Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

— И это требует наказания, — твердо произнес Георг. — Это надо обсуждать на международном уровне. Сейчас очень удобно: идут Игры, так что надо только добраться до Риданы. Но я одного не понимаю: почему никто не предпринял этого?

— Такие попытки были, ваше высочество, но беда в том, что посыльные, судя по всему, не достигали своей цели, наверняка, не могли даже выбраться из Идэлии. Я бы попробовал и сам, но за нами следят. Я тут хотел дойти до Звенящего родника, чтобы хоть продуктов получше добыть, но едва я из этих кустов выбрался, как меня остановили и в приказном порядке велели вернуться. Но, правда, потом продуктов стали больше и получше завозить, мы, ведь, — Игнат горько усмехнулся, — преступники, и наше государство милостиво заботится о нас.

— А когда солдаты должны приехать в этот раз?

— Завтра вечером, ваше высочество.

— Это хорошо, у нас будет время безопасно уйти.

— Игнат, — неожиданно для всех громко сказала Амариллида, — они поплатятся за это. Клянусь!

41 глава. Поединок

После ночей проведенных на улице, сеновал и чердак показались беглецам настоящими дворцовыми апартаментами — в эту ночь никто из них даже не просыпался. Встали все в итоге только к часам к одиннадцати — никто не решился разбудить Амариллиду и Лидию, расположившихся на сеновале, Руфина проснулась раньше остальных и, осторожно спустившись вниз, пробралась в дом. Игнат с Ариной готовили к тому времени завтрак, настоятельно попросив гостей не беспокоиться по этому поводу.

— Держу пари, королева обязательно предложит оставить детей здесь, — сказала Руфина, на что Яромир тут же спросил.

— А что: здесь разве безопасно? По мне, так едва ли!

— Вот именно, что едва ли, — согласился Георг — и она сама это понимает, но скажет, что выбирает из двух зол меньшее.

Услышав их разговор с кухни, Игнат удивленно спросил.

— А что, Амариллида, действительно, собиралась оставить где-нибудь детей?

— Да, — ответил ему Георг, — это, в принципе, понятно: она боится за Лидию, да и Яромир у нас не мелкая пташка.

— А… можно узнать? Я еще вчера хотел спросить, но все как-то случая не представлялось.

— А это у Яромира стоит спросить, — Георг повернулся к мальчику. — Как, представишься?

— Я…

И неожиданно для себя Яромир не смог ответить то, что не раз уже повторил про себя до этого, в желании понять и привыкнуть к новому статусу. Однако теперь невидимые путы сжали его горло. Он даже поблагодарил в душе Георга, что тот ответил за него.

— Яромир оказался сыном Александра VI, короля западных эльфов.

— О! Каких знатных особ я, однако, принял! У нас, разве что, Руфина пока еще не принцесса.

Поняв, что сказал лишнее, Игнат невольно прикусил губу. К счастью, в этот момент в дом вошли Амариллида и Лидия. И, как и говорили драконы, королева, действительно, предложила оставить детей здесь. Но теперь получила более уверенный отпор, усиленный мнением Игната и Арины.

Выходить решили, не дожидаясь вечера, во избежание непредвиденных встреч с солдатами, которые должны были доставить провизию местным преступникам. До того оставалось несколько часов, которые прошли в разговорах — невиданная роскошь для беглецов.

Уже стемнело, когда на избушку налетели солдаты и вновь арестовали и без того арестованных, однако теперь Игната и Арину отправили в подземелья Звенящего родника, а вслед беглецам к холмовой дороге отправили отряд из пятнадцати эльфов — днем в наблюдательное око заметили Лидию и Амариллиду.

***

— Спрятаться больше не удастся! — воскликнул Георг, останавливаясь. — Придется драться!

— Но чем?! У нас даже самого плохенького лука нет!

— Здесь бы и из ценнейшего дерева не помог.

Отряд эльфов уверенно догонял их, после получасового бегства, Георг решил ответить противнику, он отправил всех вперед, а сам остался на небольшой полянке. Но Руфина не послушалась его приказа и, несмотря на призывы Мииры, побежала обратно. Яркие вспышки уже озаряли сумеречный лес, то и дело раздавались крики. Выскочив на поляну, Руфина увидела жутковатую картину: двое эльфов, а теперь обугленные тела, лежали у ног Георга — остальных он связал прочной, едва различимой на глаз, магической леской.

Юноша мгновенно обернулся на шум, направив свою карающую руку на противника, но, увидев Руфину, тут же опустил ее.

— Я же сказал тебе: идти со всеми! — воскликнул Георг, переловив ее взгляд, а он был устремлен на тела эльфов, он мрачно ответил на ее немой вопрос. — У меня не было выбора.

Он уже собрался догонять остальных, как вдруг почувствовал сзади волнение магического поля. Посмотрев на Руфину, а ее испуганный взгляд был устремлен на того, кто стоял позади Георга, он понял: кто пожаловал к ним.

— Беги, умоляю!

Слезы навернулись на глаза Руфины, но она не посмела ослушаться, ибо знала, что Балскове это будет только на руку. Спотыкаясь, драконица побежала обратно, в кустарниковый лес, но страх за Георга заставил ее остановиться и не только он: вдали она услышала крики Лидии — их схватили, тот отряд, которому дали команду возвращаться. В какой-то момент Руфина оступилась и полутораметрового возвышения упала в овраг, откуда теперь могла видеть только вспышки с той самой поляны.

Георг, увидев, что Руфина скрылась за кустами, обернулся — перед ним стоял Балскове — Белорский. Белорский — маг средних лет, не слишком приятный вид, даже невысокого роста, скорее о таком сказали бы: серая мышка, хотя нередко эта мышка только маскируется, на самом деле растя в душе острые когти, пустить их в ход — вопрос времени. И хищность эта была здесь как нигде уместна, глаза волшебника горели страстным коварным огнем, эти глаза казались чужими на бледном полу квадратном лице, и у Белорского, действительно никогда не было такого взгляда. Син, полный уверенности в себе, с интересом посмотрел на своего соперника.

— Вечер добрый, ваше высочество!

— Добрый, Син.

Балскове улыбнулся, значит, Алисия была права, и перед ним, действительно, принц Каримэны.

— Боишься?

— Чего?

— Не совсем так — кого.

— Уж не тебя ли?

— Хм, в этом даже что-то есть, а то против неопытного мальчишки, трясущегося как осиновый лист, знаешь, как-то неинтересно выступать.

— О! — саркастически отпарировал Георг и даже слегка поклонился, не опуская глаз. — Я рад, что могу доставить вам хоть немного удовольствия! Это честь для меня!

Балскове также ответил ему поклоном.

— А для меня какая честь биться против его величества Каримэны, потомка самого Великого Бога Справедливости!