Смертельно живые (СИ) - Гримм Василиса

Юноша, который (как странно!) был последним выжившим в этой кровавой мясорубке, очухался не сразу, а только после того, как лапки паука с грохотом затопали около его ушей. Инстинкт самосохранения взял верх. Паренёк осторожно попытался подняться, но из-за головокружения поскользнулся на крови, коей было в избытке на полу, и не нашел ничего лучшего, как ухватиться за то, что стояло к нему ближе всего. А именно за Еву. Лич, не ожидавшая такого резкого поворота событий и даже изначально не обратившая внимание на то, что помимо Шизы, ее и паука, тут есть кто-то еще, не успела вовремя среагировать, потеряла равновесие и упала аккурат на юношу, пребольно придавив его своей пятой точкой. Паук, испугавшись лича, резко затормозил. Шиза по инерции слетела с него и приземлилась Еве на голову, чуть не сломав шею. Решив, видимо, здесь не задерживаться, гигантское членистоногое быстро ретировалось, пока вся компания не пришла окончательно в себя.

— Что здесь {нецензурные слова} творится!? — Возопила Ева, как выпь, — ты {еще больше нецензурных слов} понимаешь, что делаешь!?

Лич резко столкнула вампиршу с себя и уже было потянула к ней свои руки, чтобы упокоить ее окончательно и навсегда, как Шиза опомнилась и подняла глаза на незнакомую женщину. Разумеется, она не узнала Еву, ведь та настолько часто меняет тела, что ей обзавидуется любой демон или даже злой дух. Вампирша только раскрыла рот, чтобы выразить свое «фи», как по ярко-зеленому свечению глаз, поняла, кто за ней пришел. Она прошептала что-то своему новому другу, и они рванули вперед, но тут же неведомая сила, как лассо, связала и притянула их назад. Вампирша сглотнула, не решаясь оборачиваться, а парень вообще не понимал, что происходит, но решил поступить так же, как и его подруга по несчастью.

— Кощеюшкаааа, я тебе все объясню, только не надо злиться, милая. — Елейным тонким голоском протянула Шиза, — ты меня тогда отругала, вот я и решила выйти наружу набрать цветочков, чтобы подарить тебе или сварить из них новые настоечки. Кощеюшка, ты же так плакала, так плакала, когда я решила с теми, что стояли на полочках, эксперименты провести, вот я и захотела тебя порадовать, исправиться, так сказать. Как тут вижу парнишка сидит около могилки, какие-то символы чертит палочкой. Я подошла, чтобы посмотреть, интересно же, вдруг там непотребства какие. А он ка-ак испугался, крест выставил и стал просить свою душу обратно. А я что? У меня чужого добра нет, только свое, с радостью бы отдала, да, думаю, не подойдет. Предложила ему свое платьюшко. Так ему и сказала, а он давай плакать, рыдать, говорит, что когда-то давно сдуру продал душу демону за желание, тот его исполнил, да только с побочными явлениями, от которых избавиться не может. И ему никто не верит, все называют сумасшедшим, даже в, как её там, во втихушку положили, но он сумел сбежать. Я решила ему помочь, тоже начала чертить палочкой какие-то символы, как тут откуда ни возьмись, выскочили какие-то странные люди с пёсьими головами, но за нас вступила моль. Жаль только, что бой был нечестный. Мы испугались и как дали дёру. Добежали аж до города, а там уже и эти насекомыши-переростки собрались. Ух! Если бы не ты, Кощеюшка, то не скоро мы бы оторвались от этих кракозябр.

Шиза умилительно посмотрела на Еву своими большими, как у щенка, глазами, всем своим видом показывая, что она не врет и искренне раскаивается за все. Лич вздохнула и обратилась к парню. Она решила отложить наказание этих горе-демонологов до лучших времен. В данный момент были дела и поважнее.

— Как тебя зовут? И что же за желание такое ты решил загадать демону, идиот?

Юноша нехотя посмотрел на свою спасительницу, опасаясь то ли ее строго тона, то ли ярко горящих глаз, то ли всего сразу. Ему было страшно. Чувствовалось, как он дрожит, даже через импровизированное лассо из некроэнергии. Видимо, в первый раз сталкивается с чем-то подобным и не понимает, как же ему правильно поступить. Юноша попросил отпустить его, клятвенно пообещав, что никуда не убежит, и снял с себя плащ, откуда вылезла еще пара рук. Лич присвистнула, отметив про себя, что фантазия людей воистину безгранична, и самовольно сделать из себя осьминога сможет не каждый. Осталось только выведать причины сего действа, о которых ей только оставалось догадываться.

— Мое имя — Эллиот, я родился и вырос здесь, закончил школу, поступил в университет на программиста и вернулся на каникулы в родной дом, да только понял, что со всем управиться не получается. Чтобы хоть немного помочь родным, да и себя прокормить, решил заняться написанием небольших программок-кодировок для сайтов, оформлением их же и прочими вещами, связанными с компьютерами, но заказов много, а я — один, да еще и игра эта увлекла меня… — юноша вздохнул, проведя одной из рук по копне коротко стриженных соломенных волос, — в общем дело дошло до того, что я решил вызвать демона по способу, описанному в интернете. Получится — хорошо, а нет, значит, так тому и быть. Сам я слабо верил в успех. Да кто же знал, что всё сработает? Пожелал я у демона способность справляться со всем, да и еще захотел стать таким же, как и в игре. И в результате вместо того, чтобы стать очень сильным, красивым, смелым и неубиваемым, я стал каким-то чудовищем. И вправду, как в компьютерной игре, только не тем персонажем.

— Хм, а ты не туда обратился, парниша. Тебе надо было пройти по дороге из желтого кирпича к Гудвину за мозгами. — Отозвалась лич.

Юноша опустил голову, упершись всеми руками в пол и протяжно застонал от сожаления. Похоже, он уже давно сам не рад своей иллюзорной удаче.

— Спустя какое-то время мне надоело прятать свою дополнительную пару рук, да и одежду под это все не подобрать совсем. Я только через месяц привык пользоваться ими всеми и не путаться! Представляете, как неудобно есть и играть одновременно. То и дело жирными руками ляпал клавиатуру или кусал джойстик, вместо пирога. Даже зуб так себе один раз сломал! И в один день решил вызвать этого демона обратно, чтобы разорвать контракт и вернуть все, как было. Но, сколько бы не повторялся обряд, ничего не выходит.

— Эллиот, да ты не идиот, ты просто сказочный недоумок! Кто в здравом уме решит обменять свою душу у низкосортного демона на дополнительную пару рук и кучу проблем!? Перед тем, как вызывать нечисть, надо было сначала головой своей думать и осознавать, что желания нужно формулировать максимально конкретно. Скажи спасибо, что руки у тебя хотя бы в правильном месте торчат, а то демон мог тебе их прикрутить туда, откуда бы тебе их никто не смог достать. Нечисть никогда не будет делать что-то в пользу людей, она извращает абсолютно все. Хотя, кому я тут распинаюсь…

Лич злобно посмотрела на него, чувствуя, как внезапно возникшая неприязнь начинает тут же утихать. Она взяла вампиршу за ворот кофты и потянула за собой.

— Теперь ясно, почему активизировались слуги. Только вот не понятно, почему они находились настолько близко к человеческому городу. Надо бы навестить кое-кого перед нашим путешествием. Шиза, мы идем отсюда. Пока, Эллиот! Надеюсь, ты когда-нибудь избавишься от своего проклятия! Хотя, я в этом сильно сомневаюсь. Этого еще никому из смертных не удавалось. Так что ты, своего рода, будешь первооткрывателем.

Ева помахала ему рукой и развернулась, собираясь уйти из полуразрушенного здания клуба. Свою миссию здесь она уже выполнила, так что задерживаться не было смысла. Как тут вампирша выскользнула из ее рук и уцепилась за паренька.

— Давай возьмём Элличку с собой? Он без нас пропадет! Они его скушают! А он мне уже стал как родной, и даже моль его полюбила.

Вампирша указала пальцем куда-то в пустоту и подергала Еву за рукав пиджака. Лич прикрыла глаза ладонью, всем своим видом показывая глубочайшую усталость от всего происходящего. Она уже тысячу раз успела пожалеть, что вообще вскрыла каменный саркофаг в ту злополучную ночь. Надо было его оставить ворам, пусть развлекались бы.

— Зачем нам с тобой эта обуза? Шиза, ты понимать, что в ближайшие тысячу лет в мои планы не входило заводить ни домашнего вампира, ни четырехрукого человека? И мы пойдем не просто так путешествовать в другую страну, а отдавать тебя твоему непосредственному господину. Так что нет, никаких людей я не потерплю на своей шее. — Категорично жестко отрезала Ева.