Harry Potter and the Deathly Hallows - Джоанн Роулинг

Он осмотрелся вокруг. Маленький эльф стоял у его ног.

- ДОББИ!

Эльф немного дрожал и пошатывался, звёзды отражались в его крупных, светлых глазах.

Гарри посмотрел вниз на серебряную рукоятку ножа, торчащую из судорожно трепещущейся груди эльфа.

- Добби… нет… ПОМОГИТЕ! - прокричал Гарри, повернувшись к дому, к людям, передвигающимся возле него. - ПОМОГИТЕ!

Он не знал и его не волновало, были ли они волшебниками или магглами, друзьями или врагами; всё, что его беспокоило, - это тёмное пятно, растекающееся по груди Добби, и что эльф протянул к Гарри руки, со взглядом мольбы о помощи. Гарри поймал его и положил боком на прохладную траву.

- Добби, нет, не умирай, не умирай…

Взгляд эльфа нашёл его, его губы дрожали, но он пытался что-то сказать.

- Гарри… Поттер…

После этого, вздрогнув, эльф затих. Его глаза, как большие гладкие шары, мерцали в свете звёзд, видеть которые они уже не могли.

Глава двадцать четвёртая. Мастер волшебных палочек

Гарри будто на мгновение погрузился в старый ночной кошмар: ему казалось, что он стоит на коленях перед телом Дамблдора, хотя на самом деле перед ним было хрупкое тельце, съежившееся в траве, пронзенное серебряным кинжалом Беллатрикс. Гарри все еще повторял: «Добби… Добби…», хотя он знал, что эльф находился там, откуда нет возврата.

Примерно через минуту, он осознал, что они, наконец-то, прибыли в нужное место… Билл и Флёр, Дин и Луна окружили его, всё еще стоящего на коленях возле эльфа.

- Гермиона, - испугался Гарри. - Где она?

- Рон увел ее в дом, - ответил Билл, - с ней всё будет в порядке.

Гарри снова посмотрел на Добби. Он протянул руку, и вытащил острое лезвие из тела эльфа, после - снял свою куртку, и накрыл ею Добби как одеялом.

Морские волны разбивались о скалы где-то недалеко. Гарри прислушивался к этим звукам, в то время как другие обсуждали дела, которые не интересовали его сейчас, принимали какие-то решения… Дин отнёс раненого Грипхука в дом, Флёр последовала за ним… Билл теперь действительно знал то, что он говорил… Гарри посмотрел на худенькое тельце и его шрам начал покалывать и гореть. В мыслях он видел, но в отдалении, будто смотрел через телескоп с обратной стороны, как Волдеморт мучает оставшихся в Особняке Малфоев. Боль, причиненная смертью Добби, притупила восприятие Гарри, и ужасающий гнев Тёмного Лорда казался ему лишь отголоском шторма, доносившимся с другой стороны огромного спокойного океана.

- Я хочу сделать это как следует, - были первые осознанные слова Гарри. - Без помощи магии. У вас есть лопата?

Билл показал ему место в конце сада, между кустами, и почти сразу Гарри принялся рыть могилу, один. Он копал почти с неистовством, наслаждаясь физическим трудом, упиваясь его немагичностью, и каждая капля пота, и каждая мозоль были словно данью эльфу, который спас их жизни.

Его шрам горел, но он управлял болью, он чувствовал ее, хотя и был от нее отделён. Он наконец-то научился тому, чему Дамблдор хотел, чтобы он научился у Снейпа: контролировать свое сознание, закрывать его от Волдеморта. Так же как Волдеморт не мог овладеть сознанием Гарри, пока тот был поглощен горем по Сириусу, так и теперь его мысли не могли проникать в Гарри, пока он грустил по Добби. Боль утраты будто отгоняла Волдеморта, хотя, Дамблдор, конечно, назвал бы это любовью.

Не обращая внимания на боль в шраме, Гарри продолжал копать, все глубже и глубже врезаясь в твердую, холодную землю, перерабатывая свою боль в пот. В темноте, окруженный только звуком своего собственного дыхания и шумом волн, Гарри вспоминал то, что случилось у Малфоев, он вспоминал то, что слышал, и понимание расцветало в темноте…

Четкий ритм его рук отмерял время в унисон с его мыслями.

Дары… Хоркруксы… Дары… Хоркруксы… всё это больше не сжигало его изнутри с такой сверхъестественной, безумной тоской. Потеря и страх словно погасили это в нём. Он чувствовал, будто очнулся от глубокого сна.

Гарри всё глубже и глубже погружался в могилу. Он знал, где был Волдеморт сегодня, кого и за что он убил в самой верхней темнице Нурменгарда…

Он думал о Червехвосте, умершем из-за мимолетного проявления милосердия. Дамблдор предвидел это… Что еще было ему известно?

Гарри потерял счет времени. Он заметил лишь, что сильно потемнело, когда подошли Рон и Дин.

- Как Гермиона?

- Лучше, - ответил Рон. - Флёр присматривает за ней.

Гарри уже подготовил ответ на вопрос, почему он не захотел сделать могилу одним мановением палочки, но он ему не пригодился. Они запрыгнули в яму со своими лопатами и так вместе они молча копали, пока яма не достигла подходящих размеров.

Гарри получше обернул эльфа своей курткой. Рон сел на край могилы, снял носки с ботинками, и надел их на босые ноги эльфа. Дин достал шерстяную шапочку, которую Гарри аккуратно надел на голову Добби, спрятав под нее острые уши эльфа.

- Нужно закрыть ему глаза.

Гарри не слышал, как в темноте подошли остальные. Билл был всё еще в дорожной мантии, Флёр - в большом белом фартуке, из кармана которого виднелся пузырек, и Гарри понял, что это был СкелеРост. Одетая в чью-то мантию Гермиона была очень бледна и с трудом стояла на ногах. Рон приобнял ее, когда она подошла к нему. Луна в плаще Флёр присела на корточки и, аккуратно касаясь кончиками пальцев век эльфа, опустила их.

- Хорошо, - сказала она мягко, - Теперь он будто спит.

Гарри положил эльфа в могилу, расположив его руки и ноги так, будто тот отдыхал, затем вылез и в последний раз посмотрел на маленькое тело. Он боролся с собой, чтобы не заплакать, вспоминая похороны Дамблдора, ряды золотых стульев, Министра Магии в первом ряду, перечисление заслуг Дамблдора и величие белой мраморной гробницы. Он чувствовал, что Добби заслуживает таких же роскошных похорон, но эльф лежал здесь между кустами, в неумело вырытой могиле.

- Я думаю, мы должны что-то сказать, - произнесла Луна. - Я начну, хорошо?

Все смотрели на нее, пока она говорила, обращаясь к мертвому эльфу на дне могилы:

- Спасибо тебе, Добби, за то, что спас из того подвала. Несправедливо, что ты умер, будучи таким хорошим и смелым. Я всегда буду помнить, что ты сделал для нас. Надеюсь, сейчас ты счастлив.

Она повернулась и выжидающе посмотрела на Рона, который откашлялся и произнес севшим голосом:

- Да, спасибо, Добби.

- Спасибо - пробормотал Дин.

Гарри сглотнул.

- Прощай, Добби, - произнес он - это было все, на что он был способен, но Луна и так все сказала за него.

Билл поднял палочку и куча земли рядом с могилой поднялась в воздух и мягко упала в нее, образовав маленький, красноватый холмик.

- Вы не против, если я задержусь здесь ненадолго? - спросил Гарри остальных.

Он не разобрал их слов. Кто-то легонько похлопал его по спине, и они медленно пошли в дом, оставив Гарри наедине с эльфом.

Он огляделся - ограда клумбы была выложена гладкими белыми камнями, отшлифованными морем. Он поднял один из самых крупных и положил его, туда, где находилась голова Добби. Он полез в карман за палочкой, там их было две. Он никак не мог вспомнить, кому они принадлежат. Кажется, он вырвал их из чьих-то рук. Он выбрал ту, что была короче, которая лучше легла в его руку, и указал ею на камень.

Медленно, подчиняясь его шепоту, глубокие надрезы появлялись на камне. Он знал, что Гермиона сделала бы это аккуратнее и, возможно, быстрее, но он хотел написать это сам так же, как он хотел вырыть могилу. Когда Гарри поднялся на ноги, надпись на камне гласила - «Здесь покоится Добби, свободный эльф».

Гарри разглядывал свою работу еще несколько секунд, затем ушел, его шрам всё еще немного покалывало, в его голове роились мысли, пришедшие ему в голову, когда он рыл могилу, идеи, которые оформились в темноте, идеи столь же ошеломляющие, сколь и ужасающие.

Когда он вошел в дом, все сидели в светлой, уютной гостиной с небольшим камином и слушали Билла. Гарри не хотел пачкать ковер и поэтому стоял в дверях и слушал.

- Слава богу, что Джинни на каникулах, если бы она была в Хогвартсе сейчас, они бы схватили ее до того, как мы успели бы ее забрать. Теперь мы знаем, что она в безопасности.

Он обернулся и увидел Гарри.

- Я забрал всех из Норы, - объяснил он, - Перевёз их к Мюриэль. Пожиратели Смерти знают, что Рон с тобой, и теперь они хотят уничтожить всю семью - не извиняйся, - добавил Билл, увидев выражение лица Гарри. - Это всегда было лишь делом времени - всё последнее время отец говорил об этом. Мы самая большая семья предателей крови здесь.

- Как они защищены? - спросил Гарри.

- Заклинанием Верности. Отец - хранитель тайны. На этот дом тоже действует это заклинание. Здесь хранитель тайны - я. Никто из нас не может ходить на работу, но вряд ли это самое важное сейчас. Как только Олливандеру и Грипхуку станет лучше, мы перевезем их к Мюриэль, как и остальных. Здесь не очень много комнат, а у нее предостаточно. Ноги Грипхука восстанавливаются. Флёр дала ему СкелеРост, мы сможем перевезти их через час или…