Роковая строфа - Ирина Щеглова

– Лови момент.

– Послушай, Вика, – Борис решил, что время пришло и решил действовать, – я много думал… у меня ведь было время подумать… Нас с тобой многое ввязывает. И, знаешь, во всем мире нет у меня никого ближе тебя. Сколько раз ты спасала мне жизнь? Сколько раз выполняла совершенно немыслимые поручения, терпела мои выходки… Ведь я порой был совершенно невыносим! – о чуть повернулся к ней.

– Ты… неужели ты это говоришь? – тихо спросила она.

– Я же объяснил: у меня было время все обдумать, – сказал Борис. – Все это время, что мы вместе, ты была моим единственным другом. Ты ни разу не предала меня, не оставила. Ты прощала мне мои сумасбродства, мои измены, да что и говорить, никто на твоем мете не выдержал бы, а ты всегда оставалась рядом!

– Я и не думала, что когда-нибудь услышу от тебя такое, – призналась Вика. Она остановила машину и, положив руки на руль, замерла.

Борис, решив не выпускать инициативы из рук, потянулся к ней, обнял, прижал к себе.

– Я ведь всегда любила тебя, Борис, – призналась она, – а когда любишь, хочешь сделать любимому хорошо… вот я и делала, как могла…

– Я понимаю, – он нежно гладил ее по голове.

– Я думала: вдруг, когда-нибудь, ты все это поймешь, оценишь… И тогда все уйдет в прошлое, все твои девчонки, капризы, твое пренебрежение…

– Да, да, – соглашался Борис. – Теперь мы вместе, и не поздно все начать сначала…

Она отстранилась от него и вздохнула:

– Поздно.

– Почему? – удивился он.

– Я изменилась, ты изменился, весь мир изменился, – едва слышно произнесла Вика. – Мне пути назад нет, – с грустью сказала она, – такова жизнь. Но я дорого ее отдам! – глаза Вики снова сверкнули, она резко нажала на педаль газа и крикнула, – выбирай, со мной ты, или нет! Поживем еще! Поживем!

– С тобой, конечно, – ответил Борис.

Лендровер с открытым верхом стремительно несся по шоссе. Вика молчала, но Борис видел, что глаза ее быстро наполнялись слезами, хотя ветер сразу же высушивал их.

– Скажи, если это не секрет, конечно, что за бизнес у нашего капитана? – спросил Борис, чтобы как-то разрядить обстановку.

– Алмазы, – ответила Вика.

– Алмазы? – переспросил Борис, – ты хочешь сказать, что старый алкоголик О. Брайен спекулирует алмазами?

– Именно так.

Борис откинулся на сиденье и громко расхохотался.

Вика удивленно посмотрела на него:

– Что здесь смешного? Его шхуна курсирует из Кейптауна вдоль всего побережья. Как ты знаешь, в Южной Африке добывают алмазы, и в Танзании добывают, почему бы Сэму не заняться контрабандой камешков?

– Конечно, конечно, – отсмеявшись, ответил Борис, – просто я ожидал чего угодно, но не алмазов.

– Этот промысел существует с незапамятных времен.

– Но опасно же! – воскликнул Борис.

– Не более чем любой другой бизнес, – сухо ответила Вика.

– Хорошо. В таком случае, какая корысть твоей организации? – вкрадчиво спросил он.

– Каждый торговец платит определенный процент, – пожала плечами Вика.

– Тогда, конечно, выгодно, – согласился Борис.

Плато о которому они ехали вздыбилось у горизонта. Саванна сменилась редколесьем.

– Смотри, – сказала Вика, – подъезжаем.

Знаменитый вулкан Килиманджаро, увенчанный блистающей короной ледника, медленно надвигался на них, вставая во всей своей красе. На дороге все чаще стали попадаться туристические автобусы.

– Восхождение мы, конечно, совершать не будем, – констатировала Вика, но погулять в окрестностях можем вполне.

Они вышли из машины у какого-то придорожного кафе с видом на вулкан. Заказали завтрак и сидели молча, глядя на грандиозную панораму, открывшуюся их взорам.

– Знаешь, – неожиданно заявила Вика, – когда оказываешься рядом с такой красотой, она кивнула в сторону вулкана, – все остальное как-то сразу теряет смысл. Вся наша суета начинает казаться настолько ничтожной и лишней на фоне всего этого, как будто мы ничем не лучше муравьев…

– Как знать, – отозвался Борис, – может, мы действительно ничуть не лучше.

Принесли заказ. Проголодавшиеся путешественники с аппетитом принялись за еду. Вулкан на время был забыт.

– Скажи, – попросила Вика, – принимаясь за кофе, – чем все-таки привлекла тебя эта девчонка?

– Какая? – хитро усмехнулся Борис.

– Ладно, не кокетничай, ты знаешь о ком я говорю: о причине всех наших несчастий – Маргарите Соболевой.

Борис отставил свою чашку, откинулся на стуле и пристально посмотрел на собеседницу:

– Я никогда ни с кем не обсуждал этого, – признался он, – если честно, я и сам не знаю, не могу толком объяснить. Возможно, это некая тоска по идеалу. Видишь ли, мне всегда было некогда. Женщины в моей жизни были определенного сорта, только для быстрого удовлетворения потребности. Обычно я даже не знал имени той, с которой делил постель. Никаких обязательств, никаких претензий… Но, видимо какая-то часть меня всегда нуждалась в чем-то большем. Возможно, человеку вообще свойственно это стремление к любви, к некоему идеальному существу, что будет только с тобой, как эта пресловутая вторая половинка яблока…

– Да ты романтик, – Вика криво улыбнулась.

– Ты же просила, чтобы я объяснил, я стараюсь быть честным.

– Продолжай, продолжай…

– Риту я знаю с самого ее детства. То есть, я знал ее, когда она была ребенком, а потом как-то выпустил из вида. Когда же я увидел ее снова, ей было что-то около семнадцати лет. Представь: совершенно юное, невинное существо, светлое и легкое, как бабочка, или, как райская птичка. Скорее всего, мне просто так показалось в тот момент. Знаешь, совпало сразу несколько факторов: настроение, мысли, сама Рита, именно такая, какой она была в то время… Одним словом, запала в душу и поселилась там, как робкий луч надежды на лучшее будущее. Прекрасный сон, милая сказка…

– Ну, хватит! – Вика резко встала, с грохотом отодвинув стул.

Борис опомнился и бросился к ней:

– Извини, я увлекся воспоминаниями.

– Вот именно, увлекся, – угрюмо произнесла Вика. – Она швырнула на столик деньги и направилась к выходу. Борис поспешил за ней. Он уже понял, что сболтнул лишнее и досадовал на себя. Все, чего он так долго добивался, мгновенно рухнуло. Вика снова замкнулась. Она широко шагала к машине, не обращая на него внимания.

Борис уселся на переднее сиденье рядом с ней:

– Ну, прости меня, – взмолился он, – я не должен был говорить тебе всего этого!

– Почему же, – прошипела Вика, – я сама этого хотела, вот и услышала от тебя. Теперь я все знаю, что мне нужно…

– Вика, – простонал Борис, – да ведь все прошло, давно прошло! Забыто!

– Знаешь что, – она повернулась к нему и произнесла, – нам с ней вместе на этой планете не жить! Тесно мне с ней! Душно!