастся стянуть кого-то из кумиров), Терсиольд распорядился выставить копья остриями в стороны, дабы удерживать людей на расстоянии.

Порой мы останавливались, дожидаясь пока кто-то из торговцев уберет с дороги свою телегу, тогда я следом за увлеченным Эланом во все глаза разглядывал веселящихся людей. Среди них было множество детей, выряженных в самодельные доспехи. Одни сошлись в боях друг с другом, а другие выстроились в очередь к какому-то аниматору, который предоставлял им возможность за пару кинсов подубасить палками трупы избежавших костра монстров.

Мое внимание привлекла девочка лет пяти с деревянным мечом. Она, сурово насупившись, убеждала трех мальчишек, что она сама миледи Санрайз и одолела уже «тыщу» тварей из Разлома. Сцена казалась такой умилительной, что я не удержался от улыбки.

– Ты вдохновляешь детей, – заметил я настоящей Санрайз.

Взглянув на девочку, она вскинула бровь:

– А может быть ты? Кажется, она упоминала, что одолела химеру.

Мне показалось, что Санрайз все еще тяготит тема «аватара», поднятая Вероникой и я не знал, как успокоить ее.