Эриган. Движение - Эндрю Миллер

* * *

Выждав удобного момента, затаившееся во мраке существо, бросилось в сторону Вика. Без страха и колебаний — лишь слепой порыв!

И здесь назревал вопрос — что стояло за его бесстрашием?

Сила? Или слабость?

По сути, особой разницы не было, ведь данное место — это огромные охотничьи угодья, где все, охотятся на всех. Вот и сейчас, тому было хорошее подтверждение — едва увидев шанс, им сразу же воспользовались! И сделали это с ювелирной точностью — вторгнувшись в чужое тело, неведомое создание без труда получило над ним полный контроль.

Всего пару минут, и сознание Вика буквально вышвырнуло прочь!

Однако вместе с ним, исчезла и стена, которая долгие годы скрывала от него свои секреты. Высвободив доселе невиданную мощь, она наполнила душу парня жгучим пламенем! Жаркое и гневное, оно яростно набросилось на чужеродное тело, буквально испепеляя наглого захватчика.

И та боль, которую ощутил паразит, наконец-то познакомила его со страхом. Страхом исчезнуть навеки! В отчаянной попытке себя спасти, существо потянулось к последним нитям памяти — сплетая в пространстве потоки энергии, оно надеялось улизнуть из этого ада.

* * *

Все происходящее хорошо отображалось в глазах Охотника. Однако вмешиваться он не стал. Он и так уже чересчур сильно оттянул момент его смерти. Однако скрывать было глупо — компания паренька была ему приятной.

Изредка наблюдая за ним из темноты, он уверенно сокращал поголовье тварей, медленно возвращая численность тварей к норме. Однако даже для него, существа рождённого для сражений, выполнить эту задачу было не просто. Но он не унывал, ведь долг, возложенный на него предками, был священен! И он с гордостью нес бремя убийцы, истребляя бесчисленное количество порождений мрака.

Из года, в год. Из века, в век.

Но дай кто шанс, он бы им непременно воспользовался, возложив свою ношу на кого-то другого. Однако этим мечтам не суждено было воплотится, ведь в прошлом, аккурат тысячу двести лет назад, монстры убили последнего из Великих Охотников, навеки оставив его — бессмертное существо, один на один с мраком и горькой болью утраты.

Тогда никто из них не знал, что стало тому причиной, но в какой-то миг, монстры стали гораздо умнее, хитрее и опаснее! Для их Великого вида, это изменение показалось несущественным. Да и численность клана, давала им уверенность в своих силах.

Вплоть до того момента, пока не появились первые жертвы.

И со временем, их становилось все больше — мощь тварей стала их подавлять! Они были уже не просто угрозой, они превратились в полноценных хищников — обменявшись ролями с Охотниками, обитающие во мраке твари устроили самый настоящий геноцид.

Знай, они причину, все могло бы обернуться иначе. Однако к тому моменту, как что-то стало известно, в живых остался только он один. Поэтому… спустя долгие годы одиночества, он с воодушевлением воспринял появление здесь нового существа — слегка напоминающего ему Великих существ, даровавших жизнь его виду.

Но сейчас его участь уже была предрешена.

По мнению Охотника, с Виком уже было покончено. Проникший в его тело паразит был не просто монстром. Он был воплощением алчности — такие твари, пожирали не только плоть, но и душу, меняя чужой организм под нужды своей эволюции. В связи с этим, процесс захвата был необратим — жертва в девяноста девяти процентах из ста, погибала.

Однако в этот раз что-то явно пошло не так — едва монстр намерился уйти, как из уст парня вырвался безумный крик боли. Застигнутый врасплох, Охотник удивленно обернулся — прецедентов чему-то подобному, в его памяти не существовало.

И это было любопытно.

Желая узреть истину, он остался на месте, внимательно наблюдая за продолжающейся агонией. Однако время тянулось до невозможности долго. Охотник даже начал уставать от бесконечного потока криков.

Но спустя некоторое время, со стороны Вика стала распространяться необычайно густая и плотная аура. Увенчанная дивным ореолом, она показалась монстру смутно знакомой. Принюхавшись, он уловил в ней едва ощутимый аромат древности!

«„Не может быть!“» - поразился он.

Воспоминания потоком накрыли его разум, вернув в далёкое прошлое. К тому дню, когда он, прячась в тени своего отца, впервые повстречал их благодетеля — создателя и хозяина. И его аура, ее насыщенный запах навеки отпечатался в его сознании. И нечто подобное, он ощутил и сейчас!

Но как он — человек из нового поколения, мог ее источать?

Это уже было не важно.

Все то бессердечное любопытство, которое просачивалось из Охотника наружу, вмиг исчезло, сменившись всепоглощающим желанием защитить паренька от гибели. Но он не посмел ступить внутрь барьера — стоит ему только это сделать — выбраться назад он уже не сможет!

Так он думал… вплоть до того момента, пока на просторах пещеры не появился разлом, ведущий в неизвестные глубины междумирья. Лишь узрев его очертания, Охотник сорвался со своего места — он просто не мог выпустить отсюда столь опасную тварь!

Правда, тот тоже был не лыком шит — буквально за миг до его рывка, паразит атаковал сам — прямо пред Охотником образовалась магическая воронка, которая в один миг пленила монстра, безжалостно встряхнув огромное тело. Однако в ответ на дерзкую попытку, тот только оскалился — ход твари стал для него отличной возможностью для атаки, ведь у любой магии существовал якорь — магическая нить, которая связывала мага, и его творение.

Но эта нить была эфемерной, и существовала ровно столько, сколько нужно было магу на активацию заклинания. Однако это касалось только опытных магов, к числу которых его противник уж точно не принадлежал — якорь его магии находился прямо у всех на виду — делай что хочешь!

И он этим шансом воспользовался — с легкостью ухватившись за тонкую нить, Охотник развоплотил свое тело, подобно самому паразиту вторгнувшись в многострадальное тело Вика.

А вслед за ним, исчез и он сам, провалившись в пространственный разлом.

* * *

Как Охотник и предполагал, справится с древним духом, было легко — едва его духовное тело очутилось во внутреннем мире Вика, как он сразу же атаковал, одним легким усилием усыпив сознание паразита.

Вместе с ним, уснуло и бушующее пламя — мирно покачиваясь на месте, оно никоим образом не тревожило бестелесного гостя.

Но он, казалось, даже не обращал на это внимания. Весь его взор занимала безграничность внутреннего мира, края которого терялись где-то в глубинах нескончаемого моря. В своей жизни он еще ни разу не видел ничего подобного — вид его буквально завораживал!

Однако отвлекаться не