Тень Одержимого - Феликс Эйли

вздрогнул, вернувшись в реальный мир. Он обернулся и увидел Лорда Валериана. Они общались, но не были близкими друзьями.

— Мне поручили одно задание, Валериан, и в нём может быть замешана охранка, — голос Ависа был усталым после часов работы с данными. — Прошу не мешать мне.

Он надеялся, что кудрявый, слегка самоуверенный Лорд послушается и уйдёт по своим делам.

— Эх, ладно, — пожал плечами Валериан.

Он пошёл в сторону книжных полок, но вскоре остановился.

— Постой, Авис, — снова услышал Карл.

— Что тебе нужно? — раздражённо спросил Птитс.

— Что за задание такое, если не секрет? — полюбопытствовал Валериан.

— Секрет. Философ просил не распространяться.

— А, понятно.

Валериан взял у соседнего терминала стул из чёрного дерева и сел, придвинувшись к Карлу.

— Я знаю всё, — кудрявый разрушитель старался говорить тише. — Тебя отправили за кинжалом чужаков. Сочувствую тебе, Авис. Они явно хотят от тебя избавиться.

Авис насторожился. Он сам давно понял, что у Верховного Владыки Философа и Совета Тринадцати свои коварные планы, и что руководству Тёмного Замка нельзя верить. Но почему об этом заговорил Валериан? Это провокация, тест на лояльность? Или же Лорд преследует какую-то собственную цель? В любом случае Карл пока ничего опасного не сказал и не сделал.

— Как же — всё распланировано, я должен… — Авис решил притвориться наивным дурачком.

— Неумело врёшь, — закивал его собеседник. — Если бы всё было так, ты бы не сидел эти четыре дня как на иголках и не листал списки охранителей.

Карл замер, внутри него всё раскалилось добела. Валериан явно знал больше, чем ему полагалось. Но откуда?

— Чего ты хочешь? — Авис решил, что прямой вопрос будет хорошим следующим ходом.

— Помочь, — коротко ответил Валериан.

Его взгляд казался искренним, но чувствовалось в нём что-то… иное.

— Мне не нужна помощь, — сухо произнёс Карл. — План в целом составлен, надо только определиться с деталями. Тебе, конечно, не расскажу.

— Нужна, — настоял кудрявый. — Если ты вызовешь Охранительное Бюро, то окажешься между двух огней — их и нашим. Как поступишь, если тебя прижмут к стенке? Охранка, змея, кто-то ещё?

Авис задумался. Похоже, эту часть плана он проработал плохо.

— Не знаю… — он тяжело вздохнул. — Постараюсь выкрутиться…

— А если не сможешь? — вопрос Валериана бил точно в цель.

У Карла промелькнула дикая, страшная, отчаянная мысль, что он может взорвать себя — и при этом унести с собой жизнь Леди Серпентиры. Или Философа. Так он избавит себя от страданий в казематах и пыточных и заодно сдвинет Вселенную с мёртвой точки, сделает её хотя бы чуть лучше для близких — Пикселя и Барбары Винтер. И так закончится полная метаний и разочарований жизнь Карла Птитса — на не только красивой, но и осмысленной ноте…

— Придётся подорваться, но живым я никому не достанусь, — каждое слово этой фразы отдавалось в сердце Ависа как признание. Как готовность, решимость это сделать.

— Ты серьёзно? — удивился Валериан.

К терминалам подошла библиотекарь — Леди Когниция. Карл прервал разговор и свернул вкладку на экране, а вместо неё поставил заранее приготовленное для таких случаев толкование эзотерических символов.

— Да, — кивнул Карл, когда Когниция отдалилась. — Я не вижу иного выхода.

Он уже представил, как достаёт из кармана бомбу и активирует её, и Леди Серпентира разлетается на куски… Хотя ещё не факт, что ему придётся так поступить.

— А что, если… — произнёс Валериан, взявшись за подбородок, — если есть способ инсценировать взрыв? Подорваться, но при этом выжить?

Авис чуть было не рассмеялся — это же невозможно!

— Ты про телепорт? — уточнил он. — Для переноса материи нужно время, и просто не получится поймать момент. Да и пронести телепортатор на Нод или Зекарис у меня не выйдет.

— Нет, я про клонов, — слегка улыбнулся Валериан.

— Ты что? — Карл невольно повысил голос. — Это же бешеные деньги!

Он слышал, что некоторые использовали двойников-клонов, чтобы инсценировать собственную смерть, но все они были пиратскими баронами или иными богачами, способными позволить себе заигрывания с природой.

— А что, если ты знаешь, у кого они есть? — похоже, у разрушителя был на всё заранее готовый ответ.

— У тебя, что ли?

— Не у меня, а у тех, кому я служу.

— Кто они? — насторожился Карл.

— Не хочу здесь говорить.

— Империя? — Авис желал знать.

— Нет, — вздохнул Валериан и, поднеся рот к уху Карла, прошептал: — «Чума».

— Что? — Птитс посмотрел на него с опаской. Что это за «Чума» такая и почему о ней раньше ничего не было слышно?

— Как говорил один древний поэт, «Чума на оба ваши дома», — тихо произнёс Валериан, отстранившись от Ависа.

— Пушкин?

— Шекспир. Он писал о вражде двух аристократических домов — бессмысленной и требующей жертв. Мешающей жить, любить…

Карл подумал о себе и Барбаре. Ему только предстояло поделиться своими планами с криганкой, и если она согласится в них участвовать, то они вдвоём окажутся между молотом и наковальней, имперской Сциллой и Харибдой Разрушения, и бессмысленное противостояние могучих сил обязательно заставит их чем-то пожертвовать.

— То есть вы против всех?

— Не хочу вдаваться в подробности. Пойми меня правильно, здесь не самое безопасное место для разговоров.

— Согласен, — кивнул Карл. — Но я должен всё понимать.

Валериан улыбнулся.

— Я знаю, где можно это обсудить.

Карл нашёл путь согласно выданным инструкциям. Он осторожно пробирался по узким проходам, вырытым в глубинах астероида под Тёмным Замком. Шёл внутри гигантских каменных труб, пока не наткнулся на работающий вентилятор системы очистки воздуха. И завернул в маленькую каморку, служившую помещением для персонала. Там его ждал Валериан.

— Нас много — не знаю, сколько точно, — рассказывал агент «Чумы». — Мы есть и в Империи, и в Замке.

Они сидели за маленьким грубым столиком из железа. Единственный свет проникал в каморку через небольшое прямоугольное окно — свет далёких звёзд, рассеянных по космосу.

— А что у вас за цель?

— Обрушить Империю и Замок и установить свою власть, — не стал скрывать Валериан.

«Опять власть, — подумал Карл, — но они, в отличие от Ребеллии и Грюнвальда, честны и не прикрываются высокими словами.