За гранью долга - Василий Горь

— Да, я это понимаю… — заставив себя ответить на его риторический вопрос, я кивнула. И, понимая, что делаю глупость, все-таки спросила: — А почему за все время, пока мы шли по этой тропе, вы ни разу не завязали мне глаза? Почему вы так уверены, что я никогда и никому о ней не расскажу?

— Мне отвечать на заданный вопрос, или на тот, который вы оставили не озвученным? — внимательно посмотрев мне в глаза, спросил Утерс.

— Отвечайте так, как считаете нужным… — поняв, что Видящей из меня не получилось, вздохнула я. И ОТВЕЛА ОТ НЕГО ВЗГЛЯД…

— Вы можете не бояться ни за свою жизнь, ни за свое будущее… — ответил граф. И в его голосе я опять не почувствовала даже намека на ложь…

— Да, но ведь вы должны понимать, что ваш трюк с лошадьми и запутывание следов в течении этих речушек никого не обманет! — затараторила я. — Начальник Ночного двора граф Закро Сарбаз далеко не дурак. И все равно поймет, что мы перебрались через Ледяной хребет где-то в этом районе. А, значит, искать эту тропу будут обязательно! И не одна сотня его людей!

— Об этом можете не беспокоиться… — кинув взгляд на чересседельные сумки, на которых лежал Том, Вэлш криво усмехнулся: — Граф Сарбаз уже никогда и ни о чем не догадается. Он имел глупость… совершить некий не очень правильный поступок. И теперь его голова… в общем, я несу ее его величеству королю Вильфорду…

— Да, но его место недолго останется свободным!

— Это меня не беспокоит. Ведь о том, что воины нашего рода как-то переходят через Ледяной хребет, ваш отец знает уже давно. Последний раз его люди искали эту тропу почти два месяца. Наводнив эти горы дня через четыре после того, как воины моего отца наведались в казармы города Хегрим. Где зарубили тех, кто участвовал в грабеже каравана торгового дома Милдейлов и убийстве одного из сыновей главы этого рода…

— Так это что, была месть? — вспомнив рассказы о чудовищной резне, устроенной воинами Правой Руки в этом городишке, удивленно спросила я.

— А зачем тогда нашим воинам надо было идти туда через всю Делирию? Ваших солдат можно найти и рядом с границей… — усмехнулся он. — Ну, что, вы присмотрите за моим оруженосцем? Или для того, чтобы сходить за перевязочными материалами, мне нужно втащить вас и Тома на какую-нибудь неприступную скалу?

— Идите… — решив, что поломать голову над тем, где в горах можно найти перевязочные материалы, я смогу и в его отсутствие, кивнула я. И, увидев, как он разворачивается на месте, вдруг поймала себя на мысли, что затеяла весь этот разговор только для того, чтобы протянуть время и не оставаться в одиночестве…

Глава 44. Аурон Утерс, граф Вэлш

— Ничего страшного… — убрав пальцы с запястий лежащего без сознания Тома, буркнул я. — Он просто потерял сознание. Полное истощение организма. Ладно, пошли дальше…

— Вы что, вот так его и оставите? — гневно посмотрев на меня, зашипела принцесса. — Он — ваш оруженосец! Вы давали клятву его защищать! Скажите, что это за Долг, ради которого можно бросить умирать того, кто вверил вам свою жизнь и свою честь?

— Бросить умирать? А с чего вы взяли, что я на это способен? — спросил я. Стараясь не показать, как меня задел ее последний вопрос. — Через пять минут мы доберемся до поворота, над которым несут дежурство наши воины. Через десять я вернусь сюда с носилками и одним из караульных. Через полчаса Тома будет осматривать наш семейный лекарь. Поверьте, тут его жизни ничего не угрожает…

Посмотрев на меня так, как будто старалась заглянуть в мои мысли, она ненадолго замолчала. А потом, слегка покраснев, совершенно серьезно сказала:

— Граф! Я… поторопилась с выводами. Приношу вам свои извинения…

Я молча кивнул. Потом встал, и, не оглядываясь, двинулся вниз по тропе…

…Увидев наш родовой замок, принцесса замерла, потом побледнела, и, ойкнув, затравленно посмотрела на меня. Видимо, ей, как и большинству гостей, въезжающих в долину на рассвете, показалось, что и вся правая сторона нашего родового замка, и скальное основание под ним сверху до низу залиты кровью.

— Игра света, ваше высочество… — усмехнулся я. — Такой оттенок камню, из которого построен замок, придает свет восходящего солнца. Днем и на закате он смотрится иначе…

Принцесса облегченно вздохнула:

— У меня от вида такого количества крови аж дыхание перехватило… Жуткое зрелище…

— А мне кажется, что на кровь совсем непохоже… — усмехнулся Лис. И, зачем-то посмотрев на меня, поудобнее перехватил носилки. — Зимой, когда все вокруг укрыто снегом, мне кажется, что замок похож на раскаленный уголек. Рядом с которым всегда тепло и уютно…

— Зимой тут, наверное, холодно? — поежившись, спросила ее высочество.

— Нам — нормально. А долинники почему-то жалуются… — улыбнулся воин. — Впрочем, зимой их тут и не бывает — Косую Сажень заваливает снегом, и проехать по ней становится невозможным…

— И как же вы тут живете? — удивилась принцесса.

— Просто замечательно… — совершенно серьезно ответил ей воин. — Общаемся с женами и друзьями, воспитываем детей, тренируемся. Что может быть лучше, чем мир и спокойствие?

— Да… Пожалуй, ничего… — вздохнула принцесса, и в ее глазах промелькнуло нечто, похожее на зависть. — А летом? Ведь летом здесь тоже должны царить эти самые "мир и спокойствие"?

— Тут — да. Зато там, за во-он теми горами, бывает неспокойно. И наши воины вынуждены уходить из долины, чтобы выполнить свой долг перед народом королевства и его величеством…

— Мда… — вздохнула принцесса и задумалась…

…Уйти в перекат я успел. А вот выхватить мечи — конечно же, нет. И, через мгновение, распластавшись в самой середине вымощенного булыжником двора, с ужасом в глазах смотрел на опускающееся к моему правому глазу острие Айлинкиного кинжала.

— Сдаешься? — издав воинственный вопль, грозно спросила меня страшно гордая своей "победой" сестричка.

— А что мне остается делать? — стараясь не улыбаться, спросил я.

— В общем-то, ничего… — хихикнула она. И, пару раз подпрыгнув на моей груди, великодушно убрала кинжал в ножны. — Что ж, раз ты признал свое поражение, то я…

— Айлина! Оставь брата в покое!!! — не дав ей озвучить условия моего выкупа из плена, грозно рыкнула мама. — Ты что, не видишь, что Ронни не один?

В глазах сестренки мелькнула растерянность. Потом она оглянулась по сторонам, покраснела, виновато посмотрела на меня и грустно улыбнулась:

— Прости… Я просто обрадовалась, услышав, что ты вернулся…

— Не обращай внимания… — одними губами произнес я. — Я тоже очень рад тебя видеть… Могу я попросить тебя заняться моей спутницей?