Падение ангела - Лана Шэр

прорывается внутрь и заполняет собой пространство, заявляя свои права на всё, чего может коснуться, а руки жадно блуждают по моему телу, оставляя невидимые отметины, помечая меня, присваивая.

Вскрикиваю, когда Марк подхватывает меня и несёт в спальню, не отрываясь от поцелуя. Слышу шум упавшей и вдребезги разбившейся вазы, звонок его мобильного, разрезающего пространство, но громче всего я слышу стук собственного сердца, бесконтрольно отбивающего хаотичный ритм, в то время как близость тела Марка, его требовательный, жадный поцелуй и ощущение крепкой хватки его рук уносили меня куда-то далеко отсюда.

Чувствую, как ноги касаются пола, после чего резким рывком мужчина разворачивает меня к себе спиной, обхватив руками за бёдра и припадая губами к моей шее. Тянет за волосы и отбрасывает их в сторону, забирая больше пространства нежной кожи для своей безумной ласки, после чего осыпает меня укусами и поцелуями, вызывая дрожь каждый раз, когда захватывает кожу острыми зубами.

— Готов съесть себя, чёрт возьми, — шепчет, прикусывая мочку уха, на что из меня вырывается лёгкий стон.

То, что сейчас происходит — настоящий дурман. Я словно околдована, напоена особым зельем или ядом, туманящим разум и возбуждающим тело до предела, делая чувствительной каждую его точку. Сводя с ума и заставляя желать бо́льшего.

— Помнишь наш уговор? — притягивая меня к себе ближе, Марк проводит руками по моей груди, задевая соски и мгновенно делая их твёрдыми.

— М? — не понимая о чём речь, обхватываю голову Марка ладонью, проводя пальцами по теперь уже взъерошенным волосам.

— Уговор. Два проигрыша из трёх — и я делаю сегодня с тобой всё, что захочу.

Но ведь ему не нужен был мой ответ, верно? Это было лишь игрой. Напоминанием, что он снова победил. И теперь, чувствуя своё превосходство, хищник любезно напомнил своей добыче о её участи. Против которой она, к своему стыду, не имеет абсолютно ничего. Даже наоборот. Желающей как можно скорее отдаться его власти. Раствориться в желании, поглотившем их обоих.

Марк в последний раз чуть сильнее кусает мою шею, вынуждая вскрикнуть от боли, после чего обхватывает её рукой и поднимает мою голову так, что она оказывается запрокинута назад. От этого положения становится сложнее дышать и я едва не задыхаюсь, не успев заранее набрать воздуха.

— Сегодня ты снова моя игрушка. Как в тот чёртов раз, когда я выкупил тебя у Змея. Но сейчас всё будет по-другому. Теперь ты сама попросишь меня своим хорошеньким ротиком. Попросишь трахнуть тебя. Попросишь брать тебя так, как никто и никогда. Будешь умолять меня сделать тебя своей. Поняла?

Киваю, едва двигая головой, потому что хватка Марка жёсткая и ограничивающая движения. И это безумно заводит. Потому что я чувствую, как между ног становится горячо и влажно от его властного тона и грязных слов, которые он произносит, обжигая горячим дыханием мою кожу.

— Умница, — рывком он откидывает мою голову вниз, потянув при этом за шнурки платья.

Я всхлипываю, слегка теряя равновесие, но Марк удерживает меня, после чего медленно начинает вытягивать шнурки из петель, не забывая при этом нежно поглаживать мою спину, вызывая приятные, обманчиво расслабляющие ощущения.

Закрываю глаза, наслаждаясь моментом, потому что точно уверена, его нежность совсем скоро закончится.

Молчание, с которым действует Марк, щекочет нервы и ненамеренно я начинаю гадать о чём же он сейчас думает. В голову лезут разные варианты, но больше всего я надеюсь, что его разум сейчас окутан таким же желанием, как мой. Потому что я ощущаю такую внутреннюю дрожь, что едва держусь на ногах.

И он словно это чувствует. Играет со мной. Мучает. Разогревает. То, что он заставил меня почувствовать как только мы оказались в номере — было ни что иное, как попытка (весьма успешная) меня раздразнить. Вынудить хотеть бо́льшего. И сейчас, умело играя на моих нервах, он ещё больше возбуждает меня, чтобы окончательно лишить остатков самообладания.

— Руки за спину, Алана, — командует Марк, делая шаг назад, и я послушно делаю то, что он сказал.

Обхватив мои запястья, мужчина ловко перетягивать их шнуровкой от платья, ставшей на сегодняшнюю ночь моим главным врагом, после чего удовлетворённо ухмыляется.

Я стою не оборачиваясь в ожидании дальнейшего, закусив губу и прислушиваясь к звукам за спиной. Неведение, которое я так ненавижу в обычной жизни, сейчас добавляет остроты ощущениям.

Слышу, как Марк раздевается. Как снимает рубашку, откидывая её куда-то в сторону. Слышу звон расстёгивающейся пряжки на ремне, от чего невольно сглатываю в предвкушении предстоящего.

— Повернись, — слышу его голос и двигаюсь не сразу, решив подразнить мужчину.

Всё же в нашем противостояние есть то, что заводит обоих. И пусть не рассчитывает на мою полную покорность даже тогда, когда я сама сгораю от страстного желания её ему подарить.

— Я сказал повернись, — голос более низкий и требовательный.

Медленно, дразня и распался Марка, я оборачиваюсь и вижу его сидящими в большом кресле, откинувшимся на высокую спинку и наблюдающим за мной из под полуприкрытых век.

— Встань на колени, — проведя рукой по уже напрягшемуся члену, он кивает на пространство у своих ног, — Советую не злить меня, Алана, если не хочешь, чтобы я вытрахал твоё горло так, что завтра ты не сможешь говорить.

Посылаю ему язвительную ухмылку, но всё же не спешу, медленно передвигая ногами так, чтобы бёдра плавно покачивались из стороны в сторону. Всё же я помню правила сегодняшней игры. Хоть в том пари я участие приняла без согласия. Но в очередной раз лгать себе и Марку о том, что я не хочу всего того, что между нами происходит — сущая глупость. Поэтому провоцировать я его буду лишь немного. Там, где это необходимо, чтобы распалить страсть сильнее. Пусть думает, что я в его полной власти. Но правда в том, что я могу управлять им и его чувствами не меньше.

Приблизившись, опускаюсь на колени и приковываю взгляд к моментально вздрогнувшему члену, облизывая губы при виде прозрачной жидкости, выступившей как только я оказалась у ног мужчины.

— Хорошая девочка, — положив руку мне на затылок, Марк нежно провёл рукой по моему лицу, засунув в рот два пальца, — Пососи их.

Делаю как он сказал, пристально глядя в его тёмные, ставшие просто бездонно чёрными глаза. Кажется, что сейчас, в этом мире не осталось никого кроме нас и той похоти, которой окружено всё пространство вокруг. Стук моего сердца слышен в висках, а пульсация внизу живота ощущается так сильно, что я уже готова просить о том, чтобы Марк перестал мучить нас обоих и вошёл