Эриган. Движение - Эндрю Миллер

подумал он, отражая свои чувства в сознании Вика, ведь именно такие мысли царили в его голове на тот момент.

Дождавшись прибытия Дориана, они продолжили свой путь, целенаправленно двигаясь к центру города. Там их ждали ученики и последователи погибшего Архимага. Они должны были стать основой для путешествия в иное измерение, а также опорой, способной подарить людям столь долгожданный мир и покой.

— Все готовы? — спросил Ланс у склонившегося в поклоне парня.

— Да! Все ждали только вас, — почтительно заговорил тот в ответ, докладывая о последних изменениях в городе и за его пределами.

При этом парень всеми силами старался скрыть своё лицо от нового главы клана. В данный момент на нём помимо воли застыло выражение, которое он ни в коем случае не мог показать человеку, за которым они были готовы пойти даже на тот свет.

Поблагодарив юнца за хорошо проделанную работу, Ланс направился к площади, остановившись рядом со статуей своего отца.

«„Этого ты хотел, отец?..“»

Ответа он, естественно не получил. Его родитель был не здесь, и даже не в загробном мире. Последнее заклинание Юрга стало проклятием, которое испепелило не только его тело, но душу, обратив великого человека в ничто.

Винил ли он его за это?

И да, и нет.

«„Если не мы, то кто?“» — сказал тогда его отец.

Он сам избрал для себя такой исход. А Юрг… он просто воплотил их страхи в жизнь. Не больше, и не меньше.

А ведь Ланс не раз предупреждал отца об опасности, которая за всем этим кроется.

Но реальность не обратить вспять. Оставалось лишь закончить то, что начал его отец.

Посмотрев на лицо статуи, Ланс покачал головой. Как и говорил Дориан, ему это не нравилось, однако выбор уже был сделан.

Положив руку на каменное изваяние, Ланс прикрыл глаза и пустил внутрь нее пучок своей силы. Мелко задрожав, она отозвалась на зов, мгновенно активируя вложенную в нее магию. Эта скульптура служила не только памятником величайшему человеку, но и связующим звеном между городом и независимым миром подземелья, в глубинах которого был построен портал.

С его помощью они и покинут данный план бытия.

Получив отклик, Ланс достал из-за пазухи отцовский кулон, и приложил его к выемке на груди у каменного героя. Одновременно с этим, вся площадь мелко завибрировала, запуская огромный, гномьий механизм. Сопровождаясь дрожью и громким треском, он начал менять рисунок всего города, сдвигая огромные пласты территории согласно прописанному в нем алгоритму.

И едва этот процесс завершился, как позади статуи открылась арка прохода, ведущего в потайное подземелье.

«Готово» — устало подумал Ланс, опуская руку.

Оставался лишь последний шаг.

Будто слыша его мысли, к порталу рушила толпа магов, которая уже с той стороны, начнет приготовления к дальнейшему перемещению.

— Друг мой, — посмотрел он на Дориана, когда рядом с ними почти никого не осталось. — Будь так добр, позаботься о том, чтобы наших гостей как следует, поприветствовали… — прежде чем уйти, нужно было активировать систему защиты.

Она не только покарает наглых агрессоров, но и защитит это место впоследствии. Лансу, естественно, было жаль подвергать смерти доблестных защитников этого города, однако они сами выбрали для себя такую участь, прекрасно понимая, какая судьба им уготована…

Но их гибель не будет бесславной — их доблесть будет навеки запечатлена в воспоминаниях тех, кого они оберегали.

— Не волнуйся, я встречу их, как полагается… — сказал Дориан, сходу начиная творить магию.

Благодарно кивнув, Ланс ступил в портал, оказавшись вне привычного Мира. В обители Охотников и главной гробнице их клана.

— Лейберг, — позвал он, прекрасно понимая, что затягивать не стоит.

— Да, хозяин, — прозвучало рядом с ним, выплюнув из темноты подземелий тело огромного монстра, лидера Охотников — специально выведенной расы разумных существ, на которых была возложена роль охранников и личных защитников.

Правда, на этом этапе, они не смогут пойти вместе с ними, оставшись здесь для поддержания порядка в городе и его подземельях.

Посмотрев в сторону Монстра, который спустя миг принял человеческий облик, мужчина сказал:

— Извини меня, старый друг, за то, что я вынужден оставить вас здесь.

— Не извиняйтесь, хозяин. Наша жизнь — дар, ценность которого не вообразить. И этот дар — ваша заслуга. Вы — наш творец, и Вы — наш благодетель! Для нас, ваше желание важнее чего бы то ни было в этом мире!

Улыбнувшись преданному слуге, Ланс протянул в его сторону руку:

— Я рад, что мои усилия не оказались напрасными. Вы оказались невероятно преданными, поэтому я дарую вам свободу.

Решительно сжав пальцы в кулак, Ланс заставил скрытую под кожей татуировку проявиться на руке.

— Господин… — с трепетом обратился к нему Охотник.

Эта татуировка являлась частью печати, которая управляла всеми Охотниками в подземелье. Лишь узрев ее, Лейберг покорно упал на колени, ударившись лбом о каменный пол. Выражая искреннюю благодарность и признательность, он едва ли был похож на человека. Скорее на верного пса, получившего похвалу от своего хозяина.

— Снять ограничения! — спокойно сказал Ланс, высвобождая силу, которая мгновенно разбила цепи, гнет которых долгие годы сдерживал его волю.

Задрожав всем телом, Охотник, казалось, опустился ещё ниже, всем своим видом выражая почтение.

— Я закончил, — прервал их идиллию Дориан, появившись у Ланса за спиной.

По голосу мужчина мог понять, что проблем у товарища не возникло, а значит, враги расплатятся жизнью за своё вероломство.

— Можешь ступать, — молвил он, отпуская Лейберга восвояси.

Пришёл черёд заключительной части плана.

…

Очутившись у святилища, Ланс вступил на круглую платформу портала, занимая, главенствуете положение в его центре. Прикрыв глаза, он потянулся сознанием к управляющему кристаллу, устанавливая с ним ментальную связь. Влив в него свою энергию, он породил энергетический шторм, который заставил мертвый камень мелко завибрировать.

— Начинаем, — сказал он магам, которые поспешно обступили его со всех сторон.

Закачавшись в странном трансе, они поспешили исполнить его волю — порождая все больше и больше искажений, они умело подчинили себе мировые потоки маны, виртуозно перестраивая их под нужды Ланса.

А он сам, следуя за течением силовых линий, стал плести магическое полотно, осторожно выстраивая конструкцию самой сложной магии, доступной человеку.

Если они преуспеют, то станут первыми в мире, кому это вообще удалось! Ведомые этой мыслью, они трудились не покладая рук, без остатка отдавая всего себя процессу. И в какой-то миг, когда одежда мужчин уже насквозь