Моя подруга – месть - Елена Арсеньева

Вот чем был вызван внезапный обморок Ларисы! Пока Марьяна бегала в ванную, Шафир успел узнать, что надо предупредить Рэнда о внезапной опасности!

Так что Марьяна, пожалуй, была несправедлива к Ларисе, думая, что она сейчас снова тешит свою ненасытную плоть. Скорее всего Лариса предается более духовным, так сказать, интеллектуальным наслаждениям. Hапример, вместе с Вахаевым приходит к выводу: на крайний случай она сама сумеет подтвердить свое алиби, а никакой особой свидетельницы для этого совершенно не потребуется.

Что-то стукнуло по стеклу, и Марьяна бросилась к выключателю, погасила лампу. Не нужно быть снайпером, чтобы попасть в нее, застывшую посреди комнаты!

Вершины деревьев вырисовались на небе, и Марьяна с ужасом поняла: оно посветлело, близок рассвет. И тут же осознала: страх ее вызван инерцией, привычкой: страшилка Рэнда насчет семи часов безнадежно устарела, глупо ее бояться. И еще глупее думать, что кто-то будет стрелять в нее из сада через окно. Спокойно придут, откроют дверь, пальнут в лоб, не заботясь больше о Саньке. Какая Ларисе разница, сколько исколотит его припадков? Главное, чтобы жив был, чтобы не возникло ни у кого повода оспорить ее права на наследство, на «Сфинкс»!..

Спокойно, не заводись, одернула себя Марьяна.

Пока дверь закрыта, никто не идет ее убивать. А вот в окошко, точнее говоря, в решетку, действительно что-то стукнуло. И если это не пуля, значит, камешек.

Камешек?!

Марьяна прокралась к окну, осторожно попыталась выглянуть сбоку, но ничего не разглядела. Забыв об осторожности, прижалась к решетке лицом.

В то же самое мгновение кусты внизу раздвинулись, и из них выступила невысокая худощавая фигура, при виде которой у Марьяны защемило сердце: то был Васька.

Князь Василий Шеметов!

Он тотчас замахал рукой, пресекая попытки Марьяны заорать от восторга, но она и при желании не могла бы издать ни звука: перехватило дыхание.

– Около твоих дверей есть охрана? – весь вытянувшись, чтобы как можно ближе оказаться к окну, прошептал Васька, и Марьяна, каким-то чудом уловив этот тихий, будто шелест листвы, шепоток, энергично замотала головой:

– Не знаю, но, кажется, нет!

Она была в этом почти уверена. Зачем? Куда она денется от Саньки? Если не сбежала, когда дверь была открыта, то через запертую уж точно не сбежит!

Васька кивнул, подтверждая, что понял, – и вдруг исчез, словно призрак, явившийся на рассвете, чтобы помучить Марьяну мечтой о невозможном. Однако слабое волнение, прошедшее по вершинам кустов, показалось ей вполне материальным доказательством того, что Васька только что был под окном, а теперь пробирается среди этих кустов, чтобы…

Но как он войдет в дом? Один, без оружия! Если Васька возник тайком, значит, Марьяна во всем оказалась права: полицию не удалось убедить. И он один, один отважился… Но, верно, он все же маловато понял из «телеграммы» на обороте Санькиной фотографии. Марьяна же ясно написала: первым спасать Григория! А Васька примчался к ней. Наверное, чтобы дать знак: мол, помощь близка, надейся.

Ох, Господи!.. Марьяна прижала руки к сердцу, которое, казалось, вот-вот выскочит из груди. И ведь неизвестно, донес ли Китмир «телеграмму». Если Васька пришел сюда один…

Она не успела додумать: что-то гулко стукнуло за дверью. Марьяна тяжело оперлась ладонями на стол.

Все. Значит, она недооценила осторожность Рэнда. В коридоре все-таки стоял часовой…

Господи! О чем же она думала раньше?! Почему не предупредила Ваську? А вдруг он ринулся наудачу в дом, и…

Она вздрогнула. Замок тихонько, вкрадчиво «закурлыкал». Марьяна смотрела в изумлении: раньше он всегда лязгал, скрежетал, грохотал, а теперь – будто шепчет. Что это значит?

Ответ, разумеется, был дан незамедлительно: дверь приотворилась, и в комнату проскользнул Васька.

Какое-то мгновение Марьяна смотрела на него во все глаза – а потом бросилась ему на шею. Вцепилась в Ваську что было сил и принялась покрывать поцелуями его щеки, глаза, нос, съехавшую на лоб косынку, губы… Впрочем, скоро она сообразила, что довольно неосторожно целовать в губы юнца хотя и на восемь лет младше, но почти что с нее ростом, и отпрянула. Васька же не отпускал Марьяну и смотрел в ее лицо своими огромными глазами. Она растерянно заморгала – и вдруг осознала, кого видит перед собой.

Это же Васька! Тот самый князь Василий, которого она совершенно немыслимым образом позвала на помощь – и он явился, словно по волшебству, чтобы спасти ее. «Русские должны помогать друг другу…» Слава Богу, слава Богу, что еще остались люди, которые не только думают, но и живут согласно этому завету! И вдруг из глаз ее хлынули слезы, да такие, что она даже покачнулась – и снова оказалась в объятиях Васьки, чтобы уткнуться в его плечо и с наслаждением разрыдаться. Прошло, наверное, немалое время, прежде чем она ощутила теплые губы, скользящие по ее щеке и шее, и смогла вспомнить, что Васька все-таки слишком большой мальчик, и если даже брат Марьяны во Христе, то уж никак не кровный брат!

Всхлипнув в последний раз, Марьяна опять отстранилась.

– А где Китмир? – спросила она, будто знать это было жизненно необходимо.

– Караулит у входа, – махнул Васька куда-то в сторону.

Марьяна со смущенной улыбкой вытерла кулаками глаза.

– Прости, пожалуйста. Это просто чудо, что ты все-таки прочитал и понял…

– Ничего, Китмир только две дырки прокусил в фотографии, но текст почти не пострадал, – так же старательно пряча глаза, пробормотал юный князь. – И ты очень четко все написала, я сразу…

– Да нет, что понял мою шифровку – вот чудо! – Марьяна покачала головой, веря – и словно бы все еще не веря в это. – Ты ведь мог забыть про эти страницы, про наш разговор, я почти и не надеялась…

– Страницы? – Князь Шеметов озабоченно свел выгоревшие брови и принялся задумчиво поправлять свою неизменную косынку. – Что за страницы? – И замер с полуоткрытым ртом, чуть ли не в испуге уставившись на Марьяну: – Какие… страницы? Ты хочешь сказать… в той книжке?

Марьяна тоже захлопала глазами:

– Васька, о Господи! Страницы 9, 12 и 97! Помнишь, мы говорили о шифрах? Ведь я там наколола… – она нервически хихикнула, – наколола тебе письмо, просила помощи, пыталась сообщить, где мы находимся! Ты что же, не читал его? Не нашел?

– Матушка Пресвятая Богородица! – воскликнул он. – Да ведь мне это и в голову не взбрело! Я забыл, начисто забыл… Когда узнал, что с мамой, вообще про все на свете забыл!

– Васька, – Марьяна заглянула ему в лицо, – ох, Васька, прости меня! Я тебя втянула в такой кошмар! Что с твоей мамой, как она?

– Ничего, уже получше, – ответил Васька, пытаясь улыбнуться. – Али вовремя вызвал «Скорую». Это мой сосед и товарищ, он заметил каких-то чужих людей в нашем дворе, но, пока бежал с пятого этажа (он в соседней высотке живет), все кончилось. Успел, правда, увидеть, как тебя увозят, а потом глядь – моя мама… вся в крови… Теперь-то она в больнице, все, говорят, будет хорошо, в правой руке вообще ни кость, ни нервные окончания не задеты, с левой – похуже, но тоже ампутация не грозит. Но если бы не Али, она погибла бы от потери крови.