Готские письма - Герман Умаралиевич Садулаев

всех народов в войсках, предсказывали «по полёту птиц», «по внутренностям жертвенного животного» – на самом деле, погружаясь в транс (или имитируя транс и сочиняя мутные небылицы, что тоже бывало). Ритуал предсказания-заклинания делал сам князь, один (вступал в золотое стремя), потому что князь был, кажется, главным кудесником своей дружины, а ещё потому, что он сам рассматривался и как главное жертвенное животное в ритуальном жертвоприношении-войне, то есть был основным посланцем к богам и мог, образно говоря, гадать на собственных внутренностях. Судя по всему, князь иной мир разворошил, побеспокоил, но нужного результата не достиг: не увидел ясно победы, не обрёл «помощника» (смотри Кастанеду). Однако умолчал и войско в поход повёл, как будто так и надо было: «Игорь к Дону вои ведетъ». Перевод: «А Игорь к Дону войско ведёт!» Кажется, в этом потом его укорит отец, старый князь Святослав. Он осудит непродуманность, неподготовленность похода в двух аспектах: в военном – надо было прежде создать военный союз и выступить князьям русским вместе, совместным войском; в волшебном – не выполнил Игорь свою задачу как кудесник, ворожба его была неполезна, а вот сам Святослав, он бы мог, обернувшись соколом, и далее – как всегда бывает у ведунов. Но это позже. Пока что войско наше идёт на юг. Стоит ли говорить, что юг в индийских Ведах – направление смерти? Нет, наверное, не стоит. У нас скорее север – область холода и загробной тьмы. Или запад – страна неведомая. Да и восток, что он, ведом, что ли? Леса и степи, и орды за веком век. В общем, у нас на Руси в какую сторону ни глянь – любая смертная, любая дорога ведёт в обитель предков. Потому у нас в сказках есть такой камень, на котором написано: «Налево ли, направо или прямо пойдёшь, а всё равно все умрут». И ведь так верно.

Том третий

Трансценденции

Фрагмент девятый

Nieder mit Attila

Бывает так, что персонаж, обретающий огромную власть и удерживающий власть в течение долгого времени, обладает всего одним талантом – талантом обрести огромную власть и удерживать власть в течение долгого времени. Все прочие таланты и выдающиеся способности домысливаются и приписываются персонажу его современниками (которые таким образом пытаются оправдать себя в том, что подчинились персонажу и поклонялись ему, как богу) и историками (которые таким образом пытаются понять и объяснить, как персонажу подчинились невероятные массы людей и почему они поклонялись ему, как богу). Бывает и так, что ослепляющий восход ядерной звезды персонажа целиком и полностью рождается системой уникальных обстоятельств и возникших возможностей, которыми персонаж пользуется, даже не всегда наилучшим образом, но и этого оказывается достаточно.

Так в литературе появляется великий и непобедимый вождь гуннов Аттила, которого сравнивают с Наполеоном и Чингисханом, хотя сравнение с Гитлером и Черчиллем было бы куда продуктивней.

Талант обретения безграничной власти и удержания таковой при тщательном анализе оказывается комплексом манипулятивных способностей, усиленных суггестивным даром и манией грандиозо; сей боевой танк бесоподобной карьеры для обретения высокой маневренности облегчается сбросом балласта моральных и нравственных предрассудков. Всё это, безусловно, тоже выдающаяся способность. Однако она не приносит государству и обществу ни пользы, ни продвижения. Единственной заслугой персонажа остаётся заслуга перед самим собой: он обретает власть, и он её удерживает – в этом средство его существования, срастающееся с целью в уродливую пару больных сиамских уродцев.

Аттила не был великим полководцем, искусным дипломатом, умудрённым политиком и гениальным организатором. По правде сказать, он был просто глупым, жестоким, самонадеянным истеричным ублюдком, как и его товарищи Гитлер и Черчилль.

Вместо войны, политики, экономики как таковых Аттила всю жизнь занимался связями с общественностью. Он выступал на гуннском телевидении круглыми сутками и сочинял сказки о себе и своём величии. Он индуцировал суеверия, и в этом был, конечно, специалист. Ещё при его жизни римские послы, прибыв ко двору Аттилы, между собой на полном серьёзе (sic!) обсуждают сюжет рекламного ролика Аттилы. Это ролик про «меч бога войны», который нашёл Аттила, потому что Аттила – избранный, и, если по секрету, то, возможно, – аватара самого бога войны, как барон Унгерн.

Легенда такова. Один пастух заметил кровь на ноге у своей коровы. Пошёл туда, где корова паслась, и нашёл в траве частично торчащий из земли старый ржавый клинок, о который поранилось животное. Он выкопал меч и принёс его своему хозяину, Аттиле. Аттила сказал: «Се древний волшебный меч, раньше им владели вожди гуннов, но меч был потерян вместе с величием наших предков, а теперь найден, и величие будет возрождено, мною, мне бог войны прислал этот меч, и я завоюю весь мир». Что-то вроде этого.

Как раз незадолго перед этим Аттила убил своего родного брата и соправителя Бледу. И опасался, что гуннам тех родов, которыми управлял Бледа, может это не понравиться. Аттила транслировал пропагандистский фильм про меч на их кочевья, добавив месседж: «Отныне если кто из племён Бледы пойдёт против меня, то он идёт не только против меня, но и против Неба».

Удивительно, что не только дикие гунны, но и утончённые, образованные, имеющие магистерские степени по логике и риторике римляне не заметили в сюжете про меч ничего необычного. Между тем сказ о мече бога Марса был первым известным нам классическим рекламным клипом, то есть произведением, деконструирующим логику и здравый смысл и выстраивающим лживую причинно-следственную связь посредством мелькания видеоряда с наложенным на него совершенно безумным текстом.

Иначе покупатели должны были задать себе вопросы: 1) «Как связано вероломное убийство Бледы и находка ржавого артефакта, каким образом этот артефакт оправдывает предшествовавшее его появлению преступление?»; 2) «Что такого необычного в этом мече? – Поймите меня правильно, ведь много в степи валяется всякого металлолома, после битвы мог затеряться меч, а мог и умереть в степи воин, тело его сожрали шакалы и волки, а меч остался. – Есть ли на мече горящие древние руны, можно ли предъявить меч к осмотру, обладает ли меч какими-то магическими свойствами, может ли этот меч, например, разрубить напополам скалу, как другие волшебные мечи, можно ли продемонстрировать это чудо?»; 3) «Как и чем меч связан с личностью Аттилы; например, Экскалибур мог вытащить из камня только Артур, а лук Шивы мог поднять только Рама, а меч Марса – только Аттила может им владеть или любой человек?»; 4) «Если это так, то почему меч нашёл не сам Аттила, а какой-то пастух? Может