Падение ангела - Лана Шэр

— я будто ощущала как прочищается разум. Всё же нечего делать в подобных местах тем, кто не готов распрощаться с головой на плечах и здравым рассудком.

Прислонившись головой к стеклу, я безучастно разглядываю проносящиеся мимо яркие ночные огни, множество людей, вышедших прогуляться или найти на задницу приключений, окидываю взглядом билборды, быстро переключающие рекламные ролики, один другого ярче.

Но за всей этой цветастой мишурой я вижу пустоту. Будто всё, что есть вокруг — тканевые полотна или пластиковые стены, расставленые для того чтобы вводить нас в заблуждение и отыгрывать на самых уязвимых струнах души. А внутри всё гораздо темнее и опаснее. Теперь-то я знаю.

Но самое страшное не это. А то, что я будто уже ничему не удивляюсь. То, что раньше казалось грязным, омерзительным и ужасным, сейчас ощущается с каким-то… смирением что ли. Конечно я не смотрю на это как на что-то нормальное или правильное, но и прежней ошеломлённости почти не чувствую.

И это ещё одно осознание сегодняшнего дня, которое вызывает поток колючих мурашек.

Недовольно хмурю нос, отворачиваясь от окна и переводя взгляд вперёд. Не хочу думать обо всей этой ерунде. Хватит меня на сегодня. Как говорила Скарлет О'Хара: «Подумаю об этом завтра». А лучше никогда.

— Приехали, ангел, — слышу голос Марка, который молчал всю дорогу, и едва заметно вздрагиваю.

— Ты всё продолжаешь подыскивать мне новое прозвище? — смотрю на него, но внутри как-то пусто.

Сил за день не осталось и даже юморить сейчас как-то не очень получается.

— Уже нашёл.

— Ангел? Серьёзно? Ни с кем меня не путаешь? — изгибаю бровь, действительно удивляюсь выбору мужчины.

Уж кем-кем, но ангелом меня назвать крайней трудно.

— Точно уверен, что нет, — парирует Марк, заглушив мотор, — Пойдём, я вижу, как ты устала. Если хочешь оспорить новое прозвище — сделаем это завтра, идёт?

— Идёт, — выдыхаю и выхожу из машины.

Джип, следующий за нами, остановился на небольшом расстоянии и Марк сообщил, что его парни будут дежурить около отеля, чтобы убедиться, что никто не решит «наделать глупостей».

— Я думала, что это моя обязанность — делать глупости, — сама не понимаю как это происходит, но я толкаю мужчину локтем, будто флиртующий подросток.

Боже. Мне точно нужно в душ и поспать. Переключиться с сегодняшнего дня на следующий, иначе я рискую натворить такой фигни, что сама себе в глаза смотреть не смогу. По крайней мере заигрывать с Марком будто мы два школьных влюблённых точно затея не из лучших.

Мужчина лишь бросает лёгкую ухмылку в ответ на моё замечание и мы поднимаемся в номер. В этот раз дверь закрыта и сцены из нового фильма об агенте 007 удаётся избежать.

— После вас, — галантно пропуская меня в номер, Марк заходит следом и я вновь отмечаю странности в его поведении.

Либо он скрывал от меня адекватную часть своей личности, либо ему что-то вкололи, либо похитили инопланетяне, а вместо настоящего Марка подослали какого-то робота или типа того.

Только я села на банкетку около входа и собралась расстегнуть пряжки на туфлях, он оказался рядом и, сев на одно колено, ловко поймал мою ногу за лодыжку. От неожиданности я ахнула, чем разожгла во взгляде Марка уже знакомый огонёк.

Глядя на меня снизу вверх, он перевёл взгляд на мою ногу и провёл по нежной коже тыльной стороной ладони, словно изучая каждый миллиметр. Невольно я затаила дыхание, наблюдая за его завораживающими действиями.

Несколько секунд Марк гладил мою ногу, держа её навесу, после чего поставил её на своё согнутое колено и ловко стал расстёгивать замочек на пряжке, окружающей щиколотку.

Закончив, он аккуратно поставил мою ногу на пол и поднял другую, повторив абсолютно каждое действие, включая медленные, ласкающие поглаживания.

Отставив туфли в сторону, мужчина не спешил подниматься. Напротив, он поднял глаза на меня и я не смогла прочитать того, что там было написано. Но напряжение и что-то интимное ощущалось в атмосфере так сильно, что невозможно было сделать глубокий вдох.

Марк положил обе руки на мои колени, медленно поднимаясь по бёдрам и задирая платье выше. Закусив губу, я не сопротивлялась, провожая взглядом каждое его неспешное, дразнящее движение. Добравшись практически до самой моей чувствительной точки, он помедлил, а затем резко вернул руки на колени и развёл мои ноги в стороны, вырвав у меня новый вздох, больше похожий на всхлип.

Тяжело сглотнув, я словно онемела, подчиняясь тому, что происходит.

Не увидев во мне борьбы, Марк по-хищнически ухмыльнулся, после чего подтянул меня ближе, практически к краю банкетки, а сам вновь повёл горячими, слегка грубоватыми ладонями по моим ногам, начиная от стоп и переходя всё выше и выше.

Сжимая икры, он вызывал во мне лёгкие стоны, расслабляя уставшие от ходьбы на каблуках мышцы. От каждого его нового прикосновения я расслаблялась всё больше, не замечая, как быстро он вновь оказался между бёдер.

— Разведи для меня свои ноги шире, — хрипло прошептал он, прожигая меня потемневшим от желания взглядом.

— Марк, я… — хочу сказать о своём желании сначала зайти под душ и смыть с себя мрачную ауру казино, липкие приставания того типа и вообще…

— Разведи. Ноги. — переходя на требовательный повелительный тон, произносит Марк и какого-то хрена я поддаюсь ему.

А ещё чувствую пульсацию внизу живота и то, как моё тело реагирует на его приказы, увлажняясь за секунду.

— Хорошая девочка, — удовлетворение в его голосе вызывает во мне новую волну дрожи, что не уходит от его пристального взгляда, которым он изучает меня сейчас в самом сокровенном месте, — Скоро твои ноги будут дрожать намного сильнее.

Закусываю губу, уводя глаза в сторону, на что Марк требует смотреть на него и на то, что он будет делать со мной. Притягивая меня ещё ближе к себе и нежно разводя мои ноги шире, он, всё так же сидя передо мной на одном колене, поднимает платье ещё выше, оголяя меня и втягивая воздух от того, что теперь отчётливо видит, что на мне нет белья.

— Может с ангелом я и поторопился, — проводя пальцами по уже влажным складкам, он с удовольствием отмечает то, что я уже готова к его прикосновениям, — Сейчас ты самая настоящая ведьма, манящая к себе без возможности сопротивляться.

И в доказательство своим словам он запускает вглубь меня палец, с тихим рычанием закрывая глаза.

— Такая тугая и уже мокрая для меня, — словно для себя самого озвучивает мужчина свои ощущения, погружая в меня палец глубже.

Я закрываю глаза вслед за ним, откидывая голову назад. В этот