Тень Одержимого - Феликс Эйли

флаеробусом, то обман был высококлассным — даже тепловизор выявил очертания людей на борту.

— А вдруг они все настоящие? — мечтательно спросил Босс.

— Не неси бред! — возразил капитан.

Старпом заметно поник.

Флаеробус повернул, и Хаямура повёл тартану следом. А враг с гранатомётом по-прежнему стоял на платформе и долго целился, но так и не выстрелил.

— Туда! — капитан указал на светящийся круг в конце трубы, куда летел Одержимый.

* * *

— Ты от меня не уйдёшь! — разъярилась Фрося.

Флаеробус постоянно сворачивал, пользуясь ветвистой структурой рейвентонских стоков, но Пронина не упускала цель из виду. Крепче взявшись за руль, она задействовала турбо-ускоритель. Реактивные двигатели взревели, и флаер преодолел сразу две или три сотни метров. Теперь Одержимый был как на ладони. Пронина могла различить не только сам флаеробус, но и гранатомётчика на борту, и даже смутные фигуры людей за окнами.

— Попался, красавчик! — усмехнулась она, целясь из пулемётов.

Охранительница нажала на рычажок — и пули попали в борт полицейского флаера, который внезапно преградил ей дорогу. Имперские символы на борту и хвостовом щитке были наспех зачёркнуты из баллончика, а у бортовых орудий вместо стражей порядка стояли уголовники в оранжевых робах. Кроме стрелков, на задней платформе находились и другие сбежавшие из Кроуярда.

— Змей! — выругалась Фрося.

Ближайший к ней пулемётчик скорчил злобную гримасу и зарядил по её машине. Пули отскакивали от лобового стекла, но Пронина на всякий случай всё же пригнулась. И не отпустила ручку своих пулемётов.

Она повернула руль и открыла огонь по врагам Империи. Предатели и преступники повалились на палубу, и от их тел отлетали кровавые ошмётки. Победить этот сброд Фросе будет легко — однако флаеробус уже исчез где-то впереди…

* * *

Только по свежим каплям дождя на стекле Пиксель понял, что тартана снова находится под открытым небом. Внизу горели огни домиков и лавочек, облепивших шпили, будто грибы — дерево. Где-то там находилась лавка Пасюка. Или нет — один Император знал, как устроен этот огромный город.

— Я его поймал! — довольно произнёс Хаямура.

Враг был в прицеле.

— Огонь, сейчас же! — скомандовал Пиксель.

Пушка выстрелила, и транспортное средство Одержимого взорвалось. Вернее, взорвался дрон, вокруг которого замерцала и вскоре погасла голограмма флаеробуса.

— Наш оказался ненастоящим! — подытожил Антимон.

— Смотрите! — Босс ткнул толстым пальцем в экран.

Из-под арки моста, ведущего к небольшой башенке, вынырнул ещё один красный флаеробус. Сомнений не было, чей — они редко залетали на нижний уровень Рейвентона.

— Неужели он такой тупой? — бросил судовой врач.

— Выходит, что да, — обрадовался Пиксель. — За ним!

— Надеюсь, этот настоящий, — пробубнил Босс.

— Что ж, тут все надеются, — скривился капитан.

Сверкнула молния и пророкотал гром. Тартана устремилась вниз, за новой целью. Под ними чернели клубы тумана, а слева и справа проносились ряды зданий. А где-то наверху бурлила ночная жизнь города, разгуливали аристократы в цилиндрах и благородные дамы в пышных платьях…

— Мы и его подстрелим, — сказал Хаямура.

На экране флаеробус совместился с линиями прицела. Ещё один удар из пушки — и реактивный двигатель на корме вспыхнул. Пикселю ненадолго показалось, что флаеробус охватила синяя вспышка силового поля. Но даже если Одержимый активировал щит, это его не спасло.

Двухэтажный транспорт теперь летел подобно птице со сломанным крылом — дёргано и по-настоящему хаотично. Должно быть, им управлял действительно хороший пилот — ночью, под ливнем и в тумане у плохого не было бы шансов.

— Пора его прикончить, — с азартом сказал Антимон.

— Не надо, — осадил врача Пиксель. — Мы их повяжем и сдадим охранителям.

Он знал, что Одержимый далеко не уйдёт. Красный флаеробус постепенно снижался. Свернув налево в переулок между двумя монументальными башнями, он с грохотом врезался в железобетонную стену.

Тартана Пикселя села в начале этого небольшого тупичка, который оказался лишь выемкой в циклопическом фундаменте. Трап опустился, и все корсары, кроме рулевого, выскочили наружу. Там не было ни жилых блоков, ни магазинов — одни железные готические двери подсобных помещений. Снизу тянулись узкие металлические лестницы, которые где-то наверху тонули в слоях тумана. Вода стекала по желобам, выбитым в пологой, покрытой брусчаткой улице.

За флаеробусом дымился чёрный след. Всю носовую часть смяло в лепёшку. От реактивных двигателей высоко поднималось пламя, которое не гасло даже от дождя. Экран с богохульной надписью частично разбился, как и окна на обоих этажах флаеробуса.

— Уходите! — прогремел голос Одержимого. — Я сам задержу их!

Его подельники выбрались на улицу и побежали прочь. Корсары погнались было за ними, стреляя из пистолетов, но враги скрылись за обломками. А на смену им пришёл сам Одержимый. Высокая фигура в длинном чёрном плаще одиноко стояла рядом с пылающим флаеробусом, гордо выпрямившись.

— Вперёд, за ним! — проорал Пиксель, вытащив саблю из ножен.

Одержимый развёл руками, и с щелчком из-под просторных рукавов выскочили лезвия. В этих острых клинках отражались языки пламени.

— Нападай, корсар, — металлическим басом сказал Одержимый, слегка поклонившись.

Команда Пикселя начала подъём по брусчатке. Капитан был первым. Он замахнулся корсарской саблей — и Одержимый отразил выпад, подставив сразу два лезвия.

— О, эта ярость… — с восхищением сказал человек в маске.

— Мы только начали! — огрызнулся Пиксель.

Товарищи подтягивались к капитану, чтобы поймать подельников Одержимого. Но вдруг словно из ниоткуда над переулком завис полицейский флаер. Вернее, некогда бывший полицейским — поверх символов Империи и Рейвенхольда кто-то наспех нарисовал страшные рожи, а на палубе столпились беглые заключённые.

— Да чтоб вас змей задушил! — выпалил Антимон.

Флаер наклонился, низко паря между колоссальными стенами. Завязалась перестрелка. Бритая бунтарка навела на корсаров пулемёт, но её быстро снял Свинтус из пистолета. Остальные преступники спрыгнули с палубы, громко крича. Их оружие было разнообразным — ножи, гвоздодёры, пистолеты, парочка автоматов…

— Получай! — Босс всем весом навалился на разрушителя, чей голый мускулистый торс покрывали татуировки змей.

Врач тем временем проткнул саблей высокого и жилистого беглеца. Их становилось всё меньше, но и несколько корсаров пали от вражеских пуль. Сражение было жестоким — на близкой дистанции и без каких-либо возможностей укрыться. Добраться до обломков флаеробуса было себе дороже.

А чуть поодаль Пиксель сражался с Одержимым, едва уворачиваясь от резких выпадов лезвий. В какой-то момент клинок пронёсся прямо перед носом Пикселя, и у того чуть