Смертельно живые (СИ) - Гримм Василиса

Смертельно живые

Глава 1. Сказ о том, как одни кости нашли другие и устроили тёрки

Безмолвная и темная ночь накрыла плотным одеялом старое кладбище, расположенное за чертами небольшого городишка где-то в Ирландии. Оно тихо скрипело никому не нужными растрескавшимися надгробиями и ветками деревьев-долгожителей. Кое-где каркали и ворчали вороны, видимо, спорившие о чем-то с совами, тихо ухавшими в ответ. Это кладбище из некогда ухоженного и красивого превратилось в самую настоящую площадку для фильмов ужасов, которой только не хватает съёмочной группы, монстра и нескольких студентов, желающих отхватить приключений на свою голову. Сюда уже давно никого не хоронили, наверное, потому что оно было в европейском стиле и явно выделялось своей вычурностью. Чего стоит только одна усыпальница, стоящая прямо посередине: полуразвалившиеся колонны, украшенные статуями смерти и ангелами, неразборчивая надпись сверху и куча камня вокруг. Все говорило о том, что это когда-то было красивое место, служившее упокоению довольно богатому и влиятельному роду, но, то ли из — за болезни, то ли из-за озлобленных соседей, они все и слегли, а про это кладбище попросту забыли.

Хотя, кажется, нет, кто-то еще помнит. В отдалении послушался характерный мат и лязг металла. Четверо мужчин, обливаясь потом, тащили огромный каменный саркофаг, закованный в несколько слоев цепей, словно бы там находилось нечто настолько опасное, что уже традиционные монстры из мифологий не кажутся такими уж жуткими, а, наоборот, очень даже милыми. Преступники остановились и с грохотом сбросили свою ношу около склепа. Мужчины сели около него и обмякли. Мышцы во всем теле ныли после нескольких часов бега с большим булыжником. Им сейчас необходим был отдых, хоть на несколько минут.

— И нахрена нам сюда тащить эту бандуру? — Один из них достал самокрутку и закурил.

Другой посмотрел на приятеля, взглядом, в котором читалось, что тот думает о товарище, и, отобрав у него изо рта сигарету, сам затянулся.

— Мы своровали этот гробешник из музея, идиот. Если мы его вскроем где-то рядом, то все, опять будем за решеткой гнить, а тут никто искать его не будет. Да и не найдет! Забытое кладбище, никому не нужное, закинем в какую-нибудь разрытую могилку, а содержимое упакуем компактно и дорого продадим. — Мужчина усмехнулся и сплюнул едкую желтую слюну.

— А если там ничего нет? — Отозвался третий и стукнул ногой по резному камню, пытаясь хоть на немного приоткрыть тяжелую крышку.

— Брешешь! Не может быть такого! Если обернули цепями, и отправили в музей, значит, что-то очень дорогое. Хватит сидеть! Пошли уже открывать! — подытожил четвертый.

Мужчина встал и с энтузиазмом взялся за пилу, но цепь поддавалась с трудом. Однако второй что-то не желал присоединяться к совместной работе.

— Эй, а ты чего сидишь, кусок тухлятины? Не хочешь помочь? Или я один тут должен корячиться? Не забывай, тогда, все, что лежит там, достанется нам!

Он подождал немного, но ничего не услышал, кроме сдавленного мычания своего коллеги. Грязно выругавшись, вор поднял глаза и тут же вытаращил их от удивления. По его ноге полилось что-то приятно теплое, а дело потихоньку обретало не только дурную репутацию, но и дурной запах. Мужчина начал быстро креститься и сбивчиво читать молитву. Остальные посмотрели на него, покрутив пальцами у висков.

— Что с тобой происходит? — Хрипло спросил один.

Испугавшийся начал что-то мямлить в ответ и указал дрожащим пальцем на силуэт, стоящий за спинами его товарищей. Они обернулись, увидев, ЧТО там стоит, и побелев от страха, перекрестились. Ворье бросилось наутек, оставив свою добычу.

— Слабаки, — прошелестел хрипловатый женский голос, — не то ворье нынче пошло, вот в мое время…

Она мечтательно закатила глаза, вспоминая былые времена, да так, что один виртуозно выпал из костлявой глазницы и укатился куда-то под ноги. Женщина нагнулась, подняла его и, потерев о длинный рукав своего платья, тут же вернула на место, словно бы ни в чём ни бывало. Странная незнакомка пожала неестественно тонкими плечами, обтянутыми черной ветхой материей накидки. Что ж, такое с ней не в первой: многие части ее тела то и дело при любом удобном случае норовят выпасть или отвалиться. От потери не случится ничего особо страшного, но все равно неприятно, когда в твоем органичном теле чего-то да не хватает. Во время всех этих манипуляций взгляд женщины упал на тот самый каменный гроб и пилу, лежащую рядом. Кажется, именно его эти трусы хотели вскрыть. Интересненько! Гробы как раз по нашей части.

Женщина медленно обошла всю странную конструкцию с задумчивым выражением лица. Ей было безумно любопытно, что же находится внутри. Если его украли воры, то наверняка там лежит нечто крайне ценное для ее исследований, а если нет, то вполне подходящее для коллекции редких диковинок. Хрустнув костяшками пальцев (и чуть не потеряв парочку), незнакомка, эффектным движением руки превратила цепи в труху и стала тщательно осматривать рельефы, пытаясь опознать в них хоть что-то знакомое. Они выглядели как множество ночных пузатых бабочек, кажется, бражников под названием «Мертвая голова», работа очень тонкая и искусная, очевидно, что в этом саркофаге точно лежит нечто ценное, ведь только богатый человек сможет заказать такую работу. Но что означают эти изображения на нем? Как символично и не похоже ни на одну страну и религию. Женщина, приложив немало усилий, учитывая свое слабое физическое состояние, сдвинула заветную крышку со сладким предвкушением чего-то интересного, но, каково же было её удивление, когда там оказался скелет с завязанным холщовым мешком на голове, одетый в некое подобие смирительной рубашки.

— Серьезно!? И это они украли? Кому сейчас в наше время, кроме сатанистов и священников нужны человеческие кости? — Женщина вопросительно изогнула бровь, — но почему этот скелет весь связан? И почему его не предали ни земле, ни склепу? Что-то здесь явно нечисто…

Незнакомка потёрла подбородок и обошла гроб несколько раз по кругу, вдруг где-нибудь найдется хоть одна подсказка на ее вопросы. Однако, что было, то было: саркофаг с бабочками, скелет в смирительной рубашке и все. Оставалось только одно — просканировать останки тонкими волнами некроэнергии, вдруг и вправду в этих костях будет что-то необычное, и на их основе она сможет создать интересные виды нежити. Глаза женщины сузились и загорелись ядовитой зеленью, температура вокруг явно упала на несколько градусов, но не из-за сурового климата. Холод был могильным, пронизывающим до самого мозга костей, вызывающим инстинктивный страх у любого живого существа, не мудрено, что все, что могло, в радиусе ста метров разбежалось, разлетелось и расползлось. Одни только растения стали свидетелями последующих событий, однако если бы могли, то тоже бы ринулись подальше отсюда, прихватив с собой все листочки.

Для начала, женщина решила просканировать эти кости на предмет остаточных воспоминаний и следов души, чтобы понять, насколько древние эти останки, а следом уже и на наличие инородных сущностей, которые могут быть в нем заперты как неприятный сюрприз. Однако результаты первой проверки повергли незнакомку в состояние шока. Давно же она так не удивлялась. Дело в том, что в данных останках были обнаружены не следы души, а бьющиеся потоком тонкие нити жизненных сил. Этот скелет — ЖИВОЙ! Просто находится в состоянии глубочайшего анабиоза.

Женщина, подумав, что это какая-то глупая ошибка (хотя ее способности никогда не подводили), решила просканировать скелет еще раз, увеличив силу и количество некроэнергии. Результат остался точно такой же, только с одним уточнением: теперь незнакомка точно была уверена, что перед ней не останки, а живое существо с совсем крохотным спящим огоньком жизни внутри, который осталось только разжечь. Но только как? Женщина сняла мешок с головы скелета и хмыкнула.

Оказывается, и вправду этот костяк был с подвохом: в плотно сомкнутых челюстях явно просматривались большие острые клыки, не свойственные обычному человеку. Неужели вампир? Тогда понятно, почему оно все еще живое, несмотря на состояние тела. Но зачем так связывать его? И вообще, сейчас вампиров нечасто встретишь, а тут такая древность… Лич вздохнула и, по старой привычке, достав сигарету с зажигалкой, закурила. Ей это уже было ни к чему, да и, наверное, легкие скоро отвалятся, но рефлекс был слишком силен. Женщина усмехнулась. Чем больше она узнавала о «кладе», тем больше вопросов возникало и меньше ответов находилось.