Падение ангела - Лана Шэр

же костюме, как и охранники и провела в комнату, вероятно, предназначенную для отдыха или переговоров. Никаких автоматов, лишь негромкая расслабляющая музыка, мягкие кресла, большое окно (я только сейчас осознала, что в зале казино не было ни одного окна) с красивым видом на город и реку.

В момент рядом со мной оказался официант, принёсший тарелку с фруктами и парой коктейлей (алкогольный и безалкогольный, как он потом сообщил), пару стаканов воды и журнал.

Вот что значит «позаботятся». Благодарю всех присутствующих и сажусь в кресло, не в состоянии притронуться ни к чему из предложенного кроме стакана воды. В горле действительно сильно пересохло.

Остаюсь одна и какое-то время пялюсь в окно, осознавая что только что произошло. Грязные предложения этого типа, взбешённый Марк, кровь на его кулаках, охрана, грубо скручивающая обоих, струйка крови из разбитой губы Марка, от которой сжалось в тот момент сердце, появившийся мужчина, вероятно, начальник охраны или что-то типа того.

Но больше всего перед глазами словно застряла картинка его взгляда, брошенного сначала на Марка, а потом на меня. Будто он что-то понял, только взглянув на нас обоих.

И это то, что я и сама, кажется, начинаю понимать, но совершенно не готова в это поверить.

Глава 27

Я не влюблена в него. Не влюблена в чёртового Марка. Дьявола-искусителя без морали и принципов.

Нет, конечно, я сейчас может немного и преувеличиваю, какие-то ограничения у него всё же есть, но с моими представлениями о морали они точно расходятся в противоположные стороны.

Я готова признать, что между нами страсть, какое-то странное, поистине необъяснимое притяжение, своего рода извращённый формат отношений, где он делает со мной разные грязные вещи, а мне какого-то хрена это нравится. Но на этом всё. Должна быть точка. Жирная и не предполагающая превращения в многоточие.

Но почему-то сейчас я волнуюсь за него как за человека, на которого мне не плевать. Боже.

Когда это случилось? Когда то, что было вынужденной мерой дало трещину? И не лукавлю ли я сейчас, пытаясь убедить себя в том, что весь наш контакт держался лишь на адреналине и сексе? Чёрт возьми. Не следовало мне принимать предложение Марка и идти с ним в это грёбаное казино. Чем плохо ожидание в номере? Чисто, тихо, можно заказать еду.

Зря я так противилась нахождению в отеле. Но кто же знал?

И вот я здесь. Сижу в расфуфыренном зале ожидания и тереблю шнурок от платья, закусив губу и думая о том, что сейчас происходит в месте, куда охрана во главе с тем большим парнем увела Марка и подонка, принявшего меня за проститутку.

У меня нет причин не верить словам о том, что всё будет в порядке, по крайней мере явных. Мы не в тёмной злачной подворотне, а Марка увели не бандиты. Ну, вроде. Но и причины доверять этим людям у меня нет ни единой. Я их не знаю, плюс не знаю того, кого Марк избил, а ещё мы в чужом городе и я не представляю какая публика ходит развлекаться в казино, а уж тем более не знаю кто тут главный и насколько вообще всё честно устроено внутри.

Может они обещают, что всё будет хорошо, а потом бьют, угрожают или ещё хуже.

Я уже всякого насмотрелась и чувствую, что от прежней уверенной и несмотря на все невзгоды, лучезарной Аланы с каждым днём всё больше остаётся лишь тень. Чувствую, как становлюсь более затравленной, напуганной, тревожной и недоверчивой. А я больше всего ненавижу неопределённость и сомнения.

Лучше я буду знать любую, даже самую отвратительную правду, чем гадать и тонуть в болоте предположений, медленно утопая во лжи и недоверии. Всё что угодно, только не враньё.

После гибели родителей ложь для меня стала чем-то губительным. Тем, что ломает судьбы. И я сама уже испачкалась во лжи по шею, столкнувшись с последствиями сокрытия папой правды. И этот клубок обмана, притворства и сомнений только всё сильнее нарастает. Увеличивается, запутывая мою жизнь всё больше и больше.

Я думаю о Хлое. О том, почему она сбежала и каков был её план. Действительно ли то, что рассказал Марк о том, с чем она пришла к нему — правда? Не было ли это частью её безумной задумки, чтобы сделать что-то ещё? Что-то большее?

То смс с просьбой о помощи. Его прислала она? Или это чья-то гадкая шутка? Случайное совпадение? Свидетельства матери одной из пропавших девушек, описывающие кого-то, отдалённо похожего на мою сестру. Проститутка, подтвердившая что неоднократно видела её по ночам на той улице, ставшей своего рода рынком ночных приключений, опасностей и падения нравов города, в котором я выросла.

Думаю о Марке. Его многочисленных заверениях в том, что он ни при чём. И множестве ситуаций, словно доказывающих обратное. Его появление в «Грехе», хоть он его и объяснил и к этому была причастна Роксана. То, что он поймал меня на входе к Змею. Он сказал, что нашёл приглашение в моей сумке после того, как увёз из «Греха», выкупив на ночь, как какую-то… Не важно.

Паспорт для Хлои в столе его кабинета. Хоть и для этого тоже нашлось объяснение, я всё равно до конца не могу заставить себя принять эту версию. Что-то смущает меня, что-то подсказывает, что я знаю далеко не всё. И этот внутренний голос, раздирающий изнутри противоречиями и вопросами, просто разъедает меня.

Ещё дамокловым мечом надо мной висит вопрос о том, откуда Марку стало известно о детективе. Рассказала об этом Роксана или доложил кто-то из его людей. Но приставленная ко мне охрана могла лишь сообщить о том, что я приехала в участок, верно? Но Марк знает о Крисе. И догадался о том, что в его кабинете царила не самая профессиональная атмосфера.

А ещё постоянная слежка, жучок на машине, одержимость с дикой ревностью и собственническим замашками. Слишком много всего.

О каком доверии здесь может идти речь?

И всё же я чертовски хочу ему верить. Но если раньше эта мысль имела для меня объяснение в том, что я устала от захлестнувшей как цунами лжи, то сейчас…

Я хочу ему верить, потому что…

— Привет, малышка, — дверь резко открывается и в комнате появляется Марк, уверенно шагая ко мне.

Бегло осматриваю его на предмет новых травм, но не вижу ничего, кроме разбитой губы, на которой осталось немного запёкшейся крови.

С ним всё в порядке. Осознав это,