Многоточия - Наталья Способина

— Я читала, что мужчины выбирают себе женщин, похожих на их матерей. Кажется, у нас что-то пошло не так. Или же Ромке пора возвращать Шилову.

— Кто такая Шилова? — тоже шепотом спросила Яна, глядя на то, как Диана поправляет Лене волосы.

— Его бывшая. Такая же красота неземная. — В голосе Маши звучало непритворное отчаяние.

Рома, который в этот момент помогал Сергею и отцу вынести стол из беседки на улицу, будто что-то почувствовал. Поставив стол, он перепрыгнул через мешок с углем и направился прямо к ним.

— Иногда парни выбирают от обратного, — заключила Яна.

— Думаешь?

Ответить она не успела, потому что Ромка, подойдя, присел перед ними на корточки.

— Что случилось?

Маша неловко пожала плечами, и Яна пришла ей на помощь:

— Чувствуем себя неуютно.

— Из-за мамы? — проявил проницательность Крестовский.

— Не то чтобы, — протянула Яна. — Просто мы тут не к месту, кажется.

— Слушайте! — Ромка сжал Машину левую руку и Янину правую. — Это нормальная реакция на мою маму. Она всех затмевает. Но она не специально. Правда! Это просто привычка. Дайте ей шанс. Она классная. Вот увидите.

Маша запустила свободную руку ему в волосы.

— Мы не говорим, что она не классная. Ты что! Тут мы не классные.

Ромка рассмеялся так, будто услышал удачный анекдот.

— Прости, я просто даже не знаю, как реагировать, — безуспешно пытаясь стать серьезным, выдохнул он и опять заржал. Маша покачала головой и легонько щелкнула его по лбу.

— Посмотри, как там Димка.

Рома тут же посерьезнел и выпустил их руки.

— Ну правда. Это не потому, что я за ним слежу, — возвела глаза к небу Маша, видимо, в продолжение давнего спора. — Я хочу мира и спокойствия.

Рома молча кивнул и, встав, направился на поиски Димы.

— Мне кажется, Рома тебя ревнует.

Маша тяжело вздохнула.

— У него нет повода. — Под взглядом Яны она вздохнула еще раз и едва слышно добавила: — С Димкой что-то происходит, но он больше со мной это не обсуждает. Не то чтобы он раньше обсуждал свои проблемы, но я хотя бы знала, где он, как он. А сейчас мы видимся только в универе, и я даже лишний раз ему позвонить боюсь. А Ромка еще придумал себе, что Димка мне рассказал про его бывшую.

Маша поморщилась.

— А он не рассказывал? — осторожно спросила Яна.

— Да нет конечно! — сердито воскликнула Маша. — Юля отлично справляется со всем сама. А Рома слушать не желает. Ему просто удобно считать виноватым Димку. Думаю, это примиряет его с… в общем, со всяким.

Яна поняла, что речь про злополучную историю с Эммой, но ей показалось неуместным демонстрировать свою осведомленность.

— Пойду их поищу. А то поссорятся опять на ровном месте, — невесело улыбнулась Маша и встала с диванчика.

— Давай, — вздохнула Яна, раздумывая, не пойти ли и ей. Но пасти Диму такой толпой показалось перебором.

Она следила за тем, как Маша сворачивает за угол дома, поэтому вздрогнула, когда Лена неожиданно звонко вскрикнула:

— Who?!

За этим возгласом последовало растерянное Дианино:

— Your sister.

Несколько секунд Яна благословенно думала, что ослышалась, что речь о чем-то другом, но, увидев выражение лица босса, поняла, что случилась катастрофа.

Яна выдавила из себя улыбку, потому что Лена смотрела так, словно перед ней была мерзкая жаба.

— Ты же с Димкой! — Лена обвиняюще ткнула пальцем в ее сторону. — Вы же с ним спите.

— Что? Нет! — опешила Яна, вскакивая с места.

— Лялик, послушай… — увещевающим тоном начал босс.

— Они же спят! — Лена скривилась от отвращения. — Гадость какая.

— Лялик, мы сейчас все тебе объясним. — Босс беспомощно посмотрел на дом, и только тут Яна поняла, что Сергея нет.

Не было ни его, ни Димки, ни Ромки — никого, кто мог бы успокоить истеричную Лену, которую нельзя было волновать, с которой нужно было сдувать пылинки.

Запоздало она сообразила, что в голове звучит мамин голос: «Дети Волкова — психи!»

— Скажите, что это неправда! — потребовала Лена, глядя на Льва Константиновича.

— Лялик, Яна правда ваша с Димой сестра, — медленно произнес босс. Он стоял, подавшись к Лене всем корпусом и разведя руки, будто готовился ее ловить и удерживать. — Это долгая история. Но мы сейчас все сядем и ее послушаем, да?

Говорил он с ней как с умственно отсталой, и Яна не могла поверить, что Лев Константинович, такой уверенный в себе и все держащий под контролем, так осторожно подбирает слова и затравленно озирается в поисках поддержки.

Яна решила выступить поддержкой.

— Это все звучит страшнее, чем есть на самом деле, — дружелюбно сказала она, хотя внутри нее закипал гнев. Перед ними стоял не пятилетний ребенок, а взрослая девица. Вон даже Аня оценила ситуацию: тихонечко отошла подальше и спряталась за столбик беседки, а эта…

— Ты вообще заткнись! — Лена указала на нее пальцем.

— Ляль, давай мы не будем горячиться, мы ж не чужи… — начал было Лев Константинович.

— Предатель! — выкрикнула Лена и рванула в сторону дома.

Лев с Дианой бросились за ней. Яна сжала виски ладонями, глядя на ярко-красные угли. Кажется, они прогорели настолько, что пора было выкладывать мясо. На миг она представила, что сейчас начнет раскладывать на решетке подготовленные Сергеем стейки, пожарит их, хоть и не умеет, а потом принесет в дом и невзначай спросит:

— Обедать будем здесь или накроем у беседки?

И все, конечно, восхитятся тем, какая она молодец, что сохранила хладнокровие и сумела разрядить обстановку, ей помогут накрыть на стол. Лена извинится, скажет, что погорячилась.

Яна нервно усмехнулась и, снова сев на диванчик, сцепила руки в замок. Ничего из этого не будет, потому что она не хозяйка, чтобы к чему-нибудь здесь притрагиваться. И уж точно никто не станет ей подыгрывать и хвалить ее. Она же не Лена. Хотя, строго говоря, это дом ее отца, а значит, немного и ее.

Мысли были слишком похожи на те, которыми жила ее мама. Впервые Яна задалась вопросом, где мама сейчас на самом деле? Вправду ли она скучает? Может быть, она одумалась и просто вернется? Сергей и босс заберут заявления из полиции, мама извинится, и все будет как раньше. Даже лучше.

Знал бы хоть кто-то, как она об этом мечтала, как ей не хватало близкого человека и слов «я тебя люблю». Она сидела в одиночестве на этом чертовом диванчике, забытая всеми, в то время как в доме дружно утешали истеричку Лену.

— А почему Лена расстроилась? — раздался от беседки детский голос, и Яна, успевшая напрочь забыть о девочке, крупно вздрогнула.

Хотелось сказать: «Потому что дура», но Аня явно была к Лене привязана, поэтому Яна постаралась улыбнуться.

— Просто недоразумение. Недоразумение — это…

— Я знаю,