Эриган. Движение - Эндрю Миллер

толикой безумия желая узреть результат своих трудов. Ведь если все это разнообразие сил сможет объединиться воедино, то в мире появится доселе невиданный монстр — существо невероятной силы…

* * *

«„Что-то явно пошло не так…“» – заключил Охотник, спустя несколько долгих часов.

И пусть поначалу все шло относительно гладко, то ближе к средине, когда дело вплотную приблизилось к переломному моменту, у него возникли проблемы. Как бы он не старался, Охотник не мог слепить воедино все то разнообразие сил, которые ютились внутри Вика.

«„Я точно переоценил свои силы…“» — как бы горько ни было это признавать, Охотник зашёл в тупик.

Но опять же — гордость побуждала его продолжить. Пусть шансы и невелики, они все же были. Где-то там, в хитросплетения идей и попыток, хоть одна, да окажется верной. Кроме того, у него в запасе было неограниченное количество времени — он ведь был бессмертен. Да и паренька попридержать на этом свете он был способен — энергии вокруг предостаточно — от истощения точно не погибнет.

Вместе с этими мыслями, Охотник продолжил свои эксперименты, вплетая в свои действия не только магию, но и свою исконную силу, надеясь с помощью нее поспособствовать процессу ассимиляции.

— Ты все делаешь не так, — раздалось у него в голове.

И произошло это столь неожиданно, что он едва не потерял над собой контроль! Все тело сжалось, энергия хлынула наружу, однако все было зря — он быстро осознал, что угрозы не было. Ведь голос, как ни странно, принадлежал паразиту.

«„Как ты это делаешь?“» — ответил Охотник, делая пару шагов в сторону.

В этом иллюзорном мире, он видел это существо так же явно, как и в реальном мире: нечетки образ, белесые контуры и слабая аура покоя, которая просачивалась из-под его печати, вяло расталкивая жгучий огонь в стороны.

Все это казалось неправдой, однако же.

— Делаю, что? — удивлённо переспросил дух. — Ты что же, все ещё не понял, что я такое? И чему тебя только учили предки⁈

«„Учили? Предки? О чем он вообще?“» — в этот момент, Охотник был целиком и полностью в недоумении.

И это его порядком злило. Хотя нет — он был раздражён. Стоило ли упоминать, что он считал себя существом, превосходящим это никчемной подобие жизни?

Да и как оно вообще могло говорить?

— Как я могу говорить? — хохотнул дух, будто прочитав его мысли. — А ты забавный…

В каком это месте, он забавный?

Охотник уже не понимал, о чем тот говорит.

— Мне нет нужды читать твои мысли, — со смирением в голосе пояснил дух. — Я и так все четко вижу по твоей наглой морде.

Что? Наглой морде?

Но разве по ней можно было что-то прочесть? И вообще — с чего это он начал об этом думать?

— Ты же отпрыск Лейберга, правильно? — продолжил задавать вопросы дух, чем в очередной раз поставил его в тупик.

«„Как ты…“»

Чем дальше, тем больше удивления отражалось в его мыслях. Он и представить себе не мог, что кто-то, подобный этому ничтожному духу, мог знать имя его отца.

— Ты что, шутишь⁉ — хмыкнул тот. — Я чувствую в тебе его кровь! — без тени сомнений продолжил дух.

Однако кое-что все равно не давало ему покоя:

— Ну-ка, дай мне взглянуть, что там у вас произошло…

В этот момент Охотник почувствовал, как в его разум вторглись. И к своему стыду, он осознал, что не в силах противиться чужой воле. Но далеко не по вине своей слабости…

— Вот оно как… — прервал его мысли дух. — Никогда бы не подумал, что ваш род будет ждать такой печальный конец. Сколь прекрасные создания, и столь бесславная смерть. Я вам сочувствую.

Как ни странно, но в его словах Охотник ощутил неподдельную грусть.

«„Откуда ты о нас знаешь? И как, чёрт подери, ты проник в мою голову?“» — прорычал монстр. Ему однозначно не нравилось чувствовать себя бессильным.

Но собеседник, казалось, совсем его не слышал.

— Но как так вышло? Неужели я не полностью Его запечатал? — продолжал бормотать дух, бессмысленно обращаясь к Охотнику. — Дай ка мне ещё разок взглянуть на твою память, — заговорил он, в который уже раз считывая его воспоминания.

…

— Понятно. Значит причина не во мне… — молвил дух, сполна утолив свое любопытство. — И как вы только не уследили за своим источником? Неужели вам было плевать на то, что к нему могли присосаться посторонние? — эта тирада явно не требовала ответа, однако Охотник все равно почувствовал себя виноватым. — Молчишь? Значит я прав. Самоуверенные глупцы! Но за свою глупость вы поплатились сполна — это факт.

«„Не смей пятнать наше имя! В том, что случилось, нашей вины нет!“» – возразил Охотник.

— Ты в этом уверен?

Будь у него лицо, он бы сейчас ехидно улыбнулся.

«„…“» — а Охотник, в свою очередь, покраснел бы до ушей.

— Вот видишь, ты и сам все прекрасно понимаешь. А что на счёт моих знаний — я просто застал то время, когда вы только появились на свет.

«„Как столь жалкий дух, мог видеть рассвет нашего рода⁈ Это все ложь!“»

— Жалкий дух, говоришь? Возможно — не воплотить я в этом создании, то уже расстроился бы в эфире, навеки исчезнув из этого мира, — ответил его нежданный собеседник. — Так о чем это я? — сменил он тему. — Как я погляжу, ты собирался объединить в этом пареньке искры его даров. Признаюсь, даже в мое время ничего подобного не существовало. И как только у современных магов возникла столь абсурдная идея?

Охотник, естественно, ответа на этот вопрос не знал. Да и вообще, он был не в силах, что бы то ни было сделать — ему оставалось лишь молча наблюдать за развитием событий.

— Но ты не переживай, я знаю, в чем твоя ошибка, — продолжил дух. — Если ты хотел добиться ассимиляции, то должен был обратить внимание не только на созаменяемые элементы — точек напряжённости у них на порядок больше, с ними тебе и нужно было поработать, — пояснил дух.

В этом момент, голову Охотника наполнили картинки и схемы, предназначение которых он не знал. Но спустя долю секунды, они преобразились, сформировав привычные формулы и символы.

— Как ты видишь, все проще, чем, кажется. Просто следуй