Планета под следствием - Энн Маккефри

Мармион налила себе кофе, чувствуя, что без него она сейчас не может обойтись. Затем, осознав сказанное, ошеломленно посмотрела на Салли:

— Они вызвали крейсер МС? Но они не имеют права вызывать крейсер до тех пор, пока дело не будет рассмотрено комиссией и вышестоящими инстанциями. Иначе, конечно, я бы опередила их и сама обратилась в Совет Межпланетного Сообщества.

— Вспомните, что капитан “Прометея” — племянник вице-председателя Лузона.

— Но мы их не испугаемся, верно? — Такой откровенный вызов только прибавил Мармион решимости. — Еще посмотрим, кто кого!

— Я также должна сообщить вам. — Лицо Салли было печальным и злым. — Я слышала, что сегодня рано утром в отделение ветеринарной хирургии доставили крупную пятнистую кошку.

— Только не Коакстл! — Мармион глубоко вдохнула, ее глаза сверкнули, и она жестко добавила:

— Достаточно скверно уже и то, что людей этого мира избивают и обращаются с ними как с пешками, но когда это делают с прекрасными животными... Ну что же, есть несколько вещей, которые Патрик Мэттью Олингарх-Лузон не хотел бы афишировать!

Она допила кофе, налила себе еще одну чашку и направилась к своему рабочему столу и терминалу.

Глава 17

Яна проснулась от того, что кто-то грубо тряс ее. Взглянув вверх, она увидела двух солдат с дубинками в руках. Один из них жестом приказал ей встать. Она сделала шаг, чтобы взять одежду, но ее подхватили под локти. Яна пожала плечами, хотя шевелиться ей было трудно, и, когда они вели ее по коридору, очень старалась поспевать за их широкими шагами. Они прошли по коридору до конца и втолкнули ее в открытую дверь с достаточной силой, чтобы она по инерции пролетела еще несколько метров. По запаху и разложенным на столе инструментам Яна поняла, что это медицинское отделение. Вошел санитар с бумажным бельем в руках, протянул Яне одежду и молча указал на ширму.

Яна взяла белье с улыбкой. Когда она вышла из-за ширмы, ее, снова крепко взяв под локти, вывели из комнаты. Никто по-прежнему не говорил ей ни единого слова.

КОТ-сканер, подумала она, увидев огромный цилиндр, и чуть не рассмеялась, вспомнив замечание Мармион о том, что Клодах никогда не влезет в эту штуковину, хотя объем устройства был бы вполне достаточным для большинства людей.

Она выдержала уколы и пробы, испытания на вибростенде и анализы: у нее взяли довольно много крови. Ей надели на голову металлическую ленту одного из самых сложных приборов, изучающих функции мозга, который она когда-либо видела, и она сидела в нем, пока врачи изучали ее рефлексы. Потом ее снова кололи иглами и приклеивали на разные части тела кусочки пластыря и снова снимали их. Доктор, проводивший гинекологический осмотр, дважды брал пробу, прежде чем понял, что она беременна — в ее-то возрасте! — но автоматически пробормотал уверения в том, что плод в хорошей форме. Ее поставили на бегущую дорожку; и ей пришлось бежать все быстрее и быстрее, чтобы не упасть. Когда закончился этот тест, Яна только слегка запыхалась и осталась весьма довольна тем, что она в такой хорошей форме. Пока медики совещались между собой, она спокойно ждала. Самый старший из них (который, впрочем, был вряд ли старше ее) наконец махнул рукой санитару и ее отвели обратно, позволив забрать нижнее белье. Затем ее вернули в камеру.

По ее ощущениям, исследования заняли около часа. Когда Яна переодевалась, она улыбалась, думая о КОТ-сканере и бегущей дорожке: с Клодах или Эйслинг наверняка возникли бы проблемы... Она снова надела рубашку, выданную ей санитаром, завернулась в одеяло и попыталась заснуть. Она надеялась, что остальные, с которыми наверняка тоже проводили подобные процедуры, не лишились силы духа из-за этого молчаливого обращения, нужного, чтобы деморализовать их. Яна пыталась вспомнить, кого еще схватили посреди ночи, и наконец заснула, перебирая в памяти их имена.

Пронзительный вой сирены разбудил Яну, и она быстро оделась, не желая снова быть застигнутой врасплох. Один охранник молча выдал ей коробку с пайком и пластиковый стакан с водой, в то время как другой следил за ней, лениво поигрывая дубинкой. Яна ничего не сказала и взяла еду. Тем не менее она понюхала воду, прежде чем выпить; но это была хорошая вода, а паек был стандартным рационом Интергала в оригинальной упаковке, с кодом. Она разобрала код: срок годности уже истек, но это странным образом убедило ее в том, что туда ничего не добавили.

Яна сидела, скрестив ноги, и делала упражнения на расслабление, когда почувствовала, как дрожит пол. Это были легкие, но ощутимые сейсмические толчки.

— Добрый старый Сурс, ты не позволишь им выйти сухими из воды!

— Не разговаривать! — раздался голос из скрытого громкоговорителя.

Яна сделала себе выговор за то, что не подумала о “жучках”: конечно же, они должны были подслушивать всех заключенных, проверяя эффективность пытки тишиной.

— Как бы не так! — пробормотала она, просто из чувства противоречия.

Мэттью Лузон был разбужен в два часа Брэддоком, который представил ему первые медицинские отчеты. Их регулярно продолжал выплевывать принтер в его офисе. Он заметил, что майор Янаба Мэддок беременна уже два месяца, и задумался, как бы он мог использовать этот факт. Он проигнорировал то, что она была в замечательной физической форме — никаких признаков болезни легких, из-за которой она ушла с действительной службы. Это был не тот результат, который он мог бы использовать в своих целях.

Шон Шонгили тоже был в хорошей форме. Сканер показал самые большие нервные узлы из всех виденных. У Шонгили также обнаружилось самое большое количество бурого жира и увеличенная поджелудочная железа. Пальцы на ногах и руках были ненормально длинными, но это нельзя было рассматривать ни как адаптацию, ни как мутацию; легкое увеличение пищеварительного тракта было странным, но не исключительным. Точной информации о его внутренних органах не было — медики не могли настроить машины из-за слабых подземных толчков все то время, когда они изучали Шонгили, — но, согласно другим тестам, все они функционировали абсолютно нормально.

Мэттью, который помнил, что он видел в Долине Слез, имел свои подозрения насчет внутренних органов, но понимал, что он должен доказать свою правоту, прежде чем сможет забрать Шонгили с планеты и сумеет провести более точные тесты и исследования. Мэттью знал, что Шонгили не обычный человек, но ни один из тестов, которые он мог провести легально, не давал достаточной информации. Была замечена только легкая аномалия в строении тела — ноги Шонгили были короче, чем обычно. Если бы кости его ног были пропорциональны размеру туловища, он был бы на несколько дюймов выше. Это не сочли особо важным; однако у Шонгили обнаружился необычайно большой объем легких, высокая скорость метаболизма, а кровяное давление было на нижней границе нормального.