Восходящий. Начало - Майкл Роберт Миллер

И в этот момент перед ним возникла Пира. Она опустилась на землю и повернула к Холту свою пурпурную голову. Подросток встретился взглядом с ее сияющими янтарными глазами.

– Залезай, малыш.

Пока он соображал, кто-то схватил его за пояс и подсадил на спину драконицы. Оказалось, это принцесса с такой легкостью подняла его наверх. Холт вяло удивился и машинально заполз в углубление между спинными шипами Пиры, вцепляясь в нее что есть сил.

– Вперед! – крикнул Броуд.

И они рванули на восток, прикрытые защитным пологом леса. Сверкающий меч Талии освещал им путь. Пира, больше не стараясь скрываться, пробивала им дорогу сквозь непроходимые заросли, вероятно, используя магию, чтобы отбрасывать упавшие стволы и ветки. Иногда они с Талией прожигали для них проход. Но все это время их преследовали раскаты грома.

Холт еще не забыл, каково это – быть слугой, и для него эти усилия не имели смысла. Слуга может убежать от хлыста своего хозяина, но когда-нибудь его все равно поймают. Пусть даже у них получится на какое-то время оторваться от Сайласа и выбраться из этого леса… Если Сильверстрайк напал на их след, рано или поздно он их поймает.

Но с кем сражался он сам? Почему призывал магию, которая выдавала его присутствие?

Затуманенный разум Холта силился распутать эту загадку, а сам подросток пытался усидеть на спине драконицы, которая петляла между деревьями. Время для него словно застыло. Он держал глаза открытыми только благодаря частичкам магии, которые черпал через напряженную связь.

Перед мысленным взором Холта ядро Эша еле-еле мерцало, как мигает язычок пламени гаснущей свечи. Но он слышал его пульс, который колотился быстро-быстро, передавая вспышки страха, который постепенно овладевал ими обоими.

Холт не мог видеть Эша, но чувствовал, что он бежит рядом, следуя за Пирой, которая всей своей мощью проламывала для них тропу. Ритм связи стал бешеным, и Холт испугался, что Эшу слишком трудно угнаться за драконицей принцессы.

– Ты побежал за мной, – сказал мальчику Эш. Воспоминание о дыме, огне, криках промелькнуло в его памяти. – Я побегу за тобой.

Они мчались несколько часов. Лес вокруг посветлел: где-то на востоке вставало солнце, и деревья здесь поредели и вдруг закончились совсем, а вместе с ними и бесконечный полумрак. Отряд вышел из Умирающего леса.

Броуд и Талия резко остановились. Пира попыталась сделать то же самое, но инерция несла ее вперед. Драконица принцессы, вонзившись когтями в землю, оставила в ней глубокие ямы.

Холт понятия не имел, где они находятся. Спросить тоже не получалось – пересохшие губы невозможно было разлепить.

– Кажется, мы оторвались, – радостно сказала Талия, в изнеможении наклонившись вперед. Ее возможности тела Восходящего достигли своего предела.

Но стоило ей произнести эти слова, как грозовые тучи снова заклубились над ними. Черная мгла поглотила рассветный солнечный свет, и сверху послышался драконий рев, полный ярости и гнева.

Броуд поднял свой меч. Талия застонала и выпрямилась. В знак солидарности Холт попытался сделать то же самое, даже зная, что у него не получится.

Сайлас поймал их.

Клеш, продолжая оглушительно реветь, спикировал с облаков и приземлился с чудовищным глухим стуком. Раньше у Холта не было возможности оценить размеры этого дракона. Ширина его огромного тела соответствовала четырем лошадям, поставленным бок о бок. Хвост был такой же длины, как и тело, а взмахом огромного крыла можно было разметать несколько человек сразу. Гранитно-серая чешуя Клеша выглядела твердой как камень, а глаза светились яростной синей силой. Когда-то Холт представлял Клеша почтенным немолодым драконом, но теперь, охваченный яростью и злобой, тот больше походил на неукротимую силу природы: дикое и коварное чудовище.

Серебристо-голубые искры зашипели в воздухе. Тело Холта начало покалывать, а волоски на его коже встали дыбом.

Своим постепенно растущим магическим чутьем Холт почувствовал силу, такую плотную, такую кристально-чистую, что мир вокруг утратил яркость. Когда Сайлас прибыл в резиденцию Ордена, мальчик ничего такого не заметил – но он тогда еще ни о чем не знал и потому не замечал. Это была сила Повелителя. Сила, с которой невозможно бороться.

Клеш взревел в последний раз, разбрызгивая во все стороны слюну. И теперь он негромко удовлетворенно рычал оттого, что загнал жертву в угол. Дракон сложил крылья, и Сайлас спрыгнул с его спины. Сильверстрайк точно и сам обладал способностью летать, одним прыжком преодолев нечеловеческое расстояние, чтобы приземлиться прямо перед ними.

Сайлас не обнажил свой меч. Зазубренный, сверкающий клинок так и остался у него на спине. Мужчина холодно переводил глаза с одного на другого, но Холту вдруг померещилось, будто в какой-то миг Сильверстрайк был вынужден перевести дыхание. Его белые, растрепанные ветром волосы спутались и покрылись грязью, а нагрудник был исполосован глубокими царапинами. Одним словом, Сайласу пришлось нелегко. И все же он улыбнулся Броуду.

– Я надеялся, что это ты.

– Если ты здесь, чтобы убить нас, – процедил Броуд, – давай покончим с этим.

– Спасайся, Броуд. – Теперь голос Сильверстрайка звучал печально и устало, а его певучая манера говорить куда-то исчезла. – Мне нужна только девчонка.

– Так это ты убил моего брата?! – сплюнула Талия. Огненный шлейф сорвался с ее плеч, подобно птице феникс. – Забери тебя Скверна. – И она выпустила струю пламени в предателя. Тот отклонил ее ленивым взмахом руки.

– Можешь винить в смерти брата меня, если тебе от этого легче, – сказал он, сжимая кулак, и принцесса тут же рухнула на колени, связанная молнией, от которой не могла освободиться. – Обвинением больше – какая теперь разница.

Одним прыжком Пира бросилась вперед. Клеш двинулся ей навстречу, и пурпурная драконица потерялась на его фоне. Волна силы штормового дракона обрушилась на Холта. На секунду он отключился, сраженный ее ударной мощью, увидел мир глазами Эша и снова вернулся к реальности. Пира застыла и, дрожа, низко склонила шею к земле.

Все это время Эш держался в тени – позади драконицы принцессы. Но теперь белый дракон решительно вышел вперед, согнул когти, расправил крылья и вызывающе застыл, будто хотел защитить Пиру.

– Кто это? – спросил Сайлас.

Холт почувствовал, как Повелитель Штормов грубо прикоснулся к его душе, но не взглядом, а с помощью магии. Подросток поморщился.

– Начинающий и больной детеныш, – медленно проговорил Сильверстрайк, посмотрел на Броуда и понимающе кивнул. – Конечно, ты их пощадил. У тебя всегда была слабость к угнетенным.

Клеш зарычал и щелкнул челюстями. Молния пробежала вокруг его зубов размером с кинжал.

Сайлас бросил взгляд на своего дракона.

– В самом деле? Детеныш тоже должен умереть?

– Он слабый. – Голос Клеша звучал