Исчезнувшая Луна - Ли Брэкетт

Сиран услышал отдаленный грохот, как будто сотня, а может быть и тысяча, вооруженных людей изо всех сил колотит по щитам Сотня невидимых глаз смотрела на него из темноты, чье-то бесшумное дыхание касалось его лица, кто-то молча ходил рядом с ним. Иногда до него доносились треск и скрип металла, но откуда брались эти странные, тревожные звуки, Сиран понять не мог.

Они шагали по хорошей дороге, ведущей все глубже и глубже под землю. Впереди блеснул яркий свет. Охотник призвал к осторожности и замедлил ход. Бесшумные, как четыре призрака, они прошли через арку под чистые, голубые лучи, льющиеся откуда-то сверху. Они остановились на узком, отшлифованном человеческими руками выступе. По обе стороны от него шли природные грубые стены и нагромождение сталактитов. Над выступом в темноте виднелось высокое перекрытие арки, а впереди простиралось свободное пространство, в конце которого Сиран разглядел каменную стену.

Внизу темнела шахта, такая глубокая, что Сиран вытянул шею, пытаясь разглядеть дно. Яркий бело-голубой свет на дне освещал две трети высоты шахты.

Там в лучах ослепительного света работали люди. На такой глубине они казались не крупнее муравьев. Цепей на них не было, и стражей Сиран не видел. Но он тут же забыл и думать об этом. Все его внимание приковало чудовищное, немыслимое сооружение, поднимающееся со дна.

Блеск полированного металла, хитроумное переплетение конструкций, замысловатые опоры, перекрытия, непонятные отростки… В странном оцепенении Сиран уставился на него.

Башня еще не была закончена. Сиран не мог себе представить, для чего она, но ему вдруг стало страшно. Его путали не чудовищные размеры сооружения, не загадочность металлической, ни на что не похожей конструкции. Его путала эта вещь сама по себе.

Она дышала Властью. Ее переполняла Сила. Титан, растущий в темных недрах, готовый выйти наружу, схватить мир и играть с ним, как Маус играла с пустым черепом.

И Сиран понимал, что человеческий разум не в силах постигнуть это сверкающее чудовище, что навсегда, до конца времен, оно останется чуждым, враждебным тому миру, в котором он родился и вырос.

Рыжий охотник сказал просто:

— Я боюсь. Это пахнет западней.

Что-то подступило к самому горлу Сирана — возможно, это было его собственное сердце.

— Нравится нам или не нравится, приятель, но мы здесь, и не лучше ли нам убраться с глаз долой, пока этот закованный в кандалы отряд не наткнулся на нас?

В стороне, там, где черные тени скрывали ниши в стенах и каменные столбы сталактитов, наверное, будет спокойнее. Здесь был спуск на дно пещеры — головокружительный зигзаг выступов, висячих лестниц, ступеней.

Но спускаться пришлось бы на виду у обитателей пещеры.

Они шли по краю. Лицо Маус так побледнело, что клеймо между ее бровями казалось каплей крови.

Отшельник держался уверенно, как в собственном доме. Казалось, вид сияющего гиганта придает ему сил, наполняет энергией, которая страшным блеском светилась в его глазах.

Почему-то Сирану это не понравилось. До сих пор отшельник был невозмутимее мертвеца. После перебранки в овраге он не сказал своим спутникам ни слова.

Беглецы укрылись среди сталактитов. Сиран смотрел на выступ.

— Они охотятся по запаху? — прошептал он.

Охотник кивнул.

— Наверное, но теперь им нас не найти. Здесь слишком много запахов. По как случилось, что те двое ждали нас у входа в туннель?

Сиран пожал плечами.

— Телепатия. Передача мысли. За морем каждый второй умеет делать это. А чем Калды хуже?

— Ты что же, думаешь, что у них человеческий мозг?

— Глупости. Не человеческий и не звериный, а все же они могут мыслить, это понятно.

— Так, значит, они и придумали эту штуку?

Охотник указал на шахту.

— Нет, — задумчиво протянул Сиран. — Это придумали не она..

— А кто же…

Охотник не закончил.

— Тихо! Сюда идут!

Сиран затаил дыхание, выглядывая одним глазом из-за сталактита. Из туннеля вышла группа серых конвоиров. За ними тянулся отряд пленников. Колонна прошла по карнизу и начала спускаться на дно пещеры. Лица людей хранили удивительную безмятежность.

Некоторые ошейники оставались пустыми, и отряд Калдов значительно поредел. Видимо, некоторые из них остались снаружи, чтобы выследить четырех удачливых беглецов.

Это означало, что назад хода нет.

Сирану пришла в голову идея. Когда последний в цепочке узников и стражи спустились и перевалили через край, он шепнул:

— Пошли. Спустимся следом за ними.

Маус испуганно взглянула на него. Он нетерпеливо пояснил:

— Они же не станут оглядываться, я надеюсь. А пока колонна спускается, никто не сможет подняться наверх. Но если ты лучше меня знаешь, как сойти с этого проклятого насеста, то давай выкладывай свои задумки.

У Маус никаких задумок не было, и охотник кивнул:

— Неплохо. Пошли.

Они стали спускаться, тихо, как настоящие демоны. Сказывались их воровские и охотничьи привычки лист, упавший с дерева, не произвел бы больше шума, чем их шаги.

Глаза отшельника при всяком удобном случае поворачивались к сияющему монстру. Было ясно, что в его косматой голове созревала какая-то идея. Сиран подозревал, что разумней всего было бы скинуть отшельника с лестницы, но одно дело — ударить человека ножом в уличной драке, и совсем другое — хладнокровно прикончить ничего не подозревающего старика.

Потом он торжественно клялся никогда не поддаваться неуместному гуманизму, но было уже поздно.

Никто их не видел. Калды и их рабы были слишком заняты опасным спуском, чтобы без толку глазеть по сторонам. Миновала беглецов и другая опасность: никто не шел следом за ними. Из предосторожности они пропустили колонну далеко вперед, сохраняя между собой и рабами почтительную дистанцию.

Казалось, этому нисхождению в ад не будет конца. Металлическое чудовище рядом с ними росло и росло. Оно было прекрасным. Глядя на него, Сиран и восхищался, и трепетал, и ненавидел одновременно.

Затем он заметил, что на этой махине работают люди, ползающие, как муравьи, по ее перекладинам и аркам.

Некоторые работали жезлами, не слишком отличавшимися от того, который держал Сиран. Они сваривали металл, и их силуэты маячили в искрах жаркого света.

Другие монтировали громадные металлические детали, поднимая их со дна пещеры на длинных веревках и аккуратно прилаживая на место. У Сирана захватило дух: он понял, что металл здесь весит не больше пара.

В любую минуту рабочие могли их заметить. Беглецы уже миновали две или три группы строителей, как вдруг один из сидящих на башне людей поднял голову и в упор взглянул на них.