Стезёю вечного Заката - Алексей Головин

Сынок его помалкивал, зато глядел на красивую девушку с большим интересом, хоть и старался это скрыть, периодически крутя головой по сторонам. Шьямала слегка усмехнулась и ответила:

— Я из Аркираниса. И не одна, а с отрядом воинов. Они сейчас подойдут.

Лица крестьян вмиг поскучнели (видимо, младший тоже немного понимал по-мадженски), взоры их исполнились желанием как можно скорее продолжить путь.

— Счастливой вам дороги, — взмахнула рукой Шьямала.

Торопливо пробормотав в ответ что-то вежливое, крестьянин встряхнул поводьями, призывая свою клячу бодрее переставлять копыта. Шьямала некоторое время провожала повозку взглядом, затем вернулась к принцессе и рассказала о том, что удалось узнать.

— Ниферис, — задумчиво проговорила Лиуджайн. — Они ведь ещё ни с кем не воюют? Так, по крайней мере, говорил отец. Хотя за время нашего плавания всё могло измениться…

Девушка, размышляя, покрутила пальцем выбившийся из-под берета серебристый локон и заправила его обратно.

— Ладно, — сказала она, наконец. — Делать нечего, отправимся в город. Для всех история наша прежняя с некоторыми изменениями: я — дочь благородного мага, который был приглашён к королевскому двору Аркираниса. Но тамошние маги устроили нам засаду, затопили корабль, убили отца и многих его воинов. Мне удалось спастись с несколькими верными людьми, и с тех пор мы скитаемся, пытаясь оказаться подальше от Аркираниса. Какого именно мага я дочь уточнять не обязательно. Наши силы тщательно скрываем, и от местных магов, способных почувствовать Ночь, держимся подальше.

— Моя принцесса, — тихо обратилась Шьямала. — Мне кажется, затруднения могут возникнуть сразу же у городских ворот, если к страже приставлен хоть один сдерживающий маг. Он ощутит силы Ночи в вас и наших магах.

— Одному и даже двум я смогу отвести глаза, не забывай, кто я, — улыбнулась ей Лиуджайн. — Правда, с учётом странности здешних ночных сил, я потом могу лишиться чувств от перенапряжения. Поэтому, ваша задача найти в городе приличный постоялый двор, снять несколько комнат и отвести, а то и отнести меня туда. Ясно?

— Да, госпожа, — хором отозвалось несколько голосов.

Лиуджайн, не тратя больше времени на разговоры, вышла на дорогу и зашагала к городу. Весь отряд пристроился рядом, готовый в любой момент защитить принцессу…

…Магов, несущих службу у городских ворот вместе со стражниками, оказалось трое: король Нифериса явно страховался от неожиданностей, которые в изобилии могла принести наступающая Эпоха Ночи. Лиуджайн внутренне вся сжалась, но вовсе не думала сдаваться. Стараясь глубоко и ровно дышать, она полуприкрыла глаза и воззвала к глубинным силам Великой Ночи. Подобно тому, как полог темноты укрывает мир с заходом солнца, незримые тени окутали принцессу и её спутников. Девушка не зря считала себя по части тонких магических воздействий посильнее других Повелителей Ночи — мужчин. Она умела работать с магией очень изящно, деликатно, пользуясь самыми сокровенными уровнями ночных сил. Вот и сейчас, ей помогло только это умение. Лиуджайн чувствовала, как прикасаются к ней невидимые пальцы светлых сил, которыми сдерживающие маги Дня «ощупывали» всех входящих под арку городских ворот. Свет Дня давил, пытался проникнуть под оболочку, за которой затаились магические способности самой принцессы и двоих следующих за нею атакующих магов Ночи. Девушке приходилось неимоверно напрягаться, чтобы не позволить этого.

Естественно, объясняться со стражниками она при этом просто не могла. Но эту роль умело взяла на себя Шьямала. Указывая на сильно побледневшую и покрывшуюся потом Лиуджайн, она по-мадженски объясняла хмуро глядящим воинам, что её госпоже очень плохо, она ранена и потому ей срочно требуется кровать на постоялом дворе и помощь лекаря. При этом Шьямала на себе наглядно показывала, что рана нанесена под правую грудь. А поскольку она загодя чуть больше, чем обычно, расстегнула тонкую аркиранскую рубашку, стражники внимали ей с неподдельным интересом, стараясь вникнуть в эту историю и повнимательнее рассмотреть всё, что девушка демонстрировала.

Борясь с мягким, но настойчивым нажимом магов Дня, Лиуджайн нашла крохи сил и на то, чтобы немножко размыть внимание стражников. Крайне важно было притупить их бдительность. Хотя в город и не воспрещалось входить с оружием, всё же шестеро вооружённых мечами мужчин, сопровождающих двух девушек, были весьма приметной компанией и могли вызвать лишние вопросы. К счастью, таковых не последовало. На стражников незаметно напала вдруг рассеянность, словно смутные тени затуманили их сознание. Осмотрев сопровождающих и напомнив для порядку о недопустимости использования в городе оружия кроме как для самозащиты, старший по званию дал разрешение проходить. Когда он вопросительно взглянул на сдерживающих магов, те лишь кивнули, ибо не ощутили в этих гостях столицы ничего тёмного.

А Лиуджайн в эти мгновения держалась из последних сил, обливаясь ледяным потом. Девушка отчётливо понимала, что не может позволить себе потерять сознание: маски теней немедленно будут сорваны, и последствия окажутся самыми неблагоприятными. Нужно было хотя бы отойти подальше от магов…

Видя состояние госпожи, Шьямала торопилась, как могла. Она выслушала стражника, любезно объяснившего, как пройти до приличного постоялого двора, и вежливо его поблагодарила, не забыв «построить глазки», играя свою импровизированную роль. Но потом подхватила Лиуджайн под руку и потащила вперёд, ступая так, чтобы принцесса могла о неё опереться. Воительница чувствовала, что госпожа на грани беспамятства. Она повернулась к одному из своих магов и взглядом показала ему, что требуется помощь. Тот подскочил с другой стороны и тоже взял принцессу под руку. Лиуджайн буквально повисла на них, едва переставляя ноги, но продолжала бороться с неимоверной слабостью, затопившей всё тело и разум.

Наконец, ворота остались позади, и группа «беженцев из Аркираниса» свернула за угол ближайшего строения, слившись с неплотными, но всё же потоками снующих туда-сюда горожан.

— Всё хорошо, моя принцесса, мы прошли, — тихо зашептала Шьямала на ухо госпоже. — Вам удалось! Это невероятно!

Лиуджайн, будто только и ждала этих слов, обмякла на держащих её руках, лишившись, наконец, чувств. Маг, испросив взглядом разрешения у Шьямалы, бережно поднял госпожу на руки.

— Быстрее! — скомандовала воительница. — Постоялый двор в той стороне.

Да, он действительно оказался в конце той улицы, о которой говорил стражник. Шьямала открыла входную дверь, за которой скрывался довольно чистый трактир, и, найдя глазами хозяина или, по крайней мере, одного из распорядителей, бросилась к нему. Свободных комнат на втором этаже на удачу оказалось достаточно. Девушка не торговалась долго, согласившись с озвученной ценою за четыре комнаты с двумя кроватями в каждой, и отсчитала монеты, прибавив заказ на хороший ужин и вино для всех прибывших. Монеты были аркиранскими (Повелитель Фихташ, отправляя дочь в путь, позаботился и об этом, достав те, что привозили соглядатаи Мёртвых земель с Первого континента) и подозрений у ниферского трактирщика не вызвали.