Путник без тени - Николай Пальцев

Если ещё можно было объяснить откуда здесь взялись экземпляры, которые были написаны людьми, то большая часть имеющихся здесь книг оставалась загадкой, так как они были написаны самими ведьмаками и никак не могли оказаться в чужих руках.

Но прежде чем ведьмак успел об этом подумать, одна из полок издала глухой звук.

— Как я и думал, — Лорг начал водить пальцами по книгам и заметил, что одна не двигается. — Классика никогда не устраивает.

Он потянул на себя «Историю Неверленда» и услышал, как раздался глухой щелчок сработавшего механизма.

Полка с книгами практически бесшумно провалилась и отъехала в сторону, открывая спрятанное за собой помещение.

В отличие от предыдущей комнаты, эта оказалась абсолютно тёмной, но как только Лорг вошёл в неё, тут же вспыхнул ослепительно яркий, неестественно белый свет, ослепив ничего не подозревающего ведьмака.

Когда Лорг проморгался, и его глаза перестали слезиться, всё ещё щурясь, он сумел разглядеть, что таинственный свет исходит от большого кристаллита, расположенного на высокой колонне посреди комнаты.

— Это ещё что такое? — Ведьмак впервые видел подобный кристалл и даже предположить не мог, откуда он мог здесь взяться. Оглядевшись по сторонам, Лорг понял, что попал в какую-то лабораторию.

Всюду стояли разнообразные пробирки и мензурки с разными жидкостями. На полках больших деревянных, необработанных стеллажей, находились бутылки с какими-то заспиртованными существами и эмбрионами, изменёнными до неузнаваемости.

У противоположной стены, стояли похожие стеллажи только в больших стеклянных банках были не эмбрионы, а конечности разнообразных чудовищ.

И всю эту композицию завершал большой деревянный окровавленный стол, оборудованный кожаными ремнями для фиксации головы и конечностей.

Вместе с увиденным до Лорга начал долетать и запах этого места — спирт, перемешанный с какими-то незнакомыми пряными примесями.

Сладковато-горьковатый запах исходил от реагентов и реактивов, стоявших на столах. Самым последним ведьмак уловил запах крови — он не был свежим, а судя по пятнам крови, застывшим на столе, им было уже несколько дней. Точнее определить было невозможно, но уже это давало надежду, что люди Авгрилия ещё живы.

— Эй, здесь кто-нибудь есть? — Тишину разорвал осипший голос мужчины, который показался Лоргу отдалённо знакомым.

— Заткнись, придурок! — Тут же его оборвал другой мужской голос. — Вдруг это тот ублюдок вернулся? А ты его сейчас разозлишь. Посмотри, что он с беднягой Азом сделал. Хочешь, чтобы он и тебе так же морду разукрасил?

— А что ты предлагаешь — нам теперь сидеть и ждать, как скот своей участи? — Огрызнулся осипший. — Капитан по любому нас ищет, а если мы будем сидеть тихо — так нас в жизни никогда не найдут. Поэтому, как хочешь, а я не собираюсь ждать, пока меня прирежут.

— Ладно, дело твоё. Не жалко глотки — вопи сколько влезет, да только не жалуйся потом, — Лорг услышал, как один из говоривших, то ли что-то уронил деревянное, то ли пнул. — Один хрен — что-то мне подсказывает: если мы не выберемся отсюда, пока этот хер не вернётся, то нас будет ожидать участь пострашнее смерти.

Голоса доносились из соседней комнаты, куда вела деревянная дверь. Ведьмак уже направился к ней, когда почувствовал какое-то движение за своей спиной.

Резко обернувшись, он увидел, что в воздухе из ниоткуда начал формироваться белёсый туман, который стал клубиться и концентрироваться в одной точке, становясь более плотным, до тех пор, пока из него не вышел высокий, бледный, как мрамор, худощавый мужчина.

— Ну и кто посмел проникнуть в мою лабораторию? — Он пренебрежительно посмотрел на Лорга кроваво-красными глазами. — Ты ещё кто такой?

— Да так никто, просто старый знакомый покойного, — пожав плечами, ответил Лорг. — Вот забежал к бывшему товарищу на могилку — цветочки положить, да чарочку опрокинуть за светлую память, так сказать.

Ведьмак залез во внутренний карман и достал из него небольшую дорожную фляжку, не сводя взгляд с хозяина лаборатории.

— Что ж, славной охоты, старый друг, — сказал ведьмак, подняв фляжку над головой и сделав из