Решения принимались на земле - Степан Гречко

— Знаю, знаю, — досадливо отмахнулся Сергей Кондратьевнч.

С минуту поразмыслил, добавил: плохо, конечно, что каманинские аэродромы расположены так далеко от переднего края, но пару дней штурмовики "челюскинца" смогут поддерживать танкистов и с дальних аэродромов, потом перебазируются. И еще задание: передать генералу Каманину, пусть срочно выезжает в танковую армию, лично на месте согласует с ее командованием и штабом все вопросы взаимодействия и организует пункт управления штурмовиками непосредственно в районе полосы прорыва, как можно ближе к переднему краю.

Трудноразрешимых вопросов и в армии в целом, и в авиасоединениях, и непосредственно в авиачастях, в штабах, в тыловых частях и подразделениях было множество. Но четверо суток напряженнейшего, поистине титанического труда командного, политического, летного, инженерно-технического — всего личного состава дали прекрасные результаты: к началу операции воздушная армия подготовилась в полном соответствии с требованиями приказа командарма.

Дебреценская наступательная операция началась рано утром 6 октября 1944 года и сразу же набрала быстрый темп. За три дня боев ударная группировка фронта, прорвав тактическую оборону врага, продвинулась вперед до ста километров. Авиация 5-й воздушной армии, тесно взаимодействуя с наземными силами, за три коротких осенних дня осуществила в общей сложности 1313 самолето-вылетов, нанесла ряд мощных бомбовых и штурмовых ударов по опорным пунктам вражеской обороны, по скоплениям немецко-венгерских войск и по аэродромам противника, чем оказала большую помощь наземным войскам.

В результате успешного развития наступления юго-западнее Дебрецена нашими войсками было захвачено несколько немецко-венгерских аэродромов вместе с базировавшимися на них самолетами. Немалая заслуга в этом принадлежала 7-й гвардейской штурмовой авиадивизии подполковника Г. П. Шутеева и летчикам-истребителям 13-й гвардейской авиадивизии полковника И. А. Тараненко. Мне довелось своими глазами видеть 140 брошенных на аэродромах противника самолетов. Добрая половина из них была изрешечена огнем наших штурмовиков, которые только в точение 8 октября три раза утюжили вражеские аэродромы. Около 70 "мессеров", "юнкерсов" и "фоккеров" не получили повреждений и могли бы взлететь, но их плотно прижали к земле наши истребители. Командир 13-й гвардейской истребительной авиационной дивизии Герой Советского Союза Иван Андреевич Тараненко лично возглавлял группу истребителей, которые сбили на взлете три вражеских "мессера", а остальные самолеты не выпустили с аэродрома.

Не везде, однако, наступление развивалось так быстро, как юго-западнее Деброцена. На подступах к городу Орадя танкисты армии генерала Кравченко и механизированные части генерала Плиева встретили упорное сопротивление танков и пехоты противника. Их контратаки следовали одна за другой. Они поддерживались крупными силами артиллерии и авиации. Штурмовики авиакорпуса генерала Каманина активно помогали наземным войскам в отражении контратак, но, вынужденные действовать с дальних аэродромов (надежды на быстрый захват вражеских аэродромов не оправдались), не всегда достигали успеха. Город Орадя был взят штурмом только 12 октября.

Наша авиация здесь внесла немалый вклад в победу над противником. В борьбе с контратаковавшими вражескими танками и особенно с артиллерией, которая вела огонь по нашим войскам прямой наводкой, отличились штурмовики 4-й гвардейской авиадивизии полковника В. Ф. Сапрыкина, взаимодействовавшей с советскими и румынскими бомбардировщиками. Особенно отличились в этих боях летчики-штурмовики В. Н. Молодчиков и А. П. Пряженников. Позже оба они были удостоены звания Героя Советского Союза.

Героями Советского Союза стали в те дни также гвардейцы-истребители Шалва Нестерович Кирия, Алексей Степанович Амелин и Борис Васильевич Жигуленков. "В воздушных боях над Румынией, в частности над Трансвльва-нией, они втроем сбили 54 фашистских самолета", — писала тогда об этих мужественных летчиках армейская газета "Советский пилот".

На левом крыле 46-я армия генерала И. Т. Шлемина форсировала Тиссу. 11 октября ее войска овладели крупным венгерским городом Сегед и заняли плацдарм на правом берегу реки. Это была важная победа, достижению которой в значительной мере способствовала 6-я гвардейская истребительная авиадивизия полковника И. И. Гейбо. Ее полки и эскадрильи на протяжении всего периода боев за Сегед и за создание плацдарма смело и самоотверженно прикрывали с воздуха боевые порядки сухопутных войск от налетов вражеской авиации, неоднократно вступали в воздушные бои с "мессерами" и "юнкерсами", в жарких поединках сбивали фашистских стервятников или принуждали "юнкерсы" сбрасывать авиабомбы где попало, только не на боевые порядки наших войск. За героизм и отвагу, проявленные летчиками-истребителями в воздушных боях над восточными районами Венгрии, 6-я гвардейская истребительная авиадивизия помимо прежнего названия "Донская" получила еще одно почетное наименование — "Сегедская".

Хорошо запомнился мне случай, имеющий отношение к 85-му истребительному авиаполку. Поздно ночью на армейский КП позвонил начальник штаба 6-й истребительной авиадивизии полковник Д. А. Суяков и взволнованным голосом доложил:

— Хозяйство Смолякова затопило водой!

Мне было известно, что 85-й авиаполк подполковника П. Е. Смолякова лишь накануне перебазировался на новую взлетно-посадочную площадку, расположенную в 50 метрах от уреза воды Тиссы. Оттуда и вел боевую работу в течение дня. Командование полка надеялось в ближайшее время перебазировать самолеты на более подходящий аэродром, пока же довольствовалось тем, что было. В те дни на северо-востоке Венгрии, в верховьях Тиссы, шли сильные дожди. Об этом мне докладывал начальник метеослужбы армии подполковник В. М. Сперанский. Однако никто не предполагал, что река вдруг может вздыбиться, выйти из берегов, затопить взлетно-посадочную площадку.

Ночной звонок полковника Суякова заставил немедленно обратиться за помощью в штаб 46-й общевойсковой армии, поскольку своими силами авиаторы не могли перетащить самолеты из залитой водой прибрежной низины на возвышенность. Им помогли саперы, наводившие неподалеку переправу через Тиссу. Помогли не только спасти самолеты, но и оборудовать для них новую взлетно-посадочную площадку на более высоком месте. Утром авиаполк, не успев толком обсушиться, вновь приступил к боевой работе. Из донесения, поступившего на армейский КП к исходу дня, стало известно, что летчики попавшего ночью в беду авиаполка совершили за день 65 самолето-вылетов, провели 4 воздушных боя над Сегедом и переправой, сбили 6 немецких самолетов.